Алексей Стопичев – Миротворец (страница 51)

– Ты сейчас ударишься, – зловеще пообещал я Ягу, – Если причину мне не расскажешь!

Яг огляделся тоскливо по сторонам и сообщил:

– Я родом из Торна!

Я поперхнулся второй раз. И спросил:

– А почему я должен перестать с тобой общаться?

– Ну, я скрывал это всегда. И даже когда воевали с Торном.

– Воевать от этого ты хуже не стал, это первое. Второе – предан лично мне. Ну а то, что ты торниец по происхождению – вообще неважно. Сейчас ты белогорец. И это главное.

– Белогорец, – Яг покатал слово во рту, словно камушек. – А мне нравится, вашество!

– Дарю, – усмехнулся я, – И раз уж пошёл день откровений, как твоё полное имя?

– Шевалье Яголь Мораес, – моргнув, произнёс мой зам.

От удивления я чуть трубку не выронил, которую как раз набивать начал. Но справился, подкурил, и, затянувшись, спросил:

– И что шевалье Мораес делал на рядовой должности в королевской гвардии? И почему никто не знает о твоём дворянском титуле?

– Из-за кровной мести, – признался Яг.

– С кем?

– С герцогами Руватами.

– Яг, – пригрозил я, – Если я из тебя так и буду по слову в час вытягивать, ты слезешь с коня и до вечера будешь вокруг моей лошади бегать! А спать будешь стоя неделю!

Мой зам часто заморгал, соображая, пошутил ли я, или всерьёз пообещал, и решил, видимо, не рисковать:

– Мой род служил герцогам Руватам. И мой брат Эльен полюбил дочку герцога Зею. И Арнот Руват, узнав о близости дочки и Эльена, приказал повесить моего брата, как последнего бродягу! – Яг скрипнул зубами, и продолжил, – Нас было пятеро братьев и три сестры. Плюс жива была мать, когда прискакали люди Руваты. Я был самым младшим. Мне, наверное, лет тринадцать было. Братья ничего не знали, и, несмотря на поздний вечер, спокойно впустили людей герцога в дом. А те с порога стали рубить всех. Сестру, мать и троих братьев зарубили моментально. Только самый старший Лемех сумел выхватить меч и кинулся со второй сестрой на убийц. А мне приказал бежать…

– И ты убежал?

Яг мотнул головой:

– Я схватил со стены отцовскую пику и успел ткнуть одного из герцогских людей в бок. А потом темнота. Очнулся в горящем доме. Все остальные были… мертвы. Вывалился я в окно. Люди герцога стояли с фасада дома и меня даже не заметили. Я огородами убежал подальше от дома и упал в канаву. Там и лежал двое суток. А когда пришёл в себя, ночами стал уходить всё дальше.

– А в гвардию как попал?

– Прибился вначале к наёмникам. Военному делу меня братья натаскивали, несмотря на малолетство, я быстро среди наёмников заработал авторитет. В шестнадцать уже был десятником. В столице вербовщик меня заметил и позвал в королевские войска. Так и попал. Сказался сиротой.

– А вотчина герцогов Руватов?..

– Город Эльс, на юге, – Яг посмотрел виновато. – Вернее, само поместье от города лье в десяти, огромный замок.

Я задумчиво помолчал, и произнёс:

– В принципе, нам всё-равно с какого города начинать. И каких герцогов первых умиротворять. Потому передай Арону, сразу после границы идём на юг!

Яг глянул на меня безумными глазами, молча кивнул, и пришпорил коня, разворачиваясь в сторону Арона и Штаровира.

***

Вечер стремительно наваливался на землю, а тысяча наших лучших бойцов деловито экипировалась. До Эльса мы дошли практически без приключений и остановились лье в пяти от стен города. И нашу сорокатысячную армию до сих пор никто не посмел атаковать. Лишь конные разъезды время от времени показывались на горизонте, и ехали какое-то время то справа, то слева. Потом их сменяли другие. И ни в одну из ночей за три недели похода по землям Торна на нас не пытались напасть. Правда, бдительность мы не теряли, и караулы с дозорами выставляли усиленные. И каждый вечер выстраивали привычно гуляй-города.

Но сегодняшняя ночь обещала быть особенной. Пока вся остальная армия продолжала стоять в зоне видимости торнийского города, мы с тысячью легионеров под покровом ночи скорым маршем двинулись к поместью Руватов. И через полтора часа были на месте.

Герцогский замок был внушительным – стены, высотой с трёхэтажный дом тянулись метров на триста по периметру. Через каждые полсотни метров в стенах стояли массивные квадратные башни с кучей бойниц. Такие же башни были по углам четырёхугольного замка. Понятно, почему Руваты решили отсидеться здесь, а не в городе. Об этом мне сообщили верные разведчики – Шиб и Здик. Они же пересчитали количество воинов в герцогском замке – ровно семь тысяч сто солдат. Город защищал отряд вдвое меньший – всего-то три с половиной тысячи дружинников. Правда, многие горожане также взяли в руки оружие, увеличив количество обороняющихся втрое. Но город подождёт.

Я махнул рукой и мы вчетвером – я, Яг, Торре и Рузер скользнули к одной из стен. Шиб и Здик, светившиеся в темноте как звёздочки, тут могли демаскировать, потому я их оставил в лагере. Каждый из нас нёс по пять тяжеленых мин. Могли бы доверить солдатам, но я посчитал, что здесь важна сопричастность. Дело чести, так сказать. Мины пришлось закладывать недалеко от угла стены – возле ворот стояли магические светильники, и подобраться незаметно было невозможно. Я надеялся, что заряда хватит для приличной бреши в самой стене. Тем более, доработанные мною мины были практически кумулятивными – с направленным взрывом. После того, как мы уложили магические артефакты, я ещё раз всё проверил, и махнул рукой, приказывая отойти. В это время первая сотня, сомкнув щиты, подошла уже на расстояние около ста метров. Мы взяли щиты, и стали в первую шеренгу. Я активировал заряды, и радостно увидел, как кусок стены метров в тридцать просто снесло внутрь герцогской крепости.

– Шаго-о-о-ом! Арш! – скомандовал я, и наша сотня двинулась вперёд.

В замке началось нечто невообразимое. Правда, там пока не могли понять, что случилось, зато осветили огромный двор замка магическими светильниками, и когда наши шеренги стали проходить в проём, на нас кинулись около полутысячи воинов. Но первый же залп из тридцати гранат разметал вражеских воинов по брусчатке. Первый ряд стал на колено, уперев в землю копья. А второй и третий стали прицельно бить из арбалетов.

Глава 6

Выбегавшие из казарм и донжона герцогские воины попадали под взрывы гранат и арбалетные болты. Многие умирали, даже не успев понять, что произошло. Но всё же, нашёлся кто-то толковый, за донжоном сумел организовать конные отряд мечей в пятьсот, и тот выметнулся на нас, грозя растоптать и опрокинуть! Свою ошибку наивные торнийские парни поняли сразу, как только в них прилетело пять десятков арбалетных болтов, а под ногами коней жахнуло полтора десятка гранат. Тем не менее, половина кавалеристов смогла проскочить, но лишь для того, чтобы напороться на настоящую македонскую фалангу из копий. Месиво из людей и лошадей было для легионеров уже привычным. И они деловито рубили через щиты упавших врагов. Бой во дворе замка длился, наверное, всего несколько минут, но брусчатка уже вся была завалена вражескими телами. А слева и справа от нас становились новые сотни. Часть бойцов, под командованием Арона, сразу же рванула на стены, и там легионеры дорезáли последних дозорных, а после открыли огонь ещё и сверху, уничтожая гранатами и болтами тех, кто пытался укрыться за донжоном.

Увидев, что нападать больше никто не планирует, я дал приказ идти вперёд. Шаг за шагом мы продвигались по двору, закрываясь щитами от стрел, летящих из окон донжона. Ворота в главное здание замка герцогские люди быстро закрыли, но целый десяток гранат оказался лучше заклинания «сим-сим», и распахнул двери нараспашку, сорвав их с петель. Первые пятеро легионеров шагнули вперёд, прикрываясь щитами, и тут же заорали, объятые пламенем! Ого! Такого я не ожидал! Круг магов. Здесь. Выхватив свой посох, я растолкал бойцов и быстро заглянул внутрь. Пятиэтажный донжон внутри был практически пуст на первом этаже. Лишь слева и справа тянулись наверх широкие каменные лестницы, на которых стояли лучники и мечники. Дюжина магов стояла на внутренней террасе второго этажа. Я вскинул руку с посохом и ударил. Магических сил у меня теперь не будет минимум до утра, зато, даже если кто из магов и остался жив, из-под обломков много не навоюют. Я отскочил назад, а новая пятёрка шагнула внутрь. За ними пошли вторые, третьи. Я ухватил щит и стал в четвёртую пятёрку, накрывая щитом голову стоящего впереди легионера. Судя по тому, как дрогнул от попадания щит – вовремя. Слева от меня легионер промедлил всего секунду и упал, пронзённый сразу тремя стрелами. Правда, на его место тут же шагнул другой, и взметнул щит над головой. Мы зашли внутрь, и я поудобнее перехватил копьё. Всё это не раз отрабатывалось на учениях. Теперь нужно просто не волноваться. Мы подошли к лестнице, чувствуя, как в щиты впиваются всё новые стрелы, и стали подниматься по ступеням. Шаг. Другой. Третий. Десятый. А вот и первые нападающие, пытаются разрубить передние щиты. Передние легионеры по команде чуть раздвинули щиты, и я резко выкинул вперёд копьё, чувствуя, как попал в живую плоть. Судя сразу по нескольких крикам боли, я был не единственным удачливым. Мы шагнули ещё на одну ступеньку. Левая рука поднимала щит. Правая, опять по команде, вылетела вперёд. На этот раз я не попал. Но слева вновь кто-то истошно завопил. И снова шаг вперёд, и опять удар. И вновь вверх, ступенька за ступенькой. Так и дошли до второго этажа. Сквозь щель в щитах я увидел разгромленную моим артефактом террасу и два десятка переломанных тел, а дальше тянулся коридор, с толпой воинов. Мы привычно метнули гранаты, и первая шеренга сомкнула щиты плотнее. Бахнуло. И к стонам боли и ярости добавились ещё. Мы продвинулись вперёд, резко нанося удары копьями, и время от времени кидая гранаты, шли шаг за шагом, пока не упёрлись в стену. Только тут опустили щиты и немного передохнули. За нами поднимались новые шеренги легионеров, продвигаясь черепахой уже на третий этаж. Через двадцать минут донжон был зачищен. Возле дверей в комнаты стояли пятёрки со щитами, не давая выбраться в коридоры никому.