Алексис Опсокополос – Повелитель огня III (страница 34)

— Вот такие дела, Вовка, — сказал Николай и развёл руками.

Я стоял напротив него и даже не знал, что сказать. Дела и впрямь были паршивые — хуже не придумаешь. В Велиграде убили князя Борислава. По официальной версии, это сделал тысяцкий Лесьяр, тот самый, что долгие годы был при князе и считался его ближайшим соратником. Но что там произошло на самом деле, никто толком не знал.

Власть в княжестве уже перешла к дяде Видогосту: ему присягнул воевода, присягнула дружина, да и вся знать, как водится, быстро переметнулась. И дядя стал новым Велиградским князем. Новость была такая, что даже думать сразу не хотелось. В Велиград уже точно можно было не спешить. Более того, теперь следовало хорошенько подумать — стоит ли вообще туда возвращаться.

А ведь день начинался просто отлично. Я выспался впервые за долгое время, так как ночью мы не разговаривали с Николаем. Позавтракал, а потом валялся на кровати в своих покоях и читал книгу, любезно предоставленную гостеприимных хозяином.

Толстый том в тёмно-зелёном кожаном переплёте назывался «История Девятикняжья и домов, великих и малых». Полезная книга — в ней подробно описывались древние союзы князей, раздел земель, первые войны и создание непосредственно самого Девятикняжья. Я дочитывал главу о старых распрях между златичами и воличами, когда в дверь постучали.

— Войдите, — сказал я, откладывая книгу.

Дверь тут же отворилась, и на пороге возник молодой слуга Владыки Севера.

— Господин, тебе нужно срочно пройти со мной в тронный зал, — произнёс слуга. — Владыка ждёт.

Мне это сразу не понравилось. До обеда оставалось менее получаса, и я ожидал, что меня вот-вот пригласят в обеденный зал, где Николай за трапезой планировал меня с кем-то познакомить. А вместо этого — иди в тронный.

И вот я пришёл, и Николай вывалил на меня такую новость.

— Такие дела, — повторил Владыка Севера и развёл руками, будто хотел показать, что добавить тут больше нечего, однако после небольшой паузы добавил: — Прими мои соболезнования. Борислав тебе настоящему отцом не был, но всё же.

Я кивнул и сказал:

— Благодарю. А соболезновать можно не только по этому поводу. Все мои планы рухнули. Мне теперь просто некуда возвращаться.

Николай чуть откинулся на спинку трона и, скрестив руки на груди, произнёс:

— Возможно, ты и прав: возвращаться в Велиград тебе не стоит.

— Я уверен в этом. Я ведь рассказывал тебе, что Видогост отравил своего племянника — настоящего Владимира. И пытался убить меня, когда я оказался в его теле. Так что тут без вариантов — в Велиград мне никак нельзя. Даже если дядя и не станет мне сам больше ничего плохого делать, то от огневиков он меня точно не защитит. Сразу же выдаст, если затребуют.

— С этим трудно не согласиться. Но всё же, зачем Видогост убил настоящего Владимира? У тебя есть какие-нибудь мысли на этот счёт?

— Понятия не имею, — ответил я. — Этот вопрос не даёт мне покоя с первого дня, как я здесь очутился. И я очень надеюсь когда-нибудь получить на него ответ. И также надеюсь, когда-нибудь узнать правду о гибели Борислава. Я не сомневаюсь, что его убил родной брат. Даже если технически, это сделал Лесьяр, за всем этим стоит именно Видогост.

— Возможно, ты и прав, — согласился Николай. — Но за Видогостом тоже может кто-то стоять.

— Кто? — спросил я. — Станимир? Станислав?

— Это может быть кто угодно. И мне очень не нравится эта тенденция: второй князь погибает в течение месяца при странных обстоятельствах.

— Второй? — я искренне удивился. — А кто был первым?

Николай чуть подался вперёд, опершись на подлокотники трона, и негромко произнёс:

— Первым был Светозар — князь воличей. Союзник твоего отца во время его войны со златичами. Ты не знал, что Светозара тоже убили?

— Нет. Откуда мне было знать? В Черногорье газеты не выходят.

— Ну да, — согласился Николай. — Ты ведь всё это время был в бегах.

Владыка Севера откинулся на спинку трона, какое-то время молчал, а потом произнёс:

— И я сильно сомневаюсь, что это простое совпадение. Два князя-союзника погибают в течение одного месяца. Слишком уж удивительное совпадение для Девятикняжья.

— Тогда получается, дядя точно не организатор убийства отца, — сказал я. — Убрать Светозара он бы точно не смог. Да и зачем ему это?

— Он вполне мог всё организовать в Велиграле, просто действовал не по своей инициативе, — предположил Николай. — Скорее всего, Видогост — исполнитель, который не смог кому-то отказать.

Я усмехнулся и заметил:

— А зачем отказывать, если тебе самому это выгодно?

— Вот и про младшего брата Светозара — Радогора говорят то же самое: что он причастен к убийству брата. Сам, Радогор, конечно, всё отрицает, но при этом он с первых же своих дней у власти резко сменил политику княжества. Заключил союз со златичами и подписал со Станимиром договор о вечном братстве и дружбе. Посмотрим теперь на твоего дядю. Если он тоже быстро переобуется и начнёт дружить со златичами, тогда за всем этим точно стоит Станимир. Или…

Николай недоговорил, замолчал и призадумался.

— Или что? — спросил я.

— Или кто-то хочет, чтобы все думали, что за этим стоит Станимир, — ответил Николай.

Я тоже призадумался, но почему-то вдруг вспомнил, что у Владыки Севера в аманатах находились дети Светозара.

— А что ты теперь будешь делать со своими аманатами? — спросил я. — Имеет теперь смысл их держать у себя? Если Радогор убил родного брата, то на детей брата ему точно плевать.

— Я их уже давно не держу, — ответил Николай. — Но об этом мы поговорим чуть позже. Как и о том, кто мог организовать убийство Борислава. Сейчас я вижу, ты ещё не оправился от шока.

— Да нет никакого шока, — отмахнулся я. — Просто неожиданно это всё. Да и жалко Борислава. Вроде неплохой он мужик был. И Радмилу жалко. Хоть она мне и не мать, но женщина хорошая, добрая. И у неё был конфликт с Видогостом, это я сразу заметил. Дядя теперь может отыграться на ней.

— Сейчас Радмила с дочерью гостит у её родителей в Тумени, — сказал Николай. — И если она женщина умная, то в Велиград не вернётся. Это здесь распространённая практика. Мало кто из княгинь остаётся в такой ситуации при дворе: обычно уезжают в отчий дом, либо их берёт в жёны новый князь — так сказать, ради преемственности.

— Странная практика.

— Здесь это нормально. Но у Видогоста есть жена, Радмила ему не нужна. Ему лучше, если она уедет навсегда. Никто не будет мешать править.

— Я, вообще-то, собираюсь помешать.

— И на каких основаниях? — усмехнувшись, спросил Николай. — Видогост — законный наследник Велиградского престола. Он занял его по праву.

— Законный, — согласился я. — Но лишь при условии, что он не участвовал в заговоре против Борислава. А если участвовал, то он узурпатор.

Николай покачал головой и сказал:

— В тебе сейчас говорит ярость и неприязнь к дяде. Это неправильно. Голова должна быть ясной. Очень хорошо подумай, прежде чем принимать какие-либо решения.

— Принимать я могу что угодно и сколько угодно, — ответил я. — Но пока что я никто и звать меня никак, даже несмотря на мои навыки. Мои шансы забрать престол у дяди равны нулю.

— Забрать престол — вообще не проблема, — сказал Владыка Севера. — С помощью чёрных братьев ты возьмёшь Велиград за неделю максимум. Но это будет война, и погибнет много людей. Твоих потенциальных подданных. Тебе это нужно?

— Нет, не нужно.

— И это ещё не всё. Как я уже сказал, взять Велиград несложно. Или тот же Крепинск. Я могу дать вам с Ясной чёрных братьев, чтобы они помогли вам отобрать ваши княжества. Тебе, конечно, будет сложнее, так как Видогост — законный князь, а ты выступишь в роли мятежника. А вот у Ясны проблем не будет — в Крепинске против узурпатора ещё и народ восстанет. Но что потом? Как вы эту власть удержите? Особенно ты, ведь все в Вилиграде будут считать, что ты занял престол незаконно.

— Думаю, вопрос законности я решу, объяснив всем, что дядя организовал убийство отца, — сказал я.

Николай на это лишь рассмеялся.

— Во-первых, тебя никто слушать не будет, — сказал он. — А во-вторых, тебе придётся бороться не столько с дядей, сколько с тем, кто стоит за ним. Ты знаешь, кто это?

— Не знаю, — вздохнув, признал я.

— А как ты будешь бороться с тем, чьего имени не знаешь? Это уже будет не борьба. Это будет ожидание удара в спину. Каждый день. От кого угодно. Тебе это нужно?

— Ты прав, это мне не нужно, — согласился я. — Но что-то же делать надо.

— Думать, Вовка, надо, думать, — сказал Владыка Севера. — А ещё надо делать всё возможное, чтобы не допустить очередной войны. Так как ещё одна большая война в Девятикняжье перед нарастающей угрозой с востока станет настоящей катастрофой. Нельзя делать такой щедрый подарок чёрным альвам.

— Но я всё равно хочу отомстить Видогосту.

— А вот это плохо, Вовка.

— Я хочу справедливости, — поправился я.

— Это уже лучше. Но не надо спешить. Ты слишком слаб. Как я тебе уже сказал: чёрные братья вернут тебе княжество, но тебя убьют в первую же неделю после этого. Свои. Ночью, когда ты будешь спать. Потому что будут считать тебя предателем, обратившимся ко мне.

— Меня не так-то легко убить, — уверенно сказал я.

— Борислав, наверное, тоже так думал, — парировал Николай. — И Светозар тоже. Ты не должен сейчас забивать голову ни местью, ни наведением справедливости. Ты должен думать, как стать сильнее. Чтобы в один прекрасный день забрать трон у дяди.