Алексей Векшин – Гараж 47 (страница 2)

— А?

— Садитесь.

Воронцов не сел. Он сунул руку в карман старой куртки. Достал небольшой плоский ключ, потемневший от времени. Ни на автомобильный, ни на ключ от обычного гаражного замка он не походил. Сергей машинально взял его двумя пальцами и повернул к свету. На головке была выбита буква «М» и цифра семь.

— От чего?

Воронцов посмотрел на дверь, потом на Сергея.

— Себе возьми.

— Зачем, Семёныч?

Воронцов тяжело сел на табурет. Сергей видел, как под курткой двигается грудь.

— Вам нехорошо? Таблетки с собой?

— Есть. Не начинай.

Сергей положил ключ на верстак.

— Тогда объясните.

Воронцов смотрел на него долго.

— Ты ведь Климов упёртый.

— Говорят.

— Отец такой был.

— Это вы мне тоже уже говорили.

— Хороший был человек.

— Семёныч, ключ.

Воронцов кивнул, словно вспомнил, зачем пришёл. Взял ключ и снова протянул Сергею. На этот раз не отпускал.

— Если придут за сорок седьмым — не открывай.

Сергей ждал продолжения. Продолжения не было.

— За чем?

— За сорок седьмым.

— Что сорок седьмое?

Воронцов выпустил ключ.

— Не открывай.

Сергей посмотрел на него.

— Вы мне сейчас загадку оставляете?

— Никакая это не загадка.

— Тогда скажите нормально.

Воронцов поднялся.

— Нормально я уже сказал.

— Сорок седьмой гараж?

Старик остановился в дверях. На одну секунду Сергей увидел на его лице выражение, которое ему не понравилось. Это был страх; старик смотрел ясно и понимал, что говорит. Потом Воронцов отвернулся.

— Домой иди вовремя, Серёжа.

— Семёныч.

Но тот уже шёл к своему гаражу. Сергей посмотрел на ключ, потом на ряд ворот: сорок девятые, пятидесятые, пятьдесят первые. В этом конце кооператива номера шли нормально. Он сунул ключ в карман. Через десять минут уже почти забыл о нём. Вспомнил дома, когда выкладывал мелочь и ключи на тумбу. Старый ключ ударился о дерево. Сергей взял его.

«М7».

Он несколько секунд смотрел на металл. Потом положил рядом с ключом от квартиры. Телефон завибрировал: пришло сообщение от Антона.

«Пап, привет. Через неделю, в субботу, будешь дома? Возможно, заеду».

Сергей набрал:

«Да».

Подумал. Добавил:

«Если что, машину посмотрим».

Ещё подумал. Удалил второе предложение. Отправил только:

«Да. Заезжай».

Ответ пришёл почти сразу:

«Ок».

Сергей положил телефон и пошёл на кухню выключить закипевший чайник. За окном темнели многоэтажки. В квартире было тихо. Перед сном он снова увидел ключ на тумбе. И почему-то вспомнил лицо Воронцова. Слова уже путались в памяти, а испуганное лицо оставалось перед глазами. Сергей взял ключ и убрал в верхний ящик шкафа. Чтобы не потерять. Утром Николай Семёнович не пришёл в гараж.

На следующий день тоже. А ещё через день Сергею позвонил Игорь и сказал:

— Ты про Воронцова слышал?

Сергей стоял под машиной и держал фонарь.

— Что?

— Умер Семёныч.

Фонарь продолжал светить на масляный поддон. Сергей не сразу понял смысл слов.

— Когда?

— Ночью.

— От чего?

— Сердце вроде.

Сергей выключил фонарь. И только тогда почему-то подумал о ключе.

Глава 2. Похороны

Николая Семёновича хоронили в четверг. День выдался сухой и холодный. Из тех октябрьских дней, когда солнце есть, а тепла от него никакого. Сергей приехал к моргу раньше назначенного времени.

На стоянке Сергей сразу узнал бывшего диспетчера автобазы Василия Петровича Гордеева, водителя Лёню Сапрыкина и председателя «Спутника» Павла Ильича Коршунова. Сапрыкин успел пересесть с автобуса на маршрутку и обратно. Остальных Сергей либо не знал, либо не видел много лет. Он подошёл к Гордееву.

— Здорово.