Алексей Виноградов – Умирать приказа не было (страница 4)

– Теперь по деньгам. У тебя при себе будет пять тысяч евро – наличка, в тайнике рюкзака. На всякий случай, если придется кого-то подкупить или ноги уносить срочно. Легенда: это твои сбережения, отступные от Далтона. У него, по документам, была страховка на персонал.

– Оружие?

– Чистое. – Круглов достал из-под сиденья плоский сверток, бросил Лизе на колени. – "Глок-19". Серийный номер пробивается как утерянный в Штатах пять лет назад. Никаких хвостов. Три магазина. Для местных – обычная ствольница, каких полно на черном рынке. Носи открыто, если надо. Ты же телохранитель.

Лиза развернула сверток, проверила оружие. Привычно передернула затвор, заглянула в ствол. Убрала в рюкзак.

– А "Крот"? – спросила она. – Кто он? Я должна знать, с кем встречаюсь.

Круглов помолчал, потом ответил нехотя:

– Чем меньше знаешь, тем безопаснее для вас обоих. Скажу только: он давно там. Года два. Втёрся в доверие, работает на вторых ролях, но уши держит открытыми. Увидишь узнаешь. У него будет пароль: "Далтон хорошо платил?". Твой ответ: "Только наличными, мистер".

Лиза усмехнулась:

– Оригинально.

– А ты хотела Штирлица с паролем ? – огрызнулся Круглов без злости. – Работаем с тем, что есть.

Они проехали ещё несколько километров. Лиза смотрела в окно, запоминая дорогу – привычка, въевшаяся в кровь.

– Майор, – спросила она вдруг, – А почему вы? Я имею в виду, провожать меня. Обычно этим занимаются помоложе.

– Во-первых, я здесь мимо проезжал, по делам. А во-вторых… – он запнулся, потом продолжил серьёзно: – Я Миллера знал. Тогда, давно, когда он ещё в отряде был. Мы вместе начинали. В одном взводе, в одной учебке. Я его, считай, с карантина помню.

Лиза повернулась к нему, вгляделась в профиль. Круглов смотрел на дорогу, лицо его было непроницаемо.

– И какой он был? – спросила она.

Круглов долго молчал. Потом сказал, не оборачиваясь:

– Лучший. Он был лучшим, Лиза. Стрелял как дышал. Решения принимал за секунду. Людей вёл за собой, они за ним в огонь и в воду. Командир от бога. А потом что-то сломалось. Или война сломала. Он ушёл. А теперь видишь, кем стал.

– Ты это к чему? – спросила она наконец.

– К тому, – Круглов повернулся к ней, взгляд у него был тяжёлый, – Что если он был лучшим среди нас, а теперь стал врагом значит, он враг опаснее некуда. Он знает наши методы. Он знает, как мы думаем. Он сам так думал десять лет. Не забывай об этом ни на секунду.

– Не забуду.

Дорога пошла под уклон, впереди показалось море – тёмно-синее, почти чёрное в утренней дымке. Порт. Краны, контейнеры, корабли. Круглов сбавил скорость, подъезжая к КПП.

– Дальше сама, – сказал он. – Твоё судно "Амстердам", третий причал. Капитан знает, что везёт пассажирку. Вопросов задавать не будет.

Он остановил машину у въезда в порт, заглушил двигатель. Повернулся к Лизе.

– Ну что, Дакота. – он протянул руку. – Удачи.

– Спасибо, товарищ майор. – она помолчала. – Передайте Фёдору Иванычу… если что… ну, вы знаете.

– Передам, – кивнул Круглов. – И лошадям привет.

Лиза усмехнулась, вылезла из машины, достала рюкзак. Солнце уже поднялось выше, обещая жаркий день. Впереди – серые корпуса порта, чужие корабли и дорога, с которой не известно, вернёшься ли. Круглов опустил стекло, окликнул:

– Лиза!. Умирать приказа не было, – сказал он громко. – Помни.

Она махнула рукой и зашагала к проходной, не оглядываясь. За спиной взревел мотор, майор уезжал обратно, в свою жизнь, в свою работу. А она шла в свою. Поднялась по трапу на борт судна. "Амстердам" оказался старым, но ухоженным сухогрузом – палуба чисто выметена, краска местами облупилась, но снасти в порядке, люди при деле. В воздухе пахло солью, соляркой и ещё чем-то неуловимо чужим – может, специями, которыми грузили трюмы, а может, просто дальними странами. Она ступила на палубу и замерла. Прямо перед ней, на корме, стоял вертолёт. Настоящий, боевой, укрытый маскировочной сеткой. Вокруг суетились люди в камуфляже – грузили ящики, проверяли крепления, переговаривались короткими фразами. Деловая, привычная суета. Лиза поправила лямку рюкзака и направилась вдоль борта, высматривая капитанскую рубку. Нужно было представиться, отметиться, узнать, где её каюта. Прошла мимо группы грузчиков, те проводили её взглядами, вопросов задавать не стали. Не положено. И тут сбоку кто ее позвал.

– Дакота?! Ты какими судьбами тут?!

Лиза резко обернулась. Голос был до боли знакомым. Перед ней стоял капитан Дима Нилов. Позывной Нил. Высокий, жилистый, с обветренным лицом и вечно взлохмаченными волосами, которые не брал никакой армейский устав. Форма сидела на нём мешковато, но пилоты вообще редко бывают щеголями. Он смотрел на нее с неподдельным изумлением и явной радостью.

– Нил? – Лиза не смогла сдержать улыбку. Старый знакомый, вместе начинали, вместе в учебке грызли гранит науки. Хороший мужик, отличный пилот. -Чёрт, вот это встреча!

Они обнялись, по-свойски, хлопнув друг друга по спине.

– Ты как здесь? – спросил Нил, отстраняясь и разглядывая её с ног до головы. – Я думал, ты на ферме отсиживаешься, лошадок разводишь. А ты на боевом судне, с рюкзаком, в форме. Небось, на задание?

Лиза кивнула, оглядываясь по сторонам:

– Да, есть немного. А вы, я смотрю, тоже не в санаторий плывёте. – она кивнула на вертолёт. – Подготовка?

– Ага, полным ходом. Учения, понимаешь. Или не учения. Сам знаешь, нам по статусу не положено знать, куда летим и зачем. Команду дадут полетим.

Лиза понимающе усмехнулась. Свои, родные, привычные разговоры. В этот момент из рубки вышел человек в капитанской фуражке – грузный, с седыми усами и тяжёлым взглядом. Капитан корабля, судя по всему. Он увидел Лизу и направился прямо к ней.

– Дакота? – спросил он без предисловий.

– Так точно, – ответила Лиза, вытягиваясь по стойке смирно.

Капитан окинул её быстрым, оценивающим взглядом. На форме не задержался, видно не впервой таких пассажиров возить.

– Добро пожаловать на борт, – сказал он чуть мягче. – Нас информировали о тебе. Идём до заданной точки. Там пересадка. – он кивнул в сторону вертолёта. – Вон с Нилом полетите. Он тебя высаживает, они летят дальше. Всё по плану.

– Поняла, товарищ капитан, – кивнула Лизза

Капитан уже развернулся, чтобы уйти, но на полпути остановился. Обернулся, посмотрел на Лизу внимательно, почти отечески.

– И ещё, Дакота, – сказал он негромко, но твёрдо. – Переоденься. Твоя форма здесь ни к месту. Совсем.

Лиза глянула на свою одежду – обычная полевая форма, ничего особенного. Но капитан прав. В чужих портах, на торговом судне, военная форма, как красная тряпка для быка.

– Поняла, – повторила она. – Переоденусь.

Капитан кивнул, развернулся и ушёл в рубку, чеканя шаг по палубе. Нил проводил его взглядом, потом снова посмотрел на Лизу. Улыбка сползла с его лица, сменившись недоумением.

– Лиза,. А ты чего одна-то? Где группа? Мангуст где? Тихий? Шалун?

Лиза вздохнула. Вот оно. Вопрос, которого она ждала. И на который нельзя ответить правдиво.

– Дима, – сказала она, понижая голос. – Я еду одна. На задание. Одна.

– Как одна? С каких пор наших по одному посылают? Это ж не разведка в тылу, это внедрение, если я правильно понимаю. – он кивнул на её форму – Тебя же группа прикрывать должна.

– Группа не в курсе. Вообще. Это дело особой важности. Седов лично инструктировал. Никто не знает. Даже Мангуст.

– Ни хрена себе секретность. – он помолчал, переваривая. – А если что? Если завал? Если подстава? Ты одна, без связи, без поддержки?

– Значит, буду выкручиваться. Не впервой.

Нил смотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом. Потом положил руку на плечо:

– Слушай, Дакота. Ты меня, конечно, извини, но это херня какая-то. Я понимаю, приказ есть приказ. Но одному человеку в такой омут – это самоубийство. Ты хоть знаешь, куда летишь?

– Примерно.

– Примерно, – передразнил Нил. – Прекрасно. Просто прекрасно.

Он отпустил её плечо, сунул руки в карманы, огляделся. Помолчал, потом спросил совсем тихо:

– А если что случится? Если ты не выйдешь на связь? Кто тебя искать будет? Седов? Он в кабинете сидит, бумажки перекладывает.

– Ладно. Не мне тебя учить. Ты профи. Но знай: если что, я тут. На точке. Вертолёт под парами. Если надо будет свалить, свистни. Я прилечу.

Лиза посмотрела на него с благодарностью. Вот она армейская дружба. Не обсуждают приказы, но подставляют плечо, когда надо.

– Спасибо, Дима, – сказала она просто.

– Не за что, – буркнул Нил. – Пошли, покажу твою каюту. И правда переодевайся.