Алексей Тарасов – Глубже темноты (страница 7)

Подходя к следующему пролету, Наташа все же решила спуститься. Социальная ответственность переборола страх быть вновь обруганной. Но, еще раз посмотрев в окно, девушка поняла, почему звук скрипа качелей стал тише. Инерция, которая осталась от хрупкого детского тела, качающегося во дворе, почти угасла. Деревянная перекладина, служившая сиденьем, была пуста.

«Видимо, все-таки рядом были взрослые», – подумала Наташа, обрадовавшись тому, что проблема решилась сама собой. Теперь между девушкой и теплой ванной с кроватью был всего один этаж. Насвистывая заевшую за день песню, которая играла в кафе раз пять, Наташа открыла дверь своей квартиры, выбросив эпизод с ребенком из головы.

Но, если бы двор был освещен лучше или девушка присмотрелась внимательнее, то могла бы увидеть, что качели были не совсем пустыми. Практически не имея собственного веса, на них сидел серый плюшевый медвежонок. Покачиваясь то ли по инерции, то ли от ветра, он смотрел прямо перед собой, не имея возможности повернуться, пока не упал в желто-красную листву.

Глава 3

– Американо и вон то печенье, – обратился к Наташе постоянный клиент кофейни, указывая на витрину.

Широкоплечий и немного сутулый, он казался особенно внушительным на фоне девушки. Получив кофе, мужчина не спеша побрел к столику. Наташа проводила его приветливой улыбкой. Пыталась вспомнить, как его зовут, но так и не смогла.

Обычно Наташа помнила всех «постоянников» по именам, но сегодня было не так из-за недосыпа. Две чашки кофе смогли ненадолго вернуть ей бодрость. Однако полностью компенсировать отсутствие сна можно было только находясь в постели. Сегодня была не ее смена. Четверг должен был пройти спокойно. Добравшись вчера домой в полночь, Наташа успела принять горячую ванну, как и хотела, а потом сладко заснуть. После испуга от встречи с Ильей и с той девочкой, раскачивающейся на детской площадке, девушка погрузилась в сон моментально, будто ничего необычного не произошло.

Звонок Александра, ее босса, раздавшийся в половину седьмого утра, разрушил мечты Наташи о приятных выходных. Оказывается, Алина, вторая бариста, заболела. То, что рассчитывать на сменщицу тяжело, было понятно изначально. Наташа возмутилась, но не сильно удивилась.

Алина, как и многие представители молодого поколения, относилась к работе не слишком серьезно. Для нее важнее была атмосфера, или, как она говорила, вайб, чем дисциплина и ответственность. Внутреннее отношение девушки к работе дополнял ее внешний вид. В свои девятнадцать она носила розовые волосы, как семиклассница, худи с героями аниме и широкие штаны, в которые могли бы вместиться три Алины. Больше всего Наташу раздражало то, как она хваталась за грудь в том случае, если надо было изобразить паническую атаку. Сама Алина объясняла эту свою особенность врожденным заболеванием сердца. Но Наташа прекрасно понимала, что ее сменщица использовала такой прием, чтобы привлечь к себе внимание, а еще, чтобы Александр, который обладал на удивление добрым для начальника сердцем, не выгнал ее за очередной косяк. Например, за то, что в этот четверг она пропустила уже третью свою смену. И теперь Наташа должна была буквально спасать заведение.

Впрочем, портить отношения с Александром было не в ее интересах. И теперь, пытаясь не заснуть посреди рабочей смены, Наташа приятной улыбкой встречала гостей. Подбадривало то, что и сам хозяин заведения приехал к открытию и помогал Наташе в работе.

– Желаете еще что-нибудь?

Посетителей с утра было мало. Наташа увидела, что мужчина, имя которого она так и не смогла вспомнить, допил американо и молча смотрел в окно.

Ветер снова атаковал деревья. Наташа, одевшаяся в этот раз по погоде, с самого утра обратила внимание на то, как потоки холодного воздуха то и дело подбрасывают вверх желтые листья. Они срывают их с ветвей оголившихся тополей и провожают до самой земли, словно переживая, что те самостоятельно не найдут дорогу на землю.

Мужчина, к которому обратилась Наташа, не сразу услышал вопрос. Он находился в своих мыслях. Посетитель молча посмотрел в ее сторону и покачал головой.

«Нет. Я так и думала. В такую погоду надо не кофе пить, а какао. И желательно дома, завернувшись в клетчатый плед и читая интересную книгу».

От скуки она стала рассматривать прохожих на улице. В городе был обыкновенный рабочий четверг. Из-за холодной погоды люди были одеты не слишком типично для сентября. Пальто, больше подходившие для ноября, то и дело мелькали в окне. Наташа загрустила. Она любила только лето. Когда жарко и днем, и ночью. Можно гулять и не чувствовать усталости. Когда от жажды так хочешь пить, что готова есть лед из стакана с газировкой. Именно летом она была так счастлива с Олегом. Они познакомились три года назад в июне. Потом девушка узнала, каким жестоким бывает этот мир и какую цену нужно заплатить за обман, в котором ты жила, сама того не понимая.

«Владимир! – вдруг вспомнила Наташа, еще раз посмотрев на гостя. – Точно. Этого мужчину зовут Владимир. Он приходил к нам со своей дочкой, а она визжала от радости, когда ей принесли какао с маршмеллоу».

Наташа улыбнулась, вспоминая этот момент. Маленькие гости часто заходили в кофейню с родителями, но сам факт того, что ребенок настолько обрадовался простому напитку, будто ей купили билет в Диснейленд, удивил ее. Это большая редкость для современного мира, где у детей с пяти лет собственные телефоны и планшеты, а мамы и папы готовы на все, лишь бы на несколько минут их дитя счастливо улыбалось и молчало. Ключевое тут – молчало. Наташа была уверена в этом. И ее очень радовало то, с каким трепетом и заботой этот мужчина относился к своей дочке. Кто-то из ее смены даже сказал, что он так любит дочку, потому что редко ее видит.

«Они с женой в разводе. Вот он и выкладывается по полной, когда ему дают ребенка раз в неделю».

«Если бы любил дочку, не развелся бы с женой».

И другие подобные комментарии. Наташа не любила сплетни. И еще больше ей не нравилось, когда людям приписывают заведомо плохие качества, не зная их лично.

«Не суди, да не судим будешь», – отвечала Наташа, заканчивая тем самым подобные разговоры.

Пока девушка вспоминала от скуки дочку посетителя, тот вдруг резко поднялся с телефоном в руке и закричал на весь зал.

– Да что ты такое говоришь?

Его лицо налилось краской. Мышцы напряглись, и сам он стал напряженным и зажатым. Его сутулые плечи осунулись еще больше. Владимир продолжал кричать, не обращая внимания на Наташу. Александр, который до этого находился в подсобке, вышел на крик.

– Как нигде нет? Как пропала?

Александр жестом показал Наташе в сторону гостя, предлагая ей успокоить его. Сам же остался стоять на месте, наблюдая за тем, как бариста справится с ситуацией.

– И ты мне только сейчас об этом говоришь?

Владимир даже не заметил, как девушка аккуратно подошла сбоку и слегка похлопала его по плечу. Для него существовала только трубка телефона, по которой, очевидно, передавалось что-то чрезвычайно важное.

– Извините, – попробовала вставить свои слова в бесконечный крик гостя Наташа, но ее сразу же перебили.

Владимир повернулся к девушке, не прекращая кричать:

– Я сейчас же иду в полицию! – И он с размаху пальцем нажал на телефон, как будто хотел раздавить его. Разговор был окончен.

– Извините, – успокаиваясь, обратился к Наташе Владимир. – Извините.

Казалось, что слова закончились. Гневный поток, который лился из его рта последние минуты, забрал у мужчины последние силы.

– Я могу вам чем-то помочь? – попыталась поддержать шумного гостя Наташа.

Наверное, не стоило лезть не в свои дела, но девушке хотелось узнать причину такой безудержной агрессии, да и Александр, давший задание преемнице, все еще наблюдал за ее действиями.

Мужчина, только что заведенный как вечный двигатель, вдруг резко поник. Он словно пропустил мимо ушей слова баристы и снова ушел в себя. Наташе стало жаль мужчину. Она увидела в его глазах отчаяние и страх.

– У вас что-то случилось? – снова попыталась она.

На этот раз мужчина отреагировал. На глазах Владимира навернулись слезы, которые он попробовал смахнуть легким движением руки. Но получилось плохо. Его брови нахмурились. Было видно, что этот человек не привык показывать свою слабость другим. Тем более молодым девушкам.

– Моя дочка, – пробормотал он то ли Наташе, то ли самому себе.

– Ваша дочка? – переспросила девушка. – С ней что-то случилось?

– Да. Она пропала.

Владимир смотрел на Наташу, но не видел ее. Его глаза судорожно метались по сторонам. Он словно искал выход из ситуации. Или дочку, будто она могла оказаться прямо за спиной Наташи в одном из углов кофейни.

– Пропала? – снова переспросила Наташа, хотя прекрасно слышала слова Владимира. Просто в них было сложно поверить. Она не только почувствовала жалость к мужчине, но и осознала, что внутри нее что-то изменилось. Зародилось огромное любопытство, желание узнать как можно больше подробностей.

Владимир, который в этот миг мог замкнуться в себе, почему-то доверился Наташе и стал рассказывать:

– Жена должна была передать ее мне утром, но вчера вечером София пошла во двор и не вернулась.

«София. Точно, когда девочка запрыгала от счастья при виде какао, мы умилялись не только над ее искренностью. Отец назвал ее не Соня, а София. Совсем маленькую, но так по-взрослому».