Алексей Ситников – Karmamagic (страница 63)

2. Наблюдаем за успешными системами. Для развития системного мышления лучше наблюдать за наиболее передовыми и успешными системами. Как они работают, каковы связи между частями, каковы последствия реализуемых действий. Это поможет нам понять, как работают успешные системы, и затем применять это в жизни.

3. Разрушаем стереотипы. Стереотипы — устоявшееся отношение к реальности, выработанное на основе прошлого опыта. Стереотипы, безусловно, помогают нам при выработке простых и типичных решений. Но они же нас и ограничивают. Не будем бояться нового, лучше тренировать свою креативность и стараться подходить к ситуации нестандартно.

4. Развиваем способы измерения обратной связи. Думайте заранее, как вы сможете измерить результат, по каким параметрам, какие свойства других объектов системы это может затронуть.

5. Расширяем круг интересов. Чем шире наши интересы, взгляды, кругозор, тем более вариативным становится наше мышление. При широком круге интересов мы бессознательно будем расширять наши ментальные карты, что поможет развить системность мышления.

6. Создаем ситуации неопределенности. Сознательно, в качестве тренировки, можно создавать себе ситуации неопределенности и находить как можно больше решений для них. На самом деле в работе и в любых аспектах жизни не существует ситуаций со стопроцентной определенностью. Всегда существуют факторы, которые могут неожиданно повлиять на ситуацию.

7. Решаем творческие задачи. Это один из лучших и самых действенных способов развить свои творческие способности и системное мышление.

Мир вокруг нас — сложная система, отдельные компоненты которой связаны множеством связей. Владея навыками системного подхода, мы сможем видеть общие закономерности в частных случаях, и выстраивать верную стратегию даже в ситуациях неопределенности.

Отметьте по шкале от 0 до 10, насколько вы согласны с этими утверждениями, где 0 — совершенно не согласен(сна), 10 — совершенно согласен(сна).

1. Я анализирую любую ситуацию или проблему комплексно, с учетом различных факторов и с разных точек зрения.

2. Я хорошо отслеживаю причинно-следственные связи между различными событиями.

3. У меня хорошо развита прогностическая функция.

4. У меня широкий круг интересов.

5. Я люблю играть в шахматы.

6. Я умею анализировать большие объемы информации.

7. Меня не пугают ситуации неопределенности.

8. Я люблю решать творческие задачи.

9. Я часто использую нестандартные подходы к решению стоящих передо мной задач.

10. При принятии решений я легко оцениваю как риски, так и потенциальные возможности.

Суммарный результат теста по Ресурсу «Системность»

Эмоциональный интеллект

Наш мир пронизан идеями рационального управления. Мы получаем дипломы, сертификаты, развиваем наши умственные способности и профессиональные навыки… Постиндустриальная эра возвела интеллект в культ. Ряд исследователей характеризуют постиндустриальное общество как «общество профессионалов», где правит «класс интеллектуалов»[431]. Для обозначения этого нового интеллектуального класса американский философ, один из авторов концепции постиндустриального общества Э. Тоффлер даже ввел термин «когнитариат»[432]. Казалось бы, нет силы, способной противостоять мощи интеллекта и суперкорпораций, построенных лучшими умами планеты.

Но такая сила есть — это эмоциональное выгорание. Депрессии, нервные срывы, разочарование в себе и своей жизни — это своего рода наша плата за пренебрежение к сфере эмоций.

По мнению некоторых исследователей, в частности, экономиста Владислава Иноземцева[433], сейчас наше общество переходит в постэкономическую фазу, где человек перестает быть интеллектуальным придатком корпораций, и на первое место выходят человеческие отношения и личность. Теперь уже не столько показатели интеллекта, сколько эмоциональная и социальная компетентность признаются основанием для гармоничной и успешной карьеры.

Невозможно безошибочно предсказать, кто и как преуспеет в жизни. Основанием для этого не могут послужить ни оценки, ни коэффициенты умственного развития, ни баллы, набранные во время тестирования академических способностей. Разумеется, существует некоторая связь между коэффициентом умственного развития и устройством в жизни для больших групп в целом, но ни в коем случае нельзя сказать, что это жесткая закономерность. В лучшем случае доля IQ в факторах, определяющих успех в жизни, составляет 20 %. Многие данные свидетельствуют, что люди, являющиеся знатоками эмоций, — те, кто отлично справляется со своими чувствами и к тому же расшифровывает чувства других людей и успешно пользуется этим, — имеют превосходство в любой сфере жизни[434].

По мнению создателя одной из моделей эмоционального интеллекта Дэниэла Гоулмана, именно способность распознавать эмоции, управлять ими была одной из ключевых для выживания человека в доисторические времена, помогая адаптироваться к окружающей среде и находить общий язык как с соплеменниками, так и с соседними племенами[435].

Роль эмоционального интеллекта в социальном взаимодействии была известна еще до всех научных исследований. Одними из самых ранних попыток контролировать свои эмоции и управлять эмоциями других, по мнению Зигмунда Фрейда, стали первые законы и предписания этики, такие как «Свод законов Хаммурапи» (XVIII век до н. э., Вавилон) или эдикт императора Ашоки[436]. Основным понятием Надписей Ашоки является понятие «дхарма». Это санскритское слово не имеет аналогов в европейских языках и философской терминологии. Дхарма — это природный закон, универсальная добродетель и нравственный идеал. В содержательном смысле суть дхармы — это подобающее отношение, благочестивая заслуга, самообладание, благожелательность, чистота помыслов, сочувствие, щедрость, правдивость, мягкость — то, что, безусловно, входит в понятие эмоционального интеллекта сегодня[437].

В библейские времена понятие эмоционального интеллекта еще не существовало, но уже тогда те, кто вел за собой народы, понимали, что только умение понять человека и принять сердцем его позицию может сделать даже из врага союзника. Так, апостол Павел писал в послании к римлянам: «Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими» и «для иудеев я был как иудей, чтобы приобрести иудеев; для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных; для чуждых закона — как чуждый закона, — не будучи чужд закона пред Богом, но подзаконен Христу, — чтобы приобрести чуждых закона; для немощных был как немощный, чтобы приобрести немощных. Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых» (Рим.12:15).

Темы эмоционального интеллекта коснулся и Чарльз Дарвин в своем труде «Выражение эмоций у людей и животных», где он писал о роли внешних проявлений эмоций для выживания и адаптации[438]. Процесс онтогенеза доказывает, что эмоции — гораздо более древняя, первичная структура личности, нежели интеллект. Эмоциональные центры, продуцирующие гнев, страх, влечение, возникли из мозгового ствола — самой примитивной и древней части человеческого мозга. И только по истечении миллионов лет из них развился думающий мозг, или неокортекс. То есть эмоциональный мозг существовал задолго до того, как появился рациональный[439].

В 1930-е гг. прошлого века американский психолог Э. Л. Торндайк выделяет в структуре интеллекта так называемый социальный интеллект, под которым он понимает способность понимать людей и управлять ими, и на основе проведенных исследований заключает, что он может быть измерен[440].

Чуть позже американский исследователь Дэвид Векслер (психолог и диагност, один из тех, кто стоял у истоков IQ-тестирования) публикует статью, в которой делит способности человека на:

• «интеллектуальные», которые измеряются коэффициентом интеллекта (intelligence quotient — IQ)

• «неинтеллектуальные», под которыми он понимает в том числе «когнитивные» и «аффективные», т. е. социальные и эмоциональные способности[441].

В 1948 г. другой американский исследователь Р. В. Липер выдвигает идею «эмоционального мышления», которое вносит свой вклад в мышление в целом. В конце 1970–1980-х гг. это предположение находит экспериментальное подтверждение и дополняется тезисом о влиянии положительных и отрицательных эмоций на активизацию позитивных и негативных мыслей и наоборот.

Расцвет теории эмоционального интеллекта пришелся на 1980-е и 1990-е, когда сразу несколько исследователей опубликовали работы, посвященные эмоциональной составляющей интеллекта. В том числе увидела свет статья американских психологов Питера Сэловея и Джона Майера «Эмоциональный интеллект»[442], фактически определившая все современное понимание эмоционального интеллекта.

Совместно со своим коллегой Дэвидом Карузо они предложили рассматривать эмоциональный интеллект как 4 особые способности[443]:

1. Способность распознавать эмоции (по мимике, жестам, внешнему виду, походке, поведению, голосу) других людей, а также идентифицировать свои собственные эмоции.

2. Способность активировать свой мыслительный процесс, пробуждать в себе креативность, используя эмоции как фактор мотивации.

3. Способность определять причину появления эмоции, распознавать связь между мыслями и эмоциями, определять переход от одной эмоции к другой, предсказывать развитие эмоции со временем, а также способность интерпретировать эмоции во взаимоотношениях, понимать сложные (амбивалентные, неоднозначные) чувства.