Алексей Виноградов – Авессалом и Владимир (страница 7)
И взошел Давид на гору Оливару (Olivarum), взбираясь и плача, ходя босыми ногами и с покрытой головой; но и весь народ, который был с ним, взошел с плачем и с покрытой головой. И донесли Давиду, что Ахитофел (Achitophel) также был в заговоре с Авессаломом, и сказал Давид: молю Тебя, Господи, пусть совет Ахитофела будет непостижим. И когда Давид взошел на вершину горы, куда он собирался поклониться Господу, вот, встретил его Хусай Арахитис (Chusai Arachites), одежда его разорвана, и голова его полна земли. И сказал ему Давид: если ты пойдешь со мной, ты будешь мне в тягость. Но если ты вернешься в город и скажешь Авессалому: я раб твой, царь; как я был рабом отца твоего, так и буду рабом твоим, – ты разрушишь замысел Ахитофела. И есть у тебя Садок и Абиатар священники, и всякое слово, какое услышишь о доме царском, пересказывай Садоку и Авиатару священникам. И есть с ними двое из сыновей их: Ахимаас, сын Садока, и Ионафан, сын Авиатара; и через них посылай ко мне всякое слово, какое услышишь. И когда Хусай, друг Давида, пришел в город, вошел и Авессалом в Иерусалим.
16. И когда Давид прошёл немного через вершину горы, навстречу ему явился Сиба (Siba), слуга сына Мифибосета (Miphiboseth), с двумя ослами, нагруженными двумястами хлебами и сотней мер винограда, и сто каменщиков вина и бутылка вина. И сказал царь Сибе: что они имеют в виду? И ответил Сиба: Ослы, пусть сидят слуги царские: хлебом и лепешками накормите детей ваших, а вина пить не удалось в пустыне. И сказал царь: где сын господина твоего? И Сиба ответил царю: Он остался в Иерусалиме, говоря: Сегодня дом Израилев вернет мне царство отца моего. И сказал царь Сибейский (rex Sibæ): все, что было у Мифибосета, будет твое. И сказал Сиба: Я молюсь, чтобы я мог обрести благосклонность перед тобой, господин мой царь.
И дошел царь Давид до Бахурима (Bahurim), и вот, человек из рода дома Саулова (Saul), по имени Семей (Semei), сын Геры (Gera), вышел оттуда. И бросил камни на Давида и на всех слуг царя Давида, и весь народ и все воины двинулись по правую и по левую сторону царя. И так говорил Семей, когда проклинал царя: Выйди, выйди, человек крови и человек Белиала (Belial). Господь возвратил тебе всю кровь дома Саула за то, что ты вторгся в царство его, и Господь отдал царство в руку Авессалома, сына твоего; и вот, зло твое угнетает тебя, потому что ты – человек крови. И сказал Абисай (Abisai), сын Сарвии (Sarviæ), царю: почему эта мертвая собака проклинает господина моего царя? Я пойду и отрублю ему голову. И сказал царь: что до меня и вас, сыновья Сарвии? отпусти его, чтобы он проклял: ибо Господь повелел ему проклясть Давида: и кто осмелится сказать, почему он так сделал? И сказал царь Абисаю и всем слугам своим: вот, сын мой, вышедший из чрева моего, ищет души моей; тем более ли сын Жемини (Jemini)? Отпусти его на проклятие по повелению Господню: может быть, Господь взглянет на мое страдание и воздаст мне Господь благом за нынешнее проклятие. И пошел Давид и его спутники по дороге с ним. И выступил Семей против него со стороны через ярмо горы, проклиная его, и бросая в него камни, и разбрасывая землю. И пришел царь и весь народ с ним, утомленный, и отдохнули там.
Но Авессалом и весь народ его вошли в Иерусалим, но и Ахитофел с ним. Когда же друг Давида Хусай Арахит пришел к Авессалому, он сказал ему: радуйся, царь, радуйся, царь. Ему сказал Авессалом: это ли милость твоя к другу твоему? Почему ты не пошёл со своим другом? И Хусай отвечал Авессалому: нет, ибо я буду тем, кого избрал Господь, и всем этим народом, и всем Израилем, и останусь с ним. Но и это принесу, кому мне служить? Разве это не сын царя? Как я был с твоим батюшкой, так я буду и с тобой. И сказал Авессалом Ахитофелу: посоветуйся, что нам делать. И сказал Ахитофел Авессалому: войди к наложницам отца твоего, которых он послал охранять дом, чтобы, когда весь Израиль услышит, что ты бросил вызов отцу твоему, укрепились бы руки их на твоей стороне. И поставил Авессалом шатер свой на дворе, и вошел к наложницам отца своего в присутствии всего Израиля. И совет Ахитофела, который он дал в те дни, как если бы вопрошали Бога: таков был весь совет Ахитофела, и когда он был с Давидом, и когда он был с Авессаломом.
17. И сказал Ахитофел Авессалому: я выберу себе двенадцать тысяч человек, и встану и преследую Давида этой ночью. И бросившись на него (как будто он устал, и с распущенными руками), ударю его: когда весь народ, который с ним, разбежится, поражу опустошенного царя. И верну весь народ, как обыкновенно возвращается один человек, ибо вы ищете одного человека, и весь народ будет в мире. И понравилась речь его Авессалому и всем старейшинам Израилевым.
И сказал Авессалом: позови Хусая Арахитена, и послушаем, что он тоже говорит. И когда Хусай пришел к Авессалому, Авессалом сказал ему: Ахитофел сказал такое слово: сделать нам это или нет? Какой совет вы дадите? И сказал Хусай Авессалому: совет, который дал Ахитофел на этот раз, нехорош. И сказал Хусай еще раз: Ты знаешь, что твой отец и люди, которые с ним, очень сильные и жестокие сердцем, как если бы медведь охотился на украденных детенышей в лесу; но твой отец также человек войну, и не останется с народом. Может быть, он теперь скрывается в ямах, или в каком-нибудь месте, где пожелает; и когда один из них падет в начале, тот, кто услышит, услышит и скажет: язва произошла среди народа, последовавшего за Авессаломом. И самый храбрый человек, у которого сердце подобно льву, объявит страх: ибо весь народ Израилев знает, что отец твой силен, и все те, кто с ним, сильны. Но мне кажется, что это правильный план. Весь Израиль соберется к тебе, от Дана (Dan) до Берсабеи (Bersabee), как песок морской без числа, и ты будешь среди них. И набросимся на него, где бы он ни оказался, и покроем его, как обыкновенно роса падает на землю, и не оставим ни одного из людей, которые с ним. А если он войдет в какой-либо город, то весь Израиль окружит тот город веревками, и мы затащим его в поток, так что не останется в нем и камня.
И сказал Авессалом и все Израильтяне: совет Хусая Арахиты лучше совета Ахитофела; но добрый совет Ахитофела был разрушен по кивку Господню, чтобы Господь навел беду на Авессалома. И сказал Хусай Садоку и Авиафару священникам: Ахитофел дал такой-то совет Авессалому и старейшинам Израилевым, а я дал такой-то совет. Итак, пошлите скорее и скажите Давиду, сказав: не стой в эту ночь на равнинах пустыни, но пройди скорее, чтобы не погибнуть царь и весь народ, который с ним.
Ионафан и Ахимааз стояли у источника Рогел (Rogel); служанка пошла и рассказала им. И отправились они сообщить новость царю Давиду, потому что их нельзя было увидеть и войти в город. И увидел их некоторый мальчик и известил Авессалома; но они вошли в дом одного человека в Бахуриме, у которого в притворе был колодец, и спустились к нему. И взяла женщина его, и положила завесу на устье колодца, как бы высушивая птисаны: и так дело было сокрыто. И пришли слуги Авессалома в дом, и сказали женщине: где Ахимааз и Ионафан? И женщина ответила им: Они прошли быстро, попробовав немного воды. Но те, кто искал, и не нашли, вернулись в Иерусалим.
И, выйдя, вышли из колодца и, идя, известили царя Давида и сказали: встань и скорее перейди реку, ибо такой совет дал против тебя Ахитофел. И встал Давид и весь народ, который был с ним, и перешли Жорданем (Jordanem), пока не рассвело, и не осталось ни одного, кто не перешел бы реку. Ахитофел, видя, что план его не осуществился, оседлал осла своего, встал и пошел в дом свой и в город свой; и когда дом его был устроен, он умер через повешение и был похоронен в гробнице отца своего.
И пришел Давид в стан, и Авессалом перешел Иордан, он и все Израильтяне с ним. Авессалом поставил Амасу (Amasa) над войском вместо Жоаба: Амаса был сыном человека по имени Жетра из Жезраэля (Jetra de Jezraëli), который приходил к Абигаиле (Abigail), дочери Нааса (Naas), сестры Сарвии, матери Жоаба. И расположился Израиль станом с Авессаломом в земле Галаад (Galaad).
И когда пришел Давид в лагерь, Соби (Sobi), сын Нааса из Раббаты (Naas de Rabbath), из Аммонеев (Ammon), и Машир (Machir), сын Аммихеля из Лодабара (Ammihel de Lodabar), и Берзеллай Галаадитес из Рогелима (Berzellai Galaadites de Rogelim), предложили ему постель, и ковры, и глиняную посуду, и хлеб (frumentum), и ячмень, и муку, и поленту, и фасоль, и чечевицу, и жареный нут, и мед, и масло, и овец, и откормленных телят, и накормили Давида и народ, который был с ним, ибо подозревали, что народ будет изнурен голодом и жаждой в пустыне.
18. Поэтому, осмотрев народ свой, Давид поставил над ним трибунов и центурионов, и отдал народа третью часть под руку Жоаба, и третью часть под руку Абисая, сына Сарвии, брата Жоаба, и третью часть под руку Ефая, который был из Гета. И сказал царь народу: я выйду и я с вами. И отвечал народ: не выйдешь: ибо, если мы побежим, это не будет много беспокоить их о нас: даже если половина из нас падет, они не будут достаточно заботиться, потому что ты считаешься одним из десяти тысяч: это поэтому лучше, чтобы ты был для нас гарнизоном в городе. Кому царь говорит: я сделаю то, что тебе кажется правильным. Тогда царь стал у ворот, и народ вышел своими отрядами, сотнями и тысячами. И приказал царь Жоабу, Абисаю и Ефаю, говоря: сохраните для меня мальчика Авессалома. И весь народ услышал, как царь повелел всем князьям об Авессаломе. И вышел народ на поле против Израиля, и произошла битва в лесу Ефрама (Ephraim). И было в тот день великое поражение и, были убиты там сыны Израилевы войском Давидовым, двадцать тысяч. И произошла битва по всему лицу земли, и было гораздо больше тех, кого лес пожрал из народа, чем тех, кого пожрал меч в тот день. И случилось, что Авессалом встретил слуг Давида, сидящих на муле: когда мул вошел под дуб густой и большой, голова его прилипла к дубу, и мул, на котором он ехал, проехал мимо, подвешенный между небом и землей. Кто-то увидел это и рассказал Жоабу, говоря: я видел Авессалома, висящего на дубе. И сказал Жоаб человеку, который рассказал ему: если бы ты увидел это, почему ты не ударил его землёй, и я бы дал тебе десять сиклей серебра и один пояс? Он сказал Жоабу: если бы ты взвесил в моих руках тысячу сребренников, я бы никогда не возложил руку свою на царского сына. Но даже если бы я смело поступил против своей жизни, не мог ли этот царь пройти мимо, а вы стояли бы на противоположной стороне? И Жоаб сказал: Не так, как ты хочешь, но я нападу на него раньше тебя. Затем он взял в руку три копья и вонзил их в сердце Авессалома. Десять воинов Жоаба побежали и они ударили его и убили его. И Жоав протрубил в трубу и удержал народ, чтобы они не преследовали бегущего Израиля, желая пощадить народ. И взяли Авессалома, и бросили его в лес, в большую яму, и нанесли на него весьма большую кучу камней, а весь Израиль побежал в свои шатры.