Алексей Шмаков – Око Государево (страница 24)
– Всё верно, Шанин. Демид, расскажи мне более подробно, что произошло в твоём цехе и как об этом стало известно? Я так понимаю, сейчас работа остановлена?
– Вчера заглушили все котлы и отправили рабочих по домам. А произошло то, что внутри нашего самого большого резервуара для металла обнаружилась посторонняя чародейская вязь. Внутри резервуара должна присутствовать только вязь для укрепления и сдерживания расплавленного металла. Вязь наносили при мне, поэтому я её отлично помню.
– Может, мы уже пойдём к резервуару? А ты продолжишь рассказывать по дороге. Орфей, обратно и доберёмся сами, спасибо, что показал дорогу. Оставь машину здесь.
Граф дал понять, что дворецкий больше не нужен. Как и лишний слушатель. Отчего‑то из всех автоматонов, встреченных в поместье Кулибиных, именно Орфей вызывал у Шанина неприязнь. Возможно, своей чопорностью и манерой держаться надменно, что в принципе присуще всем людям‑дворецким и в их исполнении не вызывает никакого раздражения. А вот то же самое от автоматона имеет совершенно другую коннотацию.
Вот и сейчас Орфей едва наклонил голову, показывая, что он услышал, и, не говоря ни слова, направился к выходу.
– Не люблю этих белых воротничков, постоянно нос задирают, – буркнул Демид, чем заставил улыбнуться графа, всего одним предложением располагая Шанина к себе. – Значит, так, ваше сиятельство. Следуйте за мной и можете ничего здесь не опасаться. Выплавка остановлена, все резервуары опустошены и высушены. А я пока буду вам рассказывать. Говорить особо нечего, но будем надеяться, что этого для вас окажется достаточно. Необходимо разобраться, как такое вообще могло произойти, и найти способ, чтобы защититься в будущем.
Демид легко развернулся, что казалось довольно сложно сделать для его габаритов, и двинулся в глубь цеха, мерно печатая шаг, который гулким эхом отдавался в пустом цеху.
– Вот это наш главный резервуар. Перед вашим приходом я счистил с него все наплывы и нагар, можете легко проверить, какие чародейские знаки на него наносились. Когда решите залезть внутрь, сообщите, я его для вас наклоню.
Резервуар был очень большим. Пожалуй, в нём легко поместится дом Шанина и ещё останется место для машины. Даже представить сложно, сколько здесь выплавлялось металла ежедневно. Сколько отбраковывалось и сколько от этого количества шло на создание деталей для автоматонов. Но это и не нужно знать Видящему, а вот чародейские начертания – другое дело.
Демид проделал огромную работу, очистив центральный резервуар. Пока шли сюда, встречались и другие, гораздо более маленькие, так вот они были покрыты толстым слоем металлических наплывов, гари и ещё непонятно чего. Хотя даже через этот слой Видящие различали свечение наложенного на резервуары чародейства.
А вот центральный в этом плане буквально сиял. Сейчас любой человек, не имеющий никакого отношения к Видящим, с лёгкостью сможет рассмотреть замысловатые линии и знаки, выгравированные и вытравленные непосредственно в металле резервуара. Невероятно трудоёмкая и сложная работа. А если учитывать размеры резервуара, то можно назвать её колоссальной.
Все линии мерно светились оранжевым, давая понять, что чародейство работает без сбоев. Знаки нигде не повреждены и не требуется их обновление. Хотя…
– Демид, как часто обновляют чародейство на центральном резервуаре?
– Дык, ни разу и не обновляли с тех пор, как зачаровали. И зачем? Вон все линии вытравлены и выбиты так, что никогда не испортятся. Стереть их нельзя, а то, что сверху может металл наплыть, так для них это ерунда. Работают исправно, и поэтому сплав у нас лучший в империи получается. Не зря на наших заводах делают автоматонов для нужд империи. Массовый ширпотреб пускай другие гонят. Мы отвечаем за качество.
Шанин кивнул, услышав подтверждение своим мыслям. Чародейские знаки были нанесены всего один раз, и больше к ним никто не прикасался.
– Андрей, что скажешь по поводу этих знаков?
Парень уже успел обойти резервуар со всех сторон, не только внимательно осматривая его, но и прикасаясь к некоторым линиям. Для чего он это делал, граф не знал.
– Невероятная работа. Чародей, составивший схему, – настоящий гений.
– Это вы ещё внутри не видели, что творится. Давайте я вам сейчас его наклоню, и сами убедитесь. Там вообще такая красота, что даже люди из академии приезжали посмотреть и зарисовать, что получилось. Как они говорят, на контрольную проверку.
– Когда приезжали? – спросил Шанин.
– Дык, практически каждый год и приезжают. Последний раз в ноябре того года, значится, были. Всего четыре человека, но зато какие. Целый проректор и два профессора. Один аж из самой Сорбонны приехал. У них там в их лягушатнике точно ничего подобного и в помине нет. Поэтому и автоматоны такие хлипкие получаются. Только и могут, что стихийными способностями брать, а так рассыпаются от сильного чиха. Чтоб их.
Демид оказался крайне разговорчивым автоматоном и больше напоминал обычного начальника цеха. А ещё было видно, что он очень любит свою работу. Наверняка дух какого‑то кузнеца или другая сущность в своём мире, работавшая с металлом.
Для призыва столь специализированной сущности также необходимо очень сильно постараться. И призыв должны делать очень сильные и умелые чародеи. Во всей империи таких едва ли десяток наберётся.
– И что они делают, эти чародеи из академии, когда приезжают?
Крайне странно, что сюда приезжал какой‑то профессор из Сорбонны. Имперская академия сотрудничает со всеми ближайшими академиями, но чтобы вот настолько… Такого граф не припомнит.
Можно сказать, что сюда привели вражеского агента и позволили ему выкрасть ценную чародейскую разработку.
Демид прав в том, что автоматоны Северной Империи намного прочнее аналогов из других государств. Это всемирно известный факт.
Многие государства уже который век пытаются получить технологию создания столь прочного сплава. И всё это вдобавок к вольному демону как минимум четвёртого ранга и бородатому автоматону.
– Ходят рядом с резервуаром, осматривают вязь чародейскую. Ну и внутрь, конечно, тоже лезут. И там всё осматривают. Порой зарисовывают чего‑то. Но если вы думаете, что это могли чего сделать, то точно нет. Я же с ними постоянно рядом нахожусь и слежу, чтобы чего не испортили и нового не наворотили. Вот как и за вами сейчас, только ещё и с Хироном. Он точно ничего из виду не упустит.
– Наклоняй, посмотрим, что там внутри творится.
Всё новая и новая информация, которая по крупице давала понимание того, что здесь действительно могло произойти.
Вот уже выяснилось, что не только чародеи из академии и гости из Сорбонны, но и Хирон присутствовал при проверках. Теперь осталось выяснить, способны эти автоматоны видеть чародейскую силу или нет. Если второй вариант, то их присутствие вообще ничего не значит. Чародеи могли спокойно работать и делать что хотят. Здесь должен был наблюдать кто‑то из Ока. Но ни Шанина, ни его наставника ни разу не приглашали к Кулибиным.
Работать к ним приезжали исключительно верхушка Ока. Возможно, только сам князь Лобачевский. И только сейчас к Кулибиным допустили новоградского сотрудника, что также крайне не нравилось Алексею Валерьевичу, показывая, что кризис с Видящими вышел на новый уровень.
Тем временем Демид попросил Видящих отойти на безопасное расстояние, и, как только они это сделали, обхватил резервуар резко удлинившимися руками и начал наклонять его на себя, при этом медленно отходя назад. Конструкции, удерживающие резервуар, натужно заскрипели, что заставило Андрея попятиться, но, видя, что Шанин стоит на месте, стажёр так же остановился.
Примерно через минуту работа была завершена, и удлинённые руки Демида притащили откуда‑то два ярких фонаря, которые он ловко расположил так, что было видно всё внутреннее пространство резервуара.
– Прошу. Можете не бояться ничего испортить и наступать на любые линии, – пригласил Видящих автоматон. – А пока вы здесь смотрите, я схожу за изначальной схемой внутреннего чародейства, чтобы вы смогли её сравнить.
Внутри резервуар светился всё тем же ровным оранжевым цветом чародейства. Линии были выполнены так же, как и снаружи, только имели как минимум по три дополнительных контура, идущих параллельно. Можно сказать, что изнутри резервуар был в разы прочнее, чем снаружи. И чтобы суметь вмешаться в такую систему, потребуется невероятно много времени, знаний и умения в чародейской работе.
К тому же всё выглядело совершенно нормально. Один цвет, одна интенсивность, и линии явно начертанные одним чародеем.
Были слышны мерные шаги Демида, а Видящие принялись осматривать чародейскую вязь. Алексей Валерьевич проверял всё крайне тщательно и не видел никаких отклонений.
– Нашёл! – раздался голос Андрея через несколько минут.
Он находился в паре метров от графа, присев и приложив руку к металлу. Там был нарисован какой‑то особо замысловатый узел чародейских знаков, от которого расходились десятки более мелких узлов, опутывающих весь резервуар и даже выходящих на внешнюю часть.
– Вмешательство в изначальную структуру совершенно точно было. И было совершено в этом месте. Я так понимаю, это главный распределительный узел, с которого и начиналась установка рунной вязи. Работать здесь тонко не было никакой необходимости, поэтому чародеи и действовали весьма грубыми методами. Вот посмотрите на эти линии.