Алексей Сидоревич – Звёздный приют (страница 8)

Постепенно древних кьютов становилось всё меньше, а синекожих чужаков из-за моря всё больше, до тех пор, пока не остался на всём белом свете один-единственный кьютский лес. Последнее пристанище небольшой горстки выживших, маленький мир кьютов.

Кья с Кеном притихли и заворожённо слушали грустную балладу. Дрова потрескивали, искры взлетали в тёмное бездонное небо.

– И тогда с неба пришло спасение! – пропел Айхаал.

Элларий, один из местных вождей, смог найти помощь у махсов. Жители далёких звёзд однажды разбили отряды охотников, что явились в лес за новым живым товаром, и освободили всех захваченных кьютов. И тогда синие разозлились и сожгли весь лес, чтобы кьютам негде было скрываться. Выдернув оставшиеся племена предков из лап смерти, древние махсы отправились в межзвёздное путешествие, искать им новый мир. Потом пелось про долгий полёт через бесконечную холодную тьму, в которой не было даже воздуха.

Кен представил вдруг тёмное небо без Центрального Огня, и ему стало страшно. Он вспомнил свой сон, в котором погибшие родичи стояли за ледяным барьером, и содрогнулся. Кья, словно почувствовав эмоции брата, прижалась к нему спиной.

– Как это, наверное, страшно – лететь по этой пустоши.

– Давай дальше послушаем, – шёпотом произнёс Кен и укрыл сестру накидкой.

Поселившись на новой планете, кьюты не стали объединяться, как просил их Элларий и как хотели жители звёзд, а продолжили жить отдельными, часто враждующими, племенами.

Эллария никто не слушал, а потому он ушёл неизвестно куда, а может, и улетел с махсами, кто теперь знает?

Айхаал закончил петь, дудочка Иви стихла. Кен смотрел на звёзды и размышлял: «Эх, Элларий. Почему его никто не услышал?»

Все молчали.

– Сегодня можно не дежурить, – Айхаал стал раскладывать спальные подстилки около костерка. – Всё равно Цветик спит чутко и сразу всех нас разбудит, если почувствует чужака.

– Спасибо, брат. Никогда не слышал этой истории.

Кен был всё ещё под впечатлением от баллады.

– Это я вычитал на одном ветхом пергаменте, который совершенно случайно нашёл в библиотеке.

– Удачно получилось.

– Главное, чтобы эти синие и сюда не заявились, тогда нам несдобровать…

– Сомневаюсь, что синекожие найдут сюда путь. И вообще, давайте спать уже.

Кья сладко посапывала, и Кен с удовольствием прижался к тёплому мягкому боку Цветика. Он всё никак не мог уснуть. Куда же отправился великий предок? А вдруг и в самом деле – к махсам? Кто бы мог подумать! Вот бы узнать про эту историю!

Третий день они шли по берегу большого озера. В лес заходить не стали, как и советовал местный вождь Непримиримых. Им повезло, что нашли несколько диких яблонь и набрали много яблок для Цветика: остальным есть эту кислятину было решительно невозможно.

Лишь к вечеру третьего дня дорога стала заворачивать на север. В последний раз решили заночевать у берега, чтобы как следует поужинать и накормить Цветика свежим уловом.

– Что это? – спросил Кен старшего брата, когда увидел в его руках раскрытую старую книгу.

– Смотрю, здесь должна быть карта этих земель. – Айхаал нашёл нужную страницу. – Вот тут путевод, где мы ночевали, дальше до самой Чёрной Лапи никаких поселений нет, а вот это вообще край Солёной пустоши. – Старший брат показал на уголок карты, где был обозначен горный хребет. – Завтра пойдёт по-настоящему тяжёлая дорога.

Кья с Иви расчёсывали Цветика, выбирая колючки из шерсти. Сестра наконец-то успокоилась и перестала плакать, но на Кена волнами всё накатывала тоска по родным. Чтобы отвлечься, он решил заняться чем-то полезным и взялся перепроверять поклажу Цветика. Неподалёку от берега так весело и умиротворяюще журчал ручей с чистой, вкусной и холодной водой, что настроение понемногу стало спокойным и печаль ушла.

Утром от берега Кен уходил с сожалением: ему очень понравилось это прозрачное озеро со слегка зеленоватой водой. Лес сначала сменился кустарником, потом редкими кустиками, а затем и вовсе пошла степь. Шли долго. Молчали.

В полдень прошли мимо ещё одного путевода, но решили не останавливаться, а разбить лагерь подальше. Трава постепенно исчезла, тут и там появились островки колючек, между которых виднелись большие мохнатые шары растения перекати-поля. Песок накалился от жарких лучей Центрального Огня и обжигал ноги.

– Надо где-нибудь укрыться, – переживала Иви, – и искупаться бы не мешало.

– А ты видишь где-нибудь родник? – спросил Айхаал, озираясь и зажмуривая глаза.

– Ну тогда жару пересидеть бы, а завтра, с раннего утра, выйти.

– И где ты видишь деревья? – Кен скептически посмотрел на девушку.

– Так вон же! Чем не тень?

Иви вытянула руку и коготком указательного пальца показала куда-то чуть левее дороги, по которой они шли. Оба глянули в ту сторону. На самом горизонте возвышалась группа странных камней, такого же цвета, как и окружающие пески. И только приличная длинная серая тень от них манила путников к себе, обещая прохладу.

– Идём туда! – радостно кивнул старший брат. – Топать по этой раскалённой сковородке уже невозможно, остановимся там до утра. Вода у нас пока есть, а затемно мы из этой сушилки попробуем убраться.

– Уф! Какой тяжёлый! – Айхаал с трудом вытащил сумку с махсианским артефактом из поклажи Цветика, и тут вдруг тяжеленная каменюка порвала ткань котомки и ухнула вниз. Зеркальный брусок отскочил от твердокаменного грунта и, лишь чудом никого не задев, угодил на плоский скальный обломок, что лежал чуть в стороне на каменной плите.

Обычный с виду камень вдруг загудел от удара, издавая протяжный густой звук, словно был не камнем, а бронзовым котелком, что ставят в домашнюю печку.

– Ой, что это? – Кья повернулась к брату, поведя ушами в сторону звона.

– Ух ты! – восхищённо воскликнул Кен. – Звенящие камни!

Поднялся такой гул, и откуда только взялись силы? Резвясь, ребята начали бегать и колотить по всем камням, что попадались, и слушали звон каждого из них. Всем было очень необычно и весело. Каждый из скальных обломков в этом месте звенел на свой лад, будто подвешенный на верёвке кусок бронзы, и Кен тоже обошёл их все, пробуя бить топориком и слушая звон каждого из камней.

– Ну хватит уже! Устроили концерт! – Айхаал пресёк баловство и послал Кена за сухой колючкой для костра, сам же решил сложить очаг под котелок.

Он помог снять вьюки с Цветика, но, не удержавшись, ещё раз стукнул обухом маленького охотничьего топорика по камню. Звон повторился. Гу-гу-гу – понеслось по степи.

– Гы-гы-гы! – громко захохотал Кен в ответ.

Центральный Огонь успел скрыться за горизонтом, когда путешественники поужинали и устроились на ночёвку. Жара изматывала, и потому с вечерней прохладой всех одолела усталость, и незаметно для себя они уснули.

Проснулся Кен, когда уже рассвело.

– Проспали! – встревожился парень.

– Да нет, – ответила Иви, – Айхаал решил дать нам всем отдохнуть, а сам куда-то ушёл. Может, посмотреть, что тут есть. На картах это место не обозначено. Я проснулась четверть склянки назад, но его уже не было.

Костёр горел, потрескивал, и яркие весёлые язычки пламени вспыхивали искорками. Старшего брата и в самом деле нигде не было видно. Иви взялась штопать разодранную котомку, а Кья с Цветиком позавтракали и теперь лежали у подножия скалы, где были сложены вещи, и грелись под ласковым утренним Центральным Огнём.

– Устала, поняшечка, – говорила Кья, поглаживая Цветика. – Бедненькая.

Малышка перебирала её зелёную шерсть маленькими ручками.

– Ну это сложно назвать бедностью. Хе-хе, – резкий неприятный голос заставил вздрогнуть всех. Его обладатель неожиданно появился совсем рядом, фигуру скрывал серый пропылённый охотничий костюм, который по цвету сливался с шерстью. Злобные прищуренные глаза разного цвета: левый – рыжевато-жёлтый, а правый отсвечивал зелёным, – были очень странными и как будто обещали неприятности.

Иви подхватила Кью и спрятала её за спиной. Цветик вскинулась и угрожающе зашипела на незнакомого кьюта, а тот мгновенно навёл на них своё огнебойное ружьё.

– А ну-ка, утихомирь свою животинку! А не то я её щас как…

– Не смейте трогать Цветика! – воскликнула Кья.

– Да не нужна мне ваша понка, а вот эта блестящая красотень, пожалуй, очень пригодится. Думаю, что стоит она дорого. Гы-гы!

Цветик попробовала хлестнуть обидчика хвостом, но разбойник будто ждал этого подвоха и резво отскочил назад.

– А ну, цыц! А то без шуток пальну, – он перевёл ружьё на Цветика, и все замерли.

Кья схватила пону за лапу и очень спокойно сказала:

– Цветик, не надо, пожалуйста… Тихо-тихо, успокойся.

– Во-от! Так-то лучше. И животинка цела, хе-хе, и медные пули тратить не придётся.

Незнакомец перехватил оружие в левую руку, подобрал залатанную Иви котомку и попытался запихнуть в неё тяжёлый махсианский артефакт. У него всё никак это не получалось, но грабитель нашёл выход.

– Эй ты, парень. А ну-ка, быстро положи сюда вот эту мою блестяшку в мешок. И давай-ка без шуточек!

«Где же ты, брат? Что с тобой? – крутились беспокойные мысли. – Тебя нет, а тут такое происходит!»

Вслух же Кен ответил, с трудом уложив свою находку в котомку:

– Первый раз такого гада вижу. Тебе бы среди синих жить, а не тут.

– Ты лучше помалкивай да котомку давай. А за синекожего можно и по ушам схлопотать, но я сегодня добрый, хе-хе.