Алексей Шмаков – Око Государево (страница 28)
– Все они оказались во власти неизвестного чародея, который предлагал тебе присоединиться к нему, – кивнул граф.
Теперь понятно, почему Иван Евстафьевич решил смолчать насчёт количества нападавших. Гнев Государев был единственным подобным отрядом в империи, и раньше никому не разрешалось повторять нечто похожее. Хотя многие высшие аристократы хотели усилить свои дружины автоматонами. Но максимум, на который они могли рассчитывать, – это в лучшем случае один телохранитель. У родов, особо отличившихся перед императором, это количество может доходить до трёх.
Только империя имеет право иметь в своём распоряжении автоматонов‑воинов. Остальным это строжайше запрещено. Совершенно ясно, почему создание ещё одного подобного отряда происходило в строжайшей секретности, и даже угроза жизни сына не заставила Ивана Евстафьевича проболтаться.
– Вы думаете, что это чародей? Не вольный потусторонний? Наставник рассказывал мне, что они могут быть невероятно сильны и даже способны воздействовать на физические объекты в нашем мире, не обладая оболочкой.
Хирон молчал, но было видно, что он очень внимательно слушает, что говорит Григорий, и в любой момент может прервать этот разговор. Графу показалось, что автоматон сильно разочарован словами своего подопечного.
– После всего, что я увидел и услышал сегодня, совершенно точно уверен, что это чародей, а не какой‑нибудь непонятный вольный. Пусть даже и демон пятого ранга, подобное ему точно не провернуть без подходящей физической оболочки. А сделать такую способны только на заводе Кулибиных, который сейчас остановился.
И только сейчас Шанин понял, что не знает, создавалась ли или нет подобная оболочка после того, как произошло вмешательство в плавильный цех. Возможно, нужная оболочка уже была создана. Но эти вопросы необходимо задавать Ивану Евстафьевичу. На них он точно должен ответить. Они никоим образом не вынуждают его раскрывать государственных тайн.
– А что насчёт вольных потусторонних, то они действительно способны влиять на наш мир. Но даже самое сильное воздействие, на которое они способны, не причинит вреда и комару. И попасть под их влияние могут люди с сильными психическими расстройствами. В империи с этим строго: все такие люди находятся в специальных учреждениях под контролем и круглосуточным наблюдением. Так что совершенно точно вольный без подходящей физической оболочки ничего не может сделать.
Граф намеренно промолчал, что в качестве такой оболочки может выступить и чародей. Григорий об этом точно ничего не знает. И пускай узнает в стенах академии. Не хватало ещё, чтобы мальчишка стал подозревать всех встречных чародеев в одержимости. Так происходит довольно часто, когда студенты узнают о тёмном прошлом человечества. Даже на чародейском факультете все косо смотрят друг на друга ещё очень долго после начала лекций о действиях Инквизиции, а про Видящих и говорить нечего.
Сам Алексей Валерьевич вместе с ещё парой сокурсников всерьёз собирались вывести на чистую воду всех одержимых, что сумели пробраться в стены академии. И первыми среди подозреваемых были самые строгие преподаватели. К одному они даже забрались в дом и собирались изгнать из него подселенца.
Не получилось.
Опытный чародей легко смог справиться с детьми, которые толком ничего не умели. Обошёлся своими силами и даже не позвал автоматонов‑охранников, которых на территории академии находится очень много.
– Примерно полгода назад одного из наших ведущих инженеров, разрабатывающего оболочки для автоматонов высших рангов, сразила болезнь разума. В тот момент он работал над заказом императора, – словно всё поняв, ошеломлённо произнёс Григорий.
Глава 13
«Светлая Гавань», а именно так назывался единственная в Новограде лечебница для душевнобольных, располагалась в небольшой закрытой агломерации на севере города. Рядом с лечебницей пристроились и другие медицинские учреждения, но «Белая Гавань» стала единственной, доступ к которой был строго ограничен.
Трёхметровый металлический забор не позволял никому рассмотреть, что происходит на территории лечебницы. И даже соседние здания были построены таким образом, что с более высоких этажей территория «Белой Гавани» для них оставалась скрытой.
Попасть на территорию лечебницы возможно было только через единственный контрольно‑пропускной пункт, на котором, помимо шести человек охраны, были наложены очень серьёзные чары. Графу и Андрею они прекрасно были видны ещё на подходе к КПП.
Здесь опасались не только появления вольных потусторонних, решивших захватить для себя подходящий сосуд, но и любых названных гостей, включая Видящих.
– Вам назначено? – спросил начальник смены, словно невзначай наставив на Шанина полуавтоматический карабин, висевший у него на плече.
При этом указательный палец он демонстративно положил на спусковой крючок. Хотя предохранитель так и не убрал. Но и без этого действия любой не понимающий в оружии человек должен сильно испугаться.
Алексей Валерьевич не только понимал в оружии, но и совершенно не боялся вот таких пустых угроз в свой адрес. Стрелять в него точно никто не станет. Охранникам это строго‑настрого запрещено. По крайней мере возле защитного периметра с чардейством. Случайная пуля вполне способна повредить важный узел и ослабить, а то и вовсе отключить часть защиты, что может привести к весьма печальным последствиям.
– Не назначено, – граф показал охраннику знак своего ведомства. – Я буду благодарен, если вы сообщите руководителю сего чудного заведения, что с ним хотят пообщаться люди из Ока Государева. Граф Шанин Алексей Валерьевич со своим стажёром.
Если начальник караула никак не отреагировал на это или просто не подал вида, то его подчинённые начали перешёптываться. Все мужчины далеко за сорок и, судя по манере держаться, прошедшие через реальные боевые действия. Вполне возможно, что даже сражались с автомаонами и управляющими ими чародеями. Но до сегодняшнего дня им совершенно точно не довелось встречаться с Видящими. Несмотря на специфику лечебницы.
Даже некоторые чародеи, не прошедшие обучение в академии, считали Видящих какими‑то особенными людьми, чуть ли не потусторонними, сумевшими заполучить тело младенца при рождении. А уж про обычных людей, тем более солдат, воевавших против чародеев и их компаньонов, и говорить нечего. Для таких людей Видящие, способные не только легко распознавать все чародейские уловки, но и уничтожать любые чары, были куда опаснее самих чародеев.
– Боюсь, что его сиятельство сегодня никого не принимает, – ничуть не смутившись тем, что заявились Видящие, ответил начальник караула и явно собирался закрыть дверь перед носом у Шанина, но его крикнул один из подчинённых:
– Артур, тут его сиятельство на проводе.
В руках охранник держал телефонную трубку и был крайне удивлён. Видимо, начальство раньше никогда им ещё не звонило.
Дверь всё же была закрыта, и демонстративно задвинут тяжёлый засов, ударивший о металл, что говорило о прочности двери и том, что вырвать её или снять с петель будет крайне проблематично. Оно и понятно: настоящие одержимые могли обладать невероятной физической силой, дарованной подселенцами, но всё равно они были куда менее опасными, чем стихийники. Таких не закрывали в лечебницах, а уничтожали на месте.
– Уверен, что вот эти чары сообщили главе «Светлой Гавани» о нашем визите, – указав на слегка мерцающую золотую линию в чардейской вязи, сказал Андрей. – Когда мы только подошли, она усилила интенсивность свечения и недолго пульсировала, явно передавая сигнал. Читал, что такие чары способны передавать звук на небольшие расстояния.
– А вот эта связка, – Алексей Валерьевич указал на замысловатую загогулину с толикой изумрудного внутри, – распознаёт приближение людей, обладающих разрешением работать с императорскими артефактами. Так что о том, кто стоит под дверью, руководитель лечебницы точно знает.
В подтверждение слов графа дверь распахнулась, и хмурый начальник караула разрешил им войти. Правда, пришлось пройти полную проверку и оставить на КПП оружие. На него составили акт описи и внесли данные в специальный журнал. Больше ничего трогать не стали. А к часам и вовсе побоялись прикасаться. Герб на циферблате способен отпугнуть многих.
Досмотр занял несколько минут, после чего Видящим выделили сопровождающих, включая самого начальника караула. Четырёх человек, которые скорее выступали в роли конвоиров. Начальник караула шёл впереди, ещё двое по бокам, и сзади двигался последний охранник. Все были настороже и держали оружие наготове. А как оказались за КПП, сняли свои карабины с предохранителя.
Даже графу раньше не доводилось бывать на территории подобных заведений, а про Андрея и говорить нечего. Если Шанин ещё мог сдерживать своё любопытство и глазел по сторонам вполне сдержанно, то Рогов крутил головой совершенно не скрываясь и пытался разглядеть всё, до чего дотягивался его взор.
А смотреть здесь было на что.
Сразу после КПП открывался просторный двор, на первый взгляд казавшийся совершенно пустым. Лишь невысокая трава, редкие цветы и протоптанные бесчисленным количеством ног пыльные тропинки, но для Видящего двор выглядел совершенно иначе. Он был полностью переплетён сотнями, если не тысячами чародейских линий. Самых разнообразных цветов и размеров. Линии отсутствовали только там, где проходили дорожки. И по одной из этих дорожек сейчас прогуливался скрюченный старик, при взгляде на которого пробирали мурашки.