Ален Пюиссегюр – Иномирье просыпается (страница 47)
– Там была пыль! ПЫЛЬ! И она не воняла! – ощерилась кошка.
И всё-таки вместе с Пушнис полезла в грязную воду, хотя и продолжала громко возмущаться. Пышные шубки исчезли, остались одни кошачьи скелеты.
– Если меня кто увидит в таком виде…
– …То не узнает, – успокоила её Сирения.
Брайна смерила её взглядом, с мордочки стекала вода.
– Предупредите магистров, – распорядился Ковен.
– Оставь свои приказы для себя, туполап! – оборвала его подошедшая Дареза. – Скоро я уничтожу железяку. А вы, грязнули, проваливайте подобру-поздорову.
На её шипение друзья не обратили ни малейшего внимания.
Ковен бросился к Трилику, Брайна за ним. Они двигались под прикрытием стены замка, чтобы защититься от снарядов и преодолеть внутренний ужас, от которого дрожали лапы.
– Постараемся предупредить Ксантоса, – крикнул Лексиос.
Ему и Сирении предстояло пробраться в замок по обжигающим углям-обломкам, которые повсюду сеял Трилик.
Разломав проём, Трилик завалился в большой зал, расшвыривая по дороге заклинателей.
– Жалкие идиоты! – повторила лесная кошка ещё раз, уже после того, как друзья ушли.
И принялась рисовать большой магический круг, а её рыженький зародыш-ёжик трясся от страха.
Тем временем Ковен и Брайна с Черномордиком и Пушнис забрались на ногу Трилика. Хорошо, что он их не заметил. От мокрой шерсти сразу повалил пар.
– Что мы ищем? – задыхаясь, спросила Брайна.
– Нам нужно добраться до его головы.
Чтобы удержаться на Трилике, когда он наносил удары руками и ногами во все стороны, приходилось крепко вцепляться когтями в деревянные части. А Трилик крушил фасад замка, осыпая их обломками и пылью. От заклинаний наставников Ковену и Брайне становилось только хуже, потому что Трилик отражал их, сотрясаясь всем своим существом.
Ковен испуганно мяукнул.
– Что случилось? – встревожилась Брайна.
Из-за близости огня у Ковена повредился один протез. Сгорела ременная сетка.
– Поспешим! – сказала она, увидев, что Черномордик схватил и держит протез зубами, крепко вцепившись в шерсть Ковена.
Да, поспешить стоило. Иначе Ковен мог в любой миг сорваться с гладкой поверхности. На их счастье, заклинания больше не сыпались. Лексиос и Сирения, как видно, предупредили Ксантоса.
– Чувствуешь? – удивлённо спросила Брайна.
Да, Ковен чувствовал.
Сквозь запах гари пробился и защипал ноздри солёный морской запах.
Ковен и Брайна упорно ползли вверх.
К голове автоматона. Цепляясь когтями, они медленно, но верно продвигались всё ближе.
Новое сильнейшее сотрясение едва не сбросило их вниз. Повернув головы, они увидели, что Дареза завершила магический круг.
– Говорила: проваливай, туполап! – прорычала она. – Иначе я разнесу автоматон с тобой вместе! Мне безразлично!
Но её заклинание, как и все остальные, не пробило барьера. Дареза принялась рисовать новый круг.
– Сейчас слезу и проучу её, – решила Брайна, заранее проверив, крепко ли держится за неё Пушнис.
– Не вздумай! – остановил её Ковен. – Если откажут протезы, ты одна будешь останавливать эту машину!
Добравшись до огромной деревянной головы, они обнаружили в ней дверцу. Брайна простеньким заклинанием тут же её открыла. И они увидели сложнейший механизм.
– Вот над чем корпела Эркенбальда! – воскликнула Брайна.
И стал искать. Среди множества проводков и клемм самых разных цветов он увидел жёлтую! Вот оно, жёлтое семечко! Поддел клемму когтём, она поддалась. Ещё немного, и он сорвал её.
В механизме что-то щёлкнуло и засвистело.
– Прыгаем! – мяукнула Брайна. – Он сейчас взорвётся!
Они вовремя оказались на земле и увидели, как деревянная голова разлетелась на мелкие кусочки. Трилик опрокинулся на спину. Ковен увидел под обломками Дарезу, та едва дышала. Он вытащил её.
– Не трогай меня, грязный…
Но лесная кошка потеряла сознание, не окончив фразы. Героический подвиг окончательно лишил кота протезов. Они и так едва держались на лапах, а теперь отвалились.
Обломки Трилика едва не задавили Ковена с Брайной. Сотрясение было так велико, что часть фасада замка отделилась и с грохотом рухнула.
– Зачем ты её спас? – сердито спросила Брайна. – Пусть бы погибла под обломками!
Зародыш Дарезы поглядел на неё глазами, полными слёз.
– Прости! Ляпнула, не подумав.
Пошёл осенний дождь, огонь стал паром, угли зашипели. Кошки осторожно приблизились к дымящемуся каркасу Трилика. Пар и дым мешали хорошенько его разглядеть. Ковену показалось, что автоматон взорвался изнутри.
Они добрались до замка. И увидели чёрные следы, ведущие по коридору вглубь.
– Бежим внутрь! – позвал он Брайну.
В большом зале пахло морем. В воздухе ощущалась влажность. Посреди ковра барахталось странное существо. Чёрные следы вели прямиком к галерее витражей.
– Ты думаешь о том же? – спросила ангорская кошка.
– В пещеру Аквамарина, скорей!
Тревога победила усталость, и они побежали со всех лап.
Нижние витражи замелькали с необыкновенной быстротой, смешались все краски и линии. Вход в древний зал был разрушен, на каменном полу разлились огромные лужи, в которых плавали обломки. Из глубины доносились странные горловые звуки. Они пугали и настораживали.
Друзья, держась рядышком, боязливо сделали шаг внутрь.
Существо, которое они увидели, было совсем небольшое. Оно стояло на задних лапах и словно сошло с витража, который некогда так поразил Ковена.
– Кто это?.. Неужели рукокрылое?.. – еле слышно спросила Брайна.
Ковен только в эту секунду заметил, что чешуйки шевелятся. Ощущение точно такое же, как в подземном древнем святилище с рисунками на стенах.
Рукокрылое колдовало с помощью узловатой палки, направляя на школяров поток воды. Водяная стена приближалась, брызгая на камни. Они не знали, как спастись. Вода вот-вот должна была снести их, утопить, уничтожить!
На пути воды встал щит.
Позади Ковена и Брайны появился Ксантос, за ним – Лексиос и Сирения.
Рукокрылое мгновенно исчезло.
Четыре школяра и магистр с недоумением оглядывали зал Аквамарина.