Алексей Зелепукин – Курьер (страница 7)

– А что нам известно о прошлом этого горе-любовника? – вдруг задал вопрос Гриффин.

Алютам откинулся в кресле, устраиваясь поудобнее.

– Да на самом деле, почти ничего. Дар открылся достаточно поздно, на восьмой год, но зато, сразу боевым заклятием. Он напал на Дервиша, приняв его за одного из оборотней. Из-за шапки. Помните, лет десять назад Император устраивал театральное шоу в годовщину победы над Рюмсталем? Их специально для представления шили. Ну а потом это все ушло в утиль и на распродажу.

Куратор улыбнулся, кивая головой.

– Было дело… Воевода тогда чуть полгорода в каземат не отправил. Благо, вовремя разобрались.

– А чё сразу я? Это ваши клирики хватали кого не попадя, с ног сбились и помощи затребовали. А миротворцы народ дисциплинированный. Дали приказ – выполняют, – начал оправдываться Фирлес, но умолк под укоризненным взглядом судьи.

– А о родителях?

– Если верить отчету, записанному со слов самого студента, родители погибли при налете одичалых. Его приютили в кузне городища, Имратий – Дервиш, что привез мальчика в город, тоже толком ничего не прояснил, на полученные за Супра премиальные, напился до беспамятства, а на утро был найден в канаве с проломленной башкой и пустыми карманами. Так что, из всей, на самом деле достоверной информации, есть только запись о том, что его усыновил Огнебород.

– Вы всех своих студентов так хорошо помните? – оживился Лизард.

– Господин Судья, я учу студентов готовится к экзаменам. А повторение – лучший способ изучения, – ректор швырнул на стол кожаную папку с личным делом студента.

Гриффин зашуршал страницами. В зале повисла неловкая тишина. Никто не хотел брать на себя ответственность, но при этом все просто жаждали поскорее отправиться по своим делам.

Минут через десять изучения данных о Краме, Судья громко хлопнул сводом законов, и с лицом победителя заявил:

– Мы попросим обвинение представить кристалл правды жены Посла. Согласно кодекса, если женщина обвиняет мужчину, она должна предоставить доказательства, иначе это считается клеветой и карается смертной казнью.

– Но жена Дуклиса – графиня. Студент ниже рангом. Хватит её слова, – отпарировал счетовод.

Куратор засмеялся.

– Ловко, очень ловко, Господин Судья. Мальчонка – приемыш в семье потомоков Крауса Огнедышащего. И, если я ошибаюсь, пусть достопочтимый Алютам меня поправит: Спасшего жизнь прапрадеду нашего императора, Самому Сейну Посланнику Небес, когда тот с Авангардом угодил в засаду старшего из Гаэндорцев – Рюмсталя-Вервольфа. Краус сразил оборотня и помог Варсану покинуть поле боя, отдав ему своего скакуна. Сам же Краус пал, защищая отход императора. В благодарность Небесный Посланник назвал погибшего братом и приказал похоронить его, как человека, принявшего королевскую смерть. На трон наш горемыка претендовать конечно не может, но с юридической точки зрения, его княжеский статус оспорить нельзя. Он потомок названного брата Императора!!!

– Он приемыш, не выйдет… – отпарировал Инквизитор.

– Выйдет, мы можем купировать из отчета данные о его происхождении, ну или аргументировать его требование клятвой Барта Огнеборода принять его как собственного, это затянет разбирательство на долгие недели, – поддержал Судью Пикинг.

– Именно, – улыбнулся Гриффин. – Но мальчишку лучше отправить с глаз долой. И лучше инкогнито, куда подальше от града, а лучше сразу к руднику. Этот Дуклис – темная лошадка, и за ним стоят не малые капиталы. Если учесть, что сам глава рода Айсманов выдал за него свою дочь, да и трибунами даром не становятся. Я, конечно же, наведу о нем справки. Но нам не нужны рыскающие по городу ассасины Водяных.

Куратор одобрительно кивнул головой.

– Вы отправите боевого мага в Дервиши? К Рудникам? – у Генерала отвисла челюсть.

– Почему бы и нет? – удивился Ректор. – Общество Балидура пойдёт ему на пользу. Да и…

Но Генерал Фирлес оборвал Шайна.

– Я думаю, не самое правильное решение отправлять студента к Копям. Это позволит Миролею Абунданту отправить к рудникам отряд под предводительством «обесчещенного» и жаждущего мести Дуклиса, и в случае провала откреститься от него, сославшись на состояние аффекта.

– Согласен, его нельзя зачислять ни к миротворцам, ни к Дервишам. В любом случае, вопрос о судьбе юноши в руках правосудия. Закон одинаков для всех простых смертных, – ледяным тоном произнёс Лизард. – Время позднее, пора заканчивать, через несколько часов нам предстоит выслушивать жалобы обесчещенного графа Дуклиса. А с этой змеей беседовать лучше на ясную голову.

* * *

Холодные щупальца кристалла Правды вдруг исчезли, оставив после себя тошноту и ужасную головную боль. Казалось, что все нутро Крама вывернули на изнанку, обнажив самые сокровенные вещи.

Более нагим юноша себя не чувствовал даже тогда, когда он стоял со спущенными штанами перед толпой людей, склонившись над телом незнакомой красотки. Тогда он обнажил своё тело, сейчас обнажили его душу. Казалось, что с него содрали не только одежду, но и кожу. Страхи, желания, мечты, все то, что делало его им – все это было вытащено на всеобщее обозрение. Едва усмирив рвотные позывы, Крам огляделся. Сознание возвращало контроль над телом. Он не сошёл с ума, и кристалл не выжег его разум. Хотя сейчас он завидовал тем, чья душа не смирилась с подобным издевательством и просто покинула бренность этого мира.

Юноша поднялся на ноги. Тошнота отступила, сменяясь головокружением. Крам качнулся и уселся на ложе.

– Вы признаны виновным в поведении, не подобающим студенту Университета. Вы лишаетесь всех привилегий и социального статуса, – голос, произносивший приговор, был беспристрастными, почти механическим. Рухнувшие мечты на будущее диким ревом вырвались из уст вчерашнего мальчишки.

– В уплату за обучение в Университете вы должны прослужить в Курьерской службе пятнадцать лет. В случае, если полученные в бою травмы не позволят вам продолжить службу или смерть настигнет вас – долг будет аннулирован и погашен за счет казны Императора. Отбыть к месту службы надлежит немедленно. Вы можете экипироваться за свой счёт или воспользоваться услугами казначейства. В любом случае, такса за пользование верстовыми камнями и стоимость экипировки будут высчитаны из вашего жалования. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.

Голос смолк.

Слеза незаслуженной обиды скользнула по щеке Крама, он стиснул зубы.

Чьи-то сильные руки вытащили юношу из кресла и потащили по коридору. Дверь открылась и свет магических светильников озарил небольшую залу и стоящего в одиночестве Декана факультета искусства войны. Стражи разжали хватку и юноша рухнул на гранитные плиты пола.

– Он ваш, профессор. Портал откроется через сорок минут, – произнёс один из стражей и они снова исчезли за дверью, откуда выволокли Крама.

Учитель стоял молча, спиной к своему студенту.

Воля сломалась об безысходность, мальчишка разразился рыданиями.

Профессор выждал несколько мгновений и потом вдруг пальнул молнией в пол перед раскисшим магом. Высверк молнии разбудил рефлексы, тренированные годами, Крам вскочил на ноги и принял боевую стойку, на кончиках пальцев правой руки Идрак вспыхнул огненным конструктом, готовый стать либо щитом, либо атакующим заклинанием.

Декан развернулся и подошёл к ученику.

– Ты оскорблён и унижен. Но ты пренебрёг истинной, которую я пытался вбить каждого из вас!!!!

Юноша распрямился, конструкт исчез. Сейчас он снова почувствовал себя тем же не очень радивым учеником, каким был всегда, пока учился в Университете. Это помогло справиться с нагромождением бед, свалившихся на его голову за последние сутки.

– Воин всегда держит ухо востро, всегда готов к подвоху, западне, внезапной атаке!!!

Упреки учителя вернули Краму его душу. Страх перед будущим таял, предстоящая судьба не казалась уже такой невыносимо страшной.

– Ты жив, это главное. Твой приемный дед начинал обычным ополченцем. А после Войны его лекции слушали дети самых знатных семей. Дар и умение им пользоваться – не одно и то же.

– Умение оттачивается практикой… – закончил за учителя юноша. Профессор по-отечески улыбнулся.

– Докажи, что был достойным учеником. Курьерская служба смертельно опасна. Но ведь ты боевой маг. Лучший на факультете. Они могут отнять звание, статус. Но твоих навыков и знаний им не отнять. Твоя жизнь в твоих руках, Курьер. Докажи, что я не зря тратил своё время, обучая тебя. Пятнадцать лет практики – шлифуй своё мастерство и возможно, ты сможешь вернуться в Университет, но уже преподавателем. Великим Воином человека делает не место службы, а его отношение к ней.

Голос мастера вселял надежду и уверенность.

– Нам пора, Крам, надо успеть в арсенал, если не хочешь попасть на Окраину в своей провонявшей мантии, без исподнего, доспехов и оружия. Не экономь на этом, счёт в 800 империалов все равно будет выставлен.

Юноша отер рукавами лицо и уже спокойным голосом добавил:

– Спасибо за все, Учитель.

Декан прохлопал ученика по плечу.

– Чем катастрофичнее неприятности свалившиеся на нас, нем драгоценнее будет усвоенный урок. Ты идти то сам сможешь?

Крам кивнул головой и побрел вслед за учителем к святая святых Города – Арсеналу.

Глава 4

Курьеры

Последующие события завертели вчерашнего студента с молниеносностью вихря или водоворота.