Алексей Войтешик – Проводник. Книга четвёртая. След Чёрной Вдовы (страница 3)

Очнулся Артём на рассвете. Край солнца уже вот-вот готов был показаться за далеким, посеребренным легким туманом горизонтом. Всё! Полное затаенных опасностей и леденящей душу мистики исследование было закончено.

Сладко потянувшись на удобном стуле Паук зевнул, размял затекшую шею и стал подниматься. Тело неприятно ломило, но что поделать, он провел ночь не на кровати. Откровенно говоря, если бы и этого не было, то Артём того и глядишь стал бы сюда иногда ездить, хотя бы для того, чтобы как следует выспаться.

Паук, раз за разом подходя к работающей камере, записал сразу несколько нейтральных, подводящих черту выезда версий своего обращения к подписчикам и гостям блога. Прикинув так и этак сказанное, он неизвестно кому кивнул и, оставшись довольным тем, что только что отснял, стал собираться.

Делал он это нехотя. В первую очередь проверил все электронные носители. Запись, судя по объему файлов, велась всю ночь без перерыва. Смотав кабели и уложив рюкзак, Паук с чувством облегчения и благодарности не удержался и, выходя из дома, легонько поклонился в сторону пустого дверного проема.

Выходя на дорогу, он увидел двигающегося на встречу ему мужчину на велосипеде.

«Што? – Недобро глядя на идущего впереди туриста, спросил тот. —Бачыў д’ябла?.. Паўдуркі, бл..дзь!» – с затаенной злобой бросил он уже через плечо, лениво наматывая скрипучими педалями пыльные метры своего нелегкого крестьянского пути.

Артём, щурясь на свет восходящего солнца, лениво добрел до машины, погрузился, сел за руль и запустил двигатель. «Черт меня подери! – подумал он. – И чего я упирался? Если бы всегда так было, то за такие деньги я ездил бы куда-нибудь хоть даже и три раза в неделю…!»

Домой он вернулся около часа дня. Чувствуя, что сна, в который Артём провалился в Городьках, было недостаточно для того, чтобы отдохнуть, Паук распаковался, принял душ, поел и плюхнулся на диван. Минут сорок лежа на нем он нежился под теплыми струями нагнетаемого вентилятором воздуха, но уснуть так и не смог. Это было странно. Усталость ощутимо давила тело, сжимала болью виски́ и вообще его ощущения и состояние было близко к началу гриппа. Чему тут удивляться? Его запросто могло просквозить в доме, не имеющем ни одного застекленного окна.

Артём поднялся, включил компьютер и до поздней ночи гонял пышущий жаром ПЭВМ вырезая более-менее подходящие фрагменты для создаваемого видеоряда. Уже при монтаже ролика, испробовав все варианты, он не нашел ничего лучше, как с помощью ускоренной перемотки прогнать в нем все то время, когда на записях ровным счетом ничего не происходило. Такого «добра» было просто море! По сути в том странном доме вокруг него ничего и не происходило, поэтому при критическом просмотре Паука своего творения эти моменты ускоренной перемотки, вступительный репортаж и финал были самым интересным в промежутках, когда перед неподвижной камерой или телефоном спал человек, пролетала какая-то пылинка, или пух какого-то растения.

Долго такое смотреть не станет никто, поэтому Паук урезал ролик еще немного. В готовом виде это творение длилось всего-то восемь с лишним минут. Артём поставил свой репортаж на заливку в блог и на ютуб канал, а сам решил отправиться на кухню – попить воды и покурить. Глянув напоследок на то, как медленно загружается видео, он вдруг почувствовал, что его попросту бесит и сам слепленный из ничего материал и то, с какой скоростью он загружается. Хотелось, поддаваясь какому-то странному импульсу, что есть дури пнуть ногой в монитор или даже разбить к чертовой матери сам системный блок.

С трудом сдержавшись от этого порыва, Артём вдруг прислушался к своим ощущениям и задумался: «Что это? Откуда во мне такая дурная агрессия? Что это может ускорить?.. А из-за чего всё? Ролик? Глупости. Никто не смог бы склепать что-то хорошее из того, что сняли камера и телефон. Ну спит человек. Ну, иногда шевелит руками, ногами. Вокруг ровным счетом ничего не происходит! Я же все выслушал и высмотрел до рези в глазах. Чего тогда злиться, что вышло – то вышло. Хотели это видеть, пусть теперь смотрят и обсуждают. Черт, с чего ж меня так носит?..»

В этот момент, задумчиво шагая в сторону кухни, Паук нечаянно зацепился рукавом майки за ручку двери. В порыве какой-то неконтролируемой злобы, вместо того, чтобы поступить как нормальный человек – аккуратно отцепиться и идти дальше, он мощным рывком подался вперед. Тягучая хлопчатобумажная ткань с хрустом расползлась до самого пояса. Артём в приступе ярости снял майку и поливая ее самыми отборными матерными словами, вдруг взбеленился и изорвал ее на лоскутки и тряпочки.

Глава 2

Выспаться в эту ночь ему снова не пришлось. Ближе к полуночи Артём стал просматривать обсуждения последнего выезда и залип там до утра. «Люди, что вам надо? Люди-и-и! – Читая на удивление многочисленные вердикты подписчиков, возмущался он. – «Совсем не интересно», «Что за фигня», «Хоть бы уже не спал, а в носу ковырялся», «Нормально чел зарабатывает, поспал где-то – на тебе денег. Сколько ему заплатили?..»

«Какое вам дело? – сжимая в бессилии кулаки, возмущался про себя Паук. – Так езжайте и вы куда-нибудь, какие проблемы?»

Поздно ночью, даже физически чувствуя себя как-то нехорошо от всего этого, Артём решил посмотреть, а не появлялся ли в сети подлый провокатор «ITdrystch» и немало удивился тому, что этот персонаж мало того, что удалился из его друзей, так вообще стер свой акаунт и покинул группу в день его выезда в Городьки.

Паука начало лихорадить – как так? Возникало твердое ощущение, что его кинули, но почему? Деньги, переданные «ITdrystchом» были реальными – лежали на прикроватной тумбочке. Из них не было потрачено еще ни копейки. Откуда же тогда эта дурацкая паника, ломка? «Ничего не скажешь, – сокрушался он про себя к утру, – «нормально» я отдыхаю в первую половину своего отпуска…

К четвергу Артём вдруг понял, что последние несколько дней он прожил как заурядный алкоголик или наркоман. Он почти не спал и не выходил на улицу. Сумасшествие, но он – здоровый, самостоятельный, неглупый человек стал бояться, что там, где-то в городе, его могут встретить какие-то люди и, навалившись скопом, орать ему в лицо: «Совсем не интересно», «Что за фигня», «Хоть бы уже не спал, а в носу ковырялся», «Нормально чел зарабатывает, поспал где-то – на тебе денег. Сколько ему заплатили?»

Он днями и ночами валялся на постели, ходил в туалет, но вот ванную комнату отчего-то упорно обходил стороной. И это несмотря на жару. Ему казалось, что от воды, падающей из душа, исходит какая-то угроза. Ему даже не хотелось есть, от слова – совсем! Чем жил его организм до этого дня – совершенная загадка. То, что называют «жизненная сила» куда-то стремительно уходила. Даже на свое прибежище – широченный диван, со скомканной, пропитанной по́том постелью он уже не ложился, а попросту падал.

К вечеру четверга одно из таких падений завершилось… Чем оно завершилось Артём понял, когда пришел в себя. В комнате по-прежнему было темно. Он потянулся к лежащему на полу и слабо видимому в полумраке торшеру и нащупал кнопку. О чудо – лампа осталась цела и торшер включился. Паук попытался опереться руками, чтобы встать, но они бессильно расползались в сторону. Опустив взгляд, он обнаружил, что лежит в луже собственной крови!..

Потихоньку начала включаться шумящая голова. Осмотревшись, Артём понял, что на пути к дивану, как видно от серьезного упадка сил, он зацепился за ковер, промахнулся и всем телом ухнул в угол, в котором стояла тумбочка и торшер. Но когда это случилось, сегодня, вчера, позавчера?

От потери крови его мутило, но в то же время, в пику былому унынию и мороку последних дней, в его разбитой голове вдруг начали проскакивать светлые мысли. «Надо к доктору. Конечно, вряд ли это простуда, но надо хоть поговорить с кем-то…»

Список знакомых медиков у Паука был невелик, а тот, кто бы мог его выслушать, понять, а главное, что-то посоветовать, был только один – Лёня Синкевич. Правда работал он в реанимации где-то в Лиде, но соваться со своими страхами и заморочками к незнакомому, но местному не хотелось. Артём явно чувствовал – с ним что-то не так не только в физическом плане. Чужой, казенный доктор выслушает и обязательно потом «приклеит» тебе какой-нибудь неприятный ярлык по психиатрии. Лови потом проблемы с водительскими правами и работой.

С Лёней они познакомились три года назад, можно сказать случайно. В то время Артём еще гонял на байке и по пути на байкфест в Речицу, не доезжая всего километров пять до точки, не зная нюансов дороги стал спешить и сдуру слетел в кювет. Когда Паук кое-как доехал до братьев-байкеров, видя потрепанного товарища, ребята тут же принялись «лечить» его «коня», а заодно нашли для раненного брата среди приехавших на слёт соплеменников доктора – Лёню.

Они здорово сдружились после того случая и много раз встречались на мероприятиях, слетах, фестивалях, гарантированно напиваясь каждую такую встречу.

Еще пару раз кувыркнувшись за это время, три месяца назад Артём продал тот невезучий (как он считал) байк и сейчас, катаясь на своей крошке Тойоте, присматривал себе другой.

Глянув на настенные часы, Паук призадумался. Они показывали 4:32. За окном светало. Рановато для звонка. Внутренне собравшись, он аккуратно, дабы не повредить себе что-то еще, вышел на балкон, взял ведро, швабру и МОП, что сох на подоконнике. Шагая, будто по минному полю, он доковылял до ванной и посмотрел в зеркало. На него смотрела заросшая щетиной, бледная с черными кругами под глазами рожа, правая сторона которой была полностью покрыта запекшейся, бурой кровью. «Алкаш, – заключил Паук, – как есть алкаш! И руки трясутся…»