Алексей Стопичев – Миротворец (страница 52)
Я подошёл к первой запертой двери и крикнул сквозь дубовые доски:
– Руваты здесь?
– Пошёл ты! – ответили из-за двери.
Я пожал плечами и кивнул бойцам. Те вышибли дверь и метнули внутрь сразу три гранаты. В комнате бахнуло, и пока не осели пыль и дым, туда ворвались легионеры с мечами наголо. Полминуты, и в комнате остались лишь полтора десятка трупов.
Я подошёл ко второй двери:
– Руваты здесь?
– Нет, – откликнулись там, – Мы сдаёмся!
– Открывайте дверь, бросайте оружие, ложитесь мордой в пол! Всем кто сдастся, обещаю жизнь!
Дверь распахнулась, на полу лежали ещё полтора десятка тел, на этот раз живые. Мои бойцы быстренько заскочили внутрь, связали сдавшихся, и повели вниз. Я же пошёл дальше.
Лишь на пятом этаже мы обнаружили Руватов: Арнота, приказавшего убить семью Яга, и троих герцогских сыновей. Лишь две комнаты ещё пришлось «зачистить». Остальные воины герцога предпочли сдаться. Сами Руваты выходить отказывались.
– Перевернуть копья – бить уродов древками! Взять живыми! – приказал я бойцам.
Те кивнули, и выбили дверь. Возня, глухие удары, и вот из комнаты тянут шестерых человек. Самого Арнота и троих его сыновей опознал Яг. Ещё двоих – начальника дружины и мажордома зарубили на месте, прямо в коридоре.
Рассвет встретил нас во дворе разрушенного герцогского замка. Я курил и с интересом смотрел, как мои легионеры сооружают виселицу. Связанные герцог и его сыновья, избитые, окровавленные, ненавидяще смотрели не на меня, а на Яга. Шевалье Мораес, обрабатывая кулаками Арнота и его отпрысков, любезно поведал им, кто он такой, и сколько лет ждал мести. Я не вмешивался. Месть – дело святое. Яг же и попросил повесить всю герцогскую семейку. Так, мол, будет честно. Его брата, несмотря на дворянский титул, тоже повесили, как бродягу. Я кивнул, соглашаясь. Герцог, несмотря на потрясение, дрожал, но держался с достоинством. Старшие сыновья тоже старались выглядеть достойно. А вот младший сломался. Упал в ноги Яга и рыдал, прося простить его. И рассказывал, что Меррал итак наказал семейство, и Зея, возлюбленная старшего брата Яголя, повесилась через день после того, как узнала о смерти Эльена. Моего заместителя не тронуло ничего, ни плач младшего Рувата, ни стойкость старших отпрысков. Он лично подволок каждого к петле и вешал одного за другим, натягивая верёвку. А пока очередной Руват дёргался, Яг, глядя в глаза умирающему, перечислял своих убитых членов семьи. В сполохах пожарищ выглядело это эпичненько, и даже жутковато, но я слишком устал, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
Торре доложил о потерях – погибло восемьдесят легионеров. Остальные ранены, уже подлечены амулетами, и готовы стать в строй. Я благодарно кивнул, и принял от Рузера кружку с кофе:
– Сокровищницу герцога нашли?
– Так точно, вашество, – осклабился Торре. – Там золотом только два сундучка. Плюс ювелирка всякая, серебро.
– Сколько золотом?
– Почти три миллиона рупьев!
Я быстро поделил сумму на тысячу легионеров:
– Вручить каждому по три тысячи рупьев! Долю погибших в лагере передашь казначею, он выплатит по возвращению семьям погибших!
Слыша, как оживились и радостно заговорили легионеры, я понял, что сейчас они и не такую бы крепость взяли. Я отхлебнул кофе и с интересом досмотрел, как Яг повесил последнего – старшего Рувата, заставив того смотреть на смерть собственных детей. Ну что же? Тут, как говорится в народной пословице – что посеешь, того и тапки! А после Яг тихо подошёл и сел рядом. И впервые, по-моему, назвал меня по имени:
– Серж, что бы ни произошло – теперь я твой вечный должник! А род Мораесов умеет держать своё слово!
Глава 7
Когда в Эльсе узнали о ликвидации Руватов, двери в город открыли сами, и приняли покровительство принца Зорота, присягнув ему на верность. Оттуда мы скорым маршем вышли в Орзу, и уже через неделю пришли к городским воротам. Герцогский дом Зерта ошибки Руватов не повторил, и укрылся в портовом городе, защищённом мощными стенами. Через переговорщиков мы потребовали выдать герцога Айриуса Зерта и его двух сыновей – Кормеря и Виара. Наше предложение было отвергнуто, а в переговорщиков даже стали стрелять со стены. Но я своим артефактом так долбанул по стрелкáм, что даже верхнюю часть стены обрушил. Вместе со стрелкáми, естественно. Парламентёры наши спокойно вернулись в лагерь, и мы стали готовиться к штурму. Делать подкопы несколько дней хорошо, когда не торопишься. Но после уничтожения Руватов время пошло не на месяцы, а на недели и даже дни. И затягивать было нельзя. Потому с подвод достали пять онагров, сделанных по моему особому заказу, и являвшихся новинкой для этого мира. Они были небольшими, с чашами под камни в пять килограммов. Камни эти с нужными рунами мы возили с собой. Всё что оставалось – запитать их магией и отправить в сторону ворот.
Когда мы выставили все пять онагров, жители Орзы даже не зашевелились сильно. Ну, подумаешь, какие-то ящики с большими ложками устанавливают лесанийцы. Делов-то? Но вот когда пять камней по крутой дуге полетели к воротам, три ударились в стену и взорвались, отколов приличной площади куски, а ещё два перелетели за ворота в город и взорвались там, торнийцы забегали, как ошпаренные. Мои же легионеры споро оттягивали вниз чаши, и закладывали новые камни, попутно регулируя прицел. Второй залп получился удачнее. Два камня взорвались прямо в створках ворот, разворотив к Мерралу обитые железом створки. Одна из створок просто рухнула внутрь, вторая осталась криво висеть на петлях. В Орзе в это время уже вовсю трубили горнисты, и суета достигла апогея.
Третий залп снёс и вторую створку, попутно обрушив стену справа от ворот метров на двадцать. Четвёртый залп разнёс каменные стены уже на протяжении метров семидесяти. И я в который раз поблагодарил местных богов за магию, так преданно дожидающуюся меня здесь. Когда к воротам выметнулась вражеская конница, грянул пятый залп. И очень удачно каменные бомбы легли прямо в гущу кавалерии, нанеся там ужасающий урон. Но, справедливости ради следует сказать, что получилось это случайно. Зато оставшиеся конники быстренько развернули лошадей и поскакали вглубь города. Улепётывали от стен и остальные вояки. Тогда я решил, что пришла и наша пора, и махнул рукой, подавая сигнал к наступлению.
Штурм Орзы практически ничем не отличался от штурма других городов. Ну, может, легионеры действовали более слаженно. Арбалетчики, наученные предыдущими опытом, шли поодаль и заранее выбивали с крыш всех лучников. Ну, и я уже не полез на острие атаки. Гордо руководил штурмом, сидя недалеко от крепостных ворот и покуривая трубку. А после со Штаровиром, Ягом и принцем Зоротом мы торжественно въехали в захваченный город, и Зорот самолично приказал повесить герцога Зерта с сыновьями, а мы почтительно и демонстративно называли нашего принца Его Величеством.
А потом был трёхнедельный переход к городу Равнену, где обитал дом герцогов Скринов. И вновь штурм, захват города. Правда, в этот раз обошлось без казни. Герцог Скрин отравил себя, жену, сына и двоих дочерей, лишь бы не попасть в руки к врагам. Вечером мы решали, куда отправиться дальше – в город Визон – резиденцию герцогов Заров, либо на столицу. Зорот рвался к столице. Яг его поддерживал. Я же склонялся к тому, что вначале нужно уничтожить реальную власть в королевстве.
– Высочество, – обратился я к Зороту, – Если возьмём столицу – война закончится?
– Нет, конечно, – пожал плечами принц.
– Даже если тебя коронуем?
– Особенно если меня коронуете, – расхохотался принц. – Орайты давно уже положили глаз на престол Торна. Во дворце мой ненаглядный братик Мерцис растёт. Напоминаю, что новая жёнушка моего батюшки – Антара из дома Орайтов, и этот дом никогда не простит, что вы разрушили все их планы по усилению.
– Тогда смысл нам идти на столицу? – пожал я плечами. – Идём на Визон, уничтожаем Заров. Тем более, маршал ваш, тоже из Заров, мне не понравился необычайно. А от Визона до Эстона недельный переход. Добиваем последний герцогский дом, и спокойно тебя коронуем. При этом реальная власть будет именно в твоих руках. На первое время я оставлю тысячу наших легионеров, плюс у вас полторы тысячи своих верных бойцов. А там пооботрётесь, пообтешетесь, и уже сами справитесь.
– Э-э-э-э-э, – замычал вдруг принц, – Серж, а тереться и тесать себя обязательно? Мы вроде не договаривались на это. Я на многое готов, но, знаете ли, боль не очень люблю.
– О боги! – треснул я себя по лбу, – Принц, иногда ты просто несносен! Я с ним о делах государственных, а он скоморошить пытается. Может, Яга коронуем? Он местный, дворянского роду-племени. А ты будешь у Яга в шутах ходить.
Зорот оглушительно расхохотался, а Яг аж голову в плечи вжал и сказал со страхом:
– Вашество, не нужно так шутить.
– Я? Шутить? – разыграл я изумление. И обратился к принцу: – Тут без меня шутников хватает, правда, Ваше Величество?
– Уговорил, идём на Визон, – отсмеявшись сказал принц. На том и порешили.
А через три дня во время ночёвки на нас попытались внезапно напасть. Зары и правда оказались неплохими полководцами. Плюс сумели объединиться с Орайтами, и решили, что дожидаться, пока всех передушат поодиночке – себе дороже. Тем более, наша армия после трёх серьёзных штурмов понесла потери. Погибло около трёх тысяч. Остальные после ранений оставались в «умиротворённых» нами городах вместе с новой администрацией и товарищами из Тайной канцелярии. Но в итоге у нас осталось пятнадцать тысяч пехоты и всего десять тысяч конницы. В это время посреди ночи меня и разбудил Здик, запищав на ухо: