Алексей Тарасов – Глубже темноты (страница 9)
Многие жены после развода вставляют палки в колеса даже в отношении встреч с детьми. У Владимира на работе было несколько примеров таких расставшихся пар, где отец видится с ребенком только в строго отведенные дни или даже часы. У кого-то из знакомых был составлен график на несколько месяцев вперед. Любой порыв отцовской любви разбивался о нежелание бывшей супруги идти навстречу. Женщины, заручившись поддержкой судебной практики, могли легко встать в позу и не пускать бывших к ребенку. Особенно тяжело было тем мужчинам, у которых развод был спровоцирован изменой. К счастью, Владимир был не из таких.
Ощутив на себе порывы осеннего ветра, мужчина добрался до кофейни. Привычные лица встретили его с радостью. Кажется, что он и был пока что единственным посетителем.
«Неудивительно», – подумал Владимир, посмотрев на часы.
В семь утра, как правило, мало кто желал выпить кофе. Трафик клиентов должен был начаться чуть позже. И Владимир любил это уединенное место, где нет толп офисных клерков. И главное – нет нескончаемого визга трущихся деталей, которыми напичкан рабочий станок. Тишина и покой. И никаких коллег с завода. Они никогда не заходили на утренний кофе. Большинство из них считало, что это слишком дорого. Можно сказать, роскошно для работяги со скромной зарплатой. Но Владимир так не думал. Его привычка находиться в подобных местах – это, пожалуй, единственное, что осталось от той студенческой жизни, когда он еще мечтал о карьере юриста. Может быть, крутого адвоката. Или, на худой конец, обвинителя. Хотя нет, Владимир всегда видел себя в роли защитника.
София тоже обожала именно это заведение. Однажды в кофейне не хватало персонала, и их обслуживал сам хозяин. Кажется, его звали Александр. Владимир не помнил точно. Но то, какой вкусный какао с маршмеллоу он приготовил дочурке, чем вызвал у нее настоящий восторг, мужчина запомнил. И с тех пор стал постоянным гостем заведения. Точно так, как стали узнавать там его, он запомнил практически весь персонал.
«Кажется, эту девушку зовут Наталья, – подумал он, – и она готовит самый вкусный кофе».
Слегка торопясь и обжигая язык американо, Владимир решил, что пора звонить Кристине. Торопясь выбраться на проходную, он и забыл, что со вчерашнего вечера оставил телефон в кармане куртки. И теперь сильно удивился, когда увидел десятки пропущенных звонков и сообщений. Все от бывшей жены.
«София заболела? Или ушиблась? Или?..» – Других причин для такой активности Кристины он не придумал за те несколько секунд, которые прошли с момента, когда он достал телефон.
Не читая сообщения и не желая гадать, Владимир набрал номер бывшей. Она взяла трубку моментально. Ее голос дрожал.
Владимир еще не знал, в чем причина, но в первую же секунду понял, что случилось что-то страшное.
В следующие мгновения Кристина выпалила череду бессвязных фраз, словно ее язык до этого покусали пчелы, а мозг, парализованный ядом, перестал формулировать мысли в нормальные предложения. Но, как это ни странно, мужчина почему-то все понял. В стрессовые минуты его сознание заработало на повышенных скоростях. И то, что он услышал, повергло его в шок. В голове эхом стала звучать одна фраза, самая главная:
«София пропала ночью».
– Да что ты такое говоришь?
Только и смог выпалить он. Но сделал это так громко, что даже хозяин кофейни вышел из своей подсобки. Владимир увидел его движение боковым зрением. Также он заметил, как Наталья приподнялась и вытаращила на него глаза, не понимая причину крика.
Между тем, бывшая супруга продолжала говорить. Она рассказывала, как дочка вышла поиграть на детскую площадку. Кристина видела из окна, как та уселась на качели. Его дочь была там одна, когда на улице – почти полночь!
«Полночь! Одна!»
Владимир знал, что иногда жена позволяла дочке гулять перед окнами. Но то, что это было дозволено сделать ночью, когда все нормальные дети спят, – это верх безответственности.
«Мать года», – пронеслось у него в голове.
Владимир не мог поверить в то, что говорила его бывшая. С одной стороны, он готов был придушить ее за такое голыми руками, с другой, надеялся, что все это злая шутка, розыгрыш. Потому что даже за такую дорогую цену, как вечно удовлетворенное чувство превосходства над супругой («Я же говорил, что ты никудышняя мать. И все твои запреты – дерьмо!»), он не был готов рисковать своей любимой дочкой.
Кристина повторяла историю по кругу. Истерика женщины дошла до того, что Владимир буквально мог почувствовать соленый вкус ее слез через трубку. Бессвязные слова уже едва улавливались.
«Везде искала. У подруги искала. Тете звонила. Нигде нет».
– Как нигде нет? Как пропала?
Владимир снова закричал. То, что София пропала, он уже понял. Эти вопросы скорее были упреком в адрес Кристины и способом разрядить собственное напряжение. Как мужчина, который всю свою жизнь занимался тем, что старался минимизировать риски, работать на одной работе, ходить в одну и ту же кофейню, есть одну и ту же пищу, сейчас Владимир понимал, что разговорами делу не поможешь. Всю ситуацию он уже ощутил и взвесил. Какой бы сложной она ни была, распускать слюни и слезы, как это делала его бывшая, было бессмысленно. Нужно было что-то делать.
«Нужно идти в полицию. Я везде обыскала», – ревела на другом конце провода Кристина.
«В полицию! – Владимир, как ни пытался, не мог успокоиться. Новая волна крика вот-вот должна была подойти к горлу. – Сейчас утро, а девочки нет всю ночь. И она только сейчас подумала о том, что надо обратиться в полицию».
– Извините. – Девушка по имени Наталья с испуганными, полными сочувствия глазами, подошла ближе, но Владимир был слишком разгорячен, чтобы ей ответить. Он снова закричал Кристине в трубку.
– Я сейчас же иду в полицию! – Не желая больше слушать бесполезные женские вопли, он со злостью сбросил вызов, чуть не продавив пальцем экран.
И снова заметил девушку, которая так и осталась стоять рядом с ним, дожидаясь, пока он положит трубку.
«Если бы тут были другие клиенты, я бы их, наверное, всех распугал», – подумал Владимир, хотя меньше всего должен был сейчас заботиться о ком-то другом.
– Извините, – обратилась к нему Наташа спокойным голосом.
После истерики бывшей супруги и собственного нервного срыва ее слова показались Владимиру чем-то вроде таблетки успокоительного.
– Я могу вам чем-то помочь?
Девушка смотрела ему прямо в глаза. Она была полна участия. И мужчина сам не понял почему, но вдруг размяк и захотел поделиться с ней своим горем. Ни при каких других обстоятельствах он не стал бы изливать душу первому встречному. То ли Наталья обладала каким-то особым даром, позволяющим внушать доверие людям, то ли горе, внезапно свалившееся на Владимира, было слишком тяжелой ношей для одного человека, и мужчина захотел разделить его хоть с кем-то. Так или иначе, после очередного открытого и искреннего вопроса Натальи, которым она попала прямо в цель, он не выдержал.
– У вас что-то случилось?
– Моя дочка, – начал мужчина и за несколько минут изложил практически все, что узнал от бывшей супруги.
– Как же ваша жена оставила ребенка одного во дворе?
«Какой хороший вопрос! – подумал Владимир, снова начиная закипать. – Действительно, как?»
Наташа еще задала несколько вопросов. Но мужчина отвечал ей уже на автомате.
– Все, я иду в полицию, – сказал он.
И действительно собрался уже выходить, как тут выяснилось, что именно Наташа видела его дочку на качелях. Впрочем, огонек надежды на то, что девушка знает еще что-то, быстро погас. Она знала лишь то, что было уже известно.
«В любом случае, она могла быть последней, кто видел Софию. Если полицейские начнут поиск прямо сегодня, показания девушки могут им пригодиться».
Владимир не знал, как в таком случае проводятся разыскные мероприятия, но часто видел это по телевизору. Оцепляют район, создают поисковые группы, опрашивают очевидцев и соседей. Обменявшись номерами с девушкой, Владимир поблагодарил ее за участие и вышел на улицу.
До полицейского участка было идти чуть меньше километра. И Владимир, несмотря на ветер, быстро зашагал в его сторону. Когда до полиции оставалось пару минут, телефон, до звонка Кристине находившийся в беззвучном режиме, зазвонил.
«Неизвестный абонент» – было написано на экране.
Владимир раздраженно снял трубку, собираясь послать любого, кто посмел беспокоить его в такой момент. Реклама, мошенники – кто бы там ни был. Но после нескольких услышанных слов он остановился и замер, как вкопанный. Если бы кто-то из прохожих увидел в этот момент лицо мужчины, то наверняка испугался бы его мертвецкой белизны.
Глава 5
Наташа
Бывают сны настолько явные, что цепляешься за каждый увиденный образ. Вот перед тобой бескрайние зеленые луга, по которым тут и там разбросаны бесчисленные островки благоухающих цветов. Ты наклоняешься к ним, чтобы понюхать, и будто действительно чувствуешь запах. Ты не хочешь уходить отсюда, понимая, как это место прекрасно. Скорее всего, ты даже не догадываешься, что это все не по-настоящему. Но в глубине души надеешься, что это никогда не закончится. Потом, когда зеленые луга расплываются перед глазами и мутнеют, ты пытаешься ухватиться за последнее воспоминание об этой картинке, словно утопающий – за спасательный круг.