Алена Макарова – Попаданцам предоставляется общежитие! (страница 4)

Светло-коричневое. Маленькое. Чуть поменьше лепрекона, но больше гремлина. Очень колючее и зубастое.

Определенно разумное: мясо из принесенного мне ужина сожрало, а к каше из сиреневого шия даже не притронулось.

Коммуникабельное — постоянно улыбается так, что все три ряда зубов видно. Нет, количество зубов я не посчитала, но их определенно много. Даже слишком. Может какие-то про запас отложены? А что, очень удобно.

Да, Йожка — это самоназвание, именно так оно мне и представилось. Перед тем, как мой ужин сожрать. Нет, оно им не отравилось (а жаль!). И плохо ему тоже не было. Плохо было мне — без ужина.

Умеет перемещаться в пространстве, но как — не признается. Нет, я его не пытала (опять-таки, жаль!).

На контакт идет охотно: вон, у меня все руки в укусах и царапинах. Но, вроде, не ядовитое. Да, вполне возможно, что это меня уже никакая зараза не берет…

Представляет ли опасность для общества? А это смотря для какого. Вам, уважаемые градоправители, я его готова хоть сейчас представить. Вот и будете тогда лично идентифицировать, — на собственных руках и ужине.

От личного знакомства с неопознанным кусачим существом местные чиновники почему-то отказались. Неведомую зверюшку заочно классифицировали как условно безопасную и поручили мне к ней повнимательнее присмотреться. Понадеявшись, что столь пристальный интерес рано или поздно, но приведет-таки к летальному исходу. Хоть одной из нас.

С тем меня восвояси и отправили. Даже денег на содержание Йожки не выделили. Наверное, решили, что на нас двоих и одного ужина хватит. А вот фиг вам! В нашем приюте строгого режима все сиреневую кашу едят, так что и эту приучим. Учитель я или кто?

Посмотреть на ритуальный поединок собрались все незанятые на подработках постояльцы. Кино здесь еще не изобрели, слово «интернет» казалось местным жителям то ли невнятно произнесенным заклинанием, то ли особо заковыристым ругательством, а на театр и кабаки у не получивших пока гражданство мигрантов денег не было…

Но душа жаждала зрелищ, поэтому сватовство в оркских традициях собрало не маленькую толпу зрителей и болельщиков.

Все еще дующиеся горгульи устроились под самым потолком, исподтишка поплевывая на самых безобидных (и не способных отомстить) обитателей.

Огры вольготно расселись прямо на полу, у самой черты, чуть не раздавив при этом зазевавшегося лепрекона. Самые нетерпеливые уже отхлебывали из фляжек.

Взявший на себя роль распорядителя Дейв ослеплял своей красотой и элегантностью, а принарядившиеся мавки — полным отсутствием вкуса. То там, то тут сновали вездесущие кобольды, принимая ставки на исход поединка.

— Ну что, готова?

Бледная до желтизны Чанка протестующе замотала головой и тут же скривилась от головной боли.

— Ну вот и отличненько. Дейв, объявляй начало!

Выползшие в круг бойцы выглядели одинаково помятыми и трясущимися. И у обоих были для этого на редкость уважительные причины: шамана оправдывал возраст, орку — жесточайшее похмелье.

Я готовила ее к бою по настолько уникальной методике, что все зеленомордые сородичи мечтали поменяться с ней местами, огры завидовали, а тролли неодобрительно отворачивались.

— Дамы, господа и прочие присутствующие на этом торжественном событии существа! Глубокоуважаемые зрители! Соблаговолите уделить мне несколько минут своего драгоценнейшего времени. Позвольте представить вашему вниманию обстоятельства и участников столь незабываемой встречи. С искренней радостью хочу посвятить вас в уходящую корнями в далекое прошлое, овеянную вековыми легендами, славную и благородную традицию ритуальных поединков, которую…

Сегодня Дейв превзошел сам себя. Под его монотонно-выспренную речь даже шаман постепенно начал впадать в некое подобие транса.

Обитатели приюта вряд ли понимали хоть одно слово из пяти, но таращились на зомби как мартышки на удава — заворожено и испуганно. Чанка осоловело хлопала глазами и клонилась набок, не дожидаясь шаманова колдовства.

Даааа уж, а еще говорят, что рассказы про сирен и прочих Лорелелей — сказки. Это они просто Дейва не слышали. У меня-то на все эти словесные кружева и загогулины уже выработался иммунитет, но все равно, слушать их до вечера никакого желания не было.

— В общем, бой продолжается, пока один из противников не упадет. Кто на ногах остался — тот и победитель. Раз, два, три… Начали!

Жестокосердно прерванный на полуслове Дейв обиженно покосился на меня, поправил великолепно сидящий фрак и изящно скользнул к краю очерченного круга.

Первым свой удар нанес шаман — бойцом он был опытным. Чанка и пары шагов сделать не успела, как в ее сторону полетела какая-то косточка с примотанным к ней перышком.

Орка будто на стену наткнулась и замерла на месте, мелко переступая с ноги на ногу.

Мерзкий старикашка самодовольно усмехнулся и забормотал громче, к косточке присоединился метко брошенный им камешек. Его противница стала вовсе уж салатовой, судорожно втянула ртом воздух, покачнулась…

Сейчас упадет!

— Бей! — во весь голос заорала я.

Подпрыгнул от моего вопля даже шаман, на мгновенье прервав свои заговоры.

Чанка вздрогнула и не открывая глаз быстро и ловко метнула свою дубинку. Точно так же, как она это делала два дня подряд. Придуманный мной метод противодействия шаманскому колдовству был прост и незатейлив — выработать у орки условный рефлекс на мою команду. Как у собачки Павлова.

Два дня мы поили бедную девчонку огрским самогоном до полного изумления и заставляли ее кидать дубинку. Прицельно. В сторону предполагаемого противника. Даже в состоянии, когда она на ногах уже не держалась и совершенно ничего не соображала.

Измотались мы все до полусмерти, но дело того стоило. Мозги Чанки были затуманены магией, но натренированное нами тело сработало на отлично.

Тяжелая дубинка с размаху ударила шамана по плечу, и тот неуклюже свалился пол. Очнувшаяся от колдовства орка радостно завизжала, ее ликование поддержали остальные постояльцы — хлопали, орали, свистели. Довольные кобольды пересчитывали свой выигрыш. Контуженого шамана вежливо, но быстро (пока не очухался) выволакивали за дверь.

Я гордо улыбнулась и с чувством выполненного долга пошла, наконец-то, отсыпаться. Магия, конечно, штука хорошая, но мы тоже кое-что умеем!

Глава 3

Дорога дальняя, казенный дом…

Через три дня после столь удачно отменившегося шаманского сватовства мне пришел срочный вызов в магистрат. Я было напряглась, но никакого отношения к оскорбленному в лучших чувствах жениху требование явиться пред ясные очи местных властей не имело. Просто один недавно назначенный на высокий пост чиновник заинтересовался Йожкиным появлением и решил по этому поводу со мной побеседовать.

Ему — развлечение, а мне — два часа по раздолбанной дороге ташиться. Спасибо местному правлению за наше хорошее времяпровождение!

Приют наш, как и положено любой уважающей себя резервации, находится вне городских стен, и даже не в предместье. Про автомобили здесь пока слыхом не слыхивали, а магические повозки, как и всякий волшебный товар, — безумных денег стоят. Вот и приходится путешествовать по старинке — на тряской телеге два часа кряду.

Лошадка у нас такая дряхлая, что чаще всего продукты возим на ограх и троллях. За мелочёвкой разной в город горгульи летают. Но я-то — не припасы, мне на тролле ездить не положено: не политкорректно выглядеть будет.

Думала уже, что-нибудь вроде ковра-самолета соорудить, концы которого горгульи держать будут. Быстро, удобно, без колдобин, да только не доверяю я этим дебоширкам: выронят ненароком, еще и плюнут сверху. Так что ждет меня дальняя дорога, да казенный дом с пиковым королем.

Не заладилось это свидание сразу. Сначала я долго нужный мне кабинет искала. Город у нас большой, ратуша — соответствующая, а всяких чиновников в ней развелось столько, что пора уже личам скармливать. Найти здесь нужное тебе существо — та еще задачка на пространственное ориентирование. Говорят, несколько посетителей ратуши так в ней и померли, не сумев найти выход в паутине бесчисленных переходов. Слоняются теперь призраками по коридорам, тоскливо завывая: «Людииии! Где вы, люди?».

Сама не видела, врать не буду, но поверить в существование подобных неудачников могу — выбраться из родимой управы сумеет не каждый. «Оставь надежду, всяк сюда входящий» — хорошая бы была вывеска над входом, правдивая. Во всех отношениях…

Я становиться призраком пока не собиралась, — и так дел невпроворот, поэтому набрасывалась на каждого встречного с вопросами о пути истинном. Народ пугался, вжимался в стены, но все-таки отвечал, и, не прошло и получаса, как я обрела искомое.

Но на этом мои мытарства не закончились: дотошный секретарь новоназначенного управленца устроил мне настоящий допрос по поводу цели визита. Можно подумать, я по собственному желанию сюда притопала! У кобольдов крючкотворство в крови заложено, брать такое существо в секретари можно только, если посетителей совсем не ждешь. Или напрочь отвадить хочешь. Очень своеобразный и говорящий выбор.

В кабинет я все же прорвалась, но времени на это ушло немало. Эх, надо было сначала в редакцию заскочить: если хозяин под стать секретарю окажется, засветло я туда точно не успею.

Сидящий за массивным столом чиновник был вполне человекообразен, что и не удивительно: большинство населения Лягани — люди. Высокий, подтянутый, с правильными чертами лица — в нашей управе таких нечасто встретишь. От неустанных трудов на благо родимого края жиреют местные сановники так, что не сразу и в дверь пролезут. Глянешь на них и сразу понимаешь, как хорошо в нашем городе живется. Некоторым…