Ален Пюиссегюр – Иномирье просыпается (страница 45)
Школяры с недоумением наблюдали за суетой.
– Что происходит? – спросил Ковен.
Друзья ответили такими же недоумёнными взглядами.
– Вот-вот полетят шамониды! – шепнул им проходящий мимо Фигаро. – Главное поднимите повыше головы!
Он подмигнул им и растворился в толпе.
А странный кот вообще исчез.
– Спасибо всем за то, что вы сегодня с нами, – проговорил Ксантос. – В этом году мне выпала честь приветствовать Шамониос торжественной речью. Честь обязывает.
Брайна следила за братом недобрым взглядом. Ковен дружески боднул её, но это не помогло.
– За пределами замка Каслкотц многие семейства кошачьих забыли, почему мы отмечаем Шамониос и почему наши предки фелиды отмечали его до нас. Приход зимы, тёмного времени года, всегда был суров для кошек. Не только из-за холода. Темнота – лучшее время для чудовищ.
Фонари гасли под скрежет автоматонов (хотя те старались скрежетать как можно тише).
– Шамониос – также праздник ушедших. Тех, кого мы потеряли. В эту ночь преграда между нашим миром и потусторонним, который мы называем Анаон, тает, и поэтому день зимнего солнцестояния – ещё и день нашего единения, возможности побыть всем вместе и забыть о раздорах.
Взгляд магистра остановился на Брайне, сразу нашёл её в толпе. Ковен почувствовал, как она вздрогнула. Кошка отвела взгляд и уставилась на свои лапы.
– Где Пушнис? – внезапно спросила она с испугом.
– Что случилось, Брайна?
– Пушнис куда-то пропала.
Брайна принюхивалась, словно пыталась найти Зародыш по запаху. И заметила Пушнис в свете последних фонарей.
– Поверить не могу! Увязалась за Фигаро! Кудрявый разряженный вертопрах! Я сейчас вернусь!
– А как же торжественная речь?
Ангорская кошка даже не взглянула на сцену.
– Он меня достал. Будет долго болтать – запущу ему чем-нибудь в репу!
Брайна растворилась в толпе. Ковен вспомнил слова Сирении о Зародышах. Что говорит поведение Пушнис о Брайне? Наверное, несмотря на гордость и независимость, она тоскует по родным…
Слова Ксантоса прервали его размышления.
– Для школяров Шамониос имеет особое значение. Они успешно прошли два обряда посвящения. Превратили воспоминания о прошлом в будущие возможности. Мои поздравления!
Кошачья толпа замурлыкала.
– Пользуясь случаем, поблагодарю архонта Зозима за его участие, – продолжал Ксантос. – Мы счастливы и горды тем, что наша дружба с прославленным Ар Руном укрепляется год от года.
Теперь в темноте горела одна-единственная свеча перед Ксантосом
– Желаю вам всем насладиться зрелищем. Во славу лучистых звёзд!
Ксантос задул свечу.
Все молча привыкали к темноте. Небесный свод мерцал и переливался. Сверкающая черта внезапно пересекла черноту. Слепяще-яркая. И ещё одна. И ещё. Через секунду всё пространство у них над головами было исчёркано сияющими линиями.
Воздух над замком засветился серебряным светом.
Он вспомнил о Заоблачных Высях. Звёзды были необыкновенного цвета. Что-то грозное слышалось в гуле, доносившемся сверху. Там словно гудели колокола. Мощный метеор пролетел на сумасшедшей скорости. Из-за поднятой им серебристой пыли не стало видно звёзд.
Хаос приблизился к кошачьему племени так близко, что Ковену показалось, будто его вибрирующие чешуйки сейчас оторвутся.
Коты застыли с открытыми ртами.
Звездопад продолжался. В момент, когда показалось, что на небе не осталось ни единой тёмной полоски, вдруг снова наступила тьма.
– Всем счастливого Шамониоса! – провозгласил Ксантос в знак того, что праздник окончен. – Колокола Анаона гремели так громко, что наши сердца забились с ними в унисон!
Тигр произнёс короткое заклинание. Гигантская тень появилась позади него на эстраде, вызвав всплеск восторженного мяуканья.
– Шамониос даёт нам возможность воочию увидеть единство трёх факультетов. Знаменитая триада: механиматика, алхимия и магия. Три лица одного существа.
Тень вспыхнула разноцветными лучами.
Трилик оказался гигантским светящимся автоматоном. Весь в цветах и гирляндах, он выглядел так же нарядно как весь парк.
– Постойте, постойте, – заговорила Сирения. – Не его ли мы видели в мастерской Эркенбальды? Это он стоял, прикрытый чехлом.
– Ну да! – подхватил Ковен. – Ты права!
И тут они заметили возле сцены гордую и счастливую мордочку главы факультета механиматики.
Лексиос жадно вглядывался в Трилика. Конечно, он мечтал подойти поближе и рассмотреть все детали. Записать много нового в свою книжечку. Ковен мечтал о том же.
Автоматон ожил и отправился бродить среди восхищённых котов и кошек. Его мощные лучи дотягивались до парадного фасада замка. Коты с радостью и благодарностью встретили исходящее от Трилика тепло.
– Вижу, что его создали механиматика и магия, – сказал Лексиос, – а где участие алхимии?
Ему ответил салют. Автоматон выпустил фейерверк, и он рассыпался сверкающими искрами в небе.
Кошки восторженно замяукали и окружили Трилика. Некоторые усложняли салют заклинаниями. Никем не запрещённая забава.
Снова взлетели фейерверки. Но на этот раз два из них упали, вызвав панику. Послышался испуганный крик архонта. Вспыхнула палатка.
– Так и задумано? – спросила Сирения.
Взрыв взметнулся в метре от них, опалив усы.
– Бежим! Бежим! – торопил кот рядом. – Трилик сломался!
– Пожар! – завопил другой.
Крики и вопли раздавались всё громче.
– Где Брайна? – в ужасе спросил Ковен.
Глава 26
Огонь и вода
Праздничная атмосфера рассеялась как дым. Кошки разбегались во все стороны, ища безопасное убежище. Со всех сторон раздавалось испуганное мяуканье. Прощай, веселье! Сумрачный лес виднелся теперь за стеной огня. Ветер раздувал пламя, стена росла. Огонь бежал в парке с ветки на ветку, от дерева к дереву, жадно ворча, будто голодное чудовище. Выкидывал в небо чёрные клубы дыма с искрами. Даже драконы, теперь уже забытые, не причиняли столько вреда.
Магистры бросились спасать учеников и гостей без промедления. Мощные заклятия рассекали воздух, летя к Трилику. Парк вибрировал от мощной магии.
– Эркенбальда! – вопила Иллена. – Это ты снабдила автоматон магической защитой?!
Все старания его уничтожить: гигантские огненные шары, потоки чистой энергии, свистящие ледяные стрелы – теряли силу за метр до цели. Ничто не помогало.
Отливающая синевой поверхность отражала магию.
– И не думала! Кто-то его подменил!
Пока наставники пытались разобраться, механическое чудовище плюнуло новым залпом. С воем полетели ракеты.
– В убежище! – скомандовал Говард.