Алексей Шишов – Полководцы Петра Великого (страница 47)
Зимой 1716 года дивизия стояла в Мекленбурге на «прокормлении». По царскому указу князь «снаряжал суда» в портовом городе Ростоке. В октябре привел транспорт с пехотой и кавалерией в Варнемюнде. В начале 1717 года, когда воевать было не с кем, начальник дивизии во главе вверенных ему войск (почти одной пехоты), по царскому повелению, ушел из герцогства на польские земли.
1717 год полки князя А.И. Репнина провели в Польше, став гарнизонами в воеводствах: Хельминском, Плоцком, Мазовецком и Любельском. Дивизия находилась в готовности вновь оказаться на южном балтийском побережье, но царского указа на то так и не последовало. Да и союзники России об этом не просили.
В 1718–1719 годах генерал от пехоты князь А.И. Репнин занимался взиманием военной контрибуции и субсидий с торгового города Данцига. Это был богатый город (ныне польский Гданьск.
В марте полки Репнина выступили обратно в Ригу. К обязанностям рижского генерал-губернатора (на пять последующих лет) Аникита Иванович вернулся весной 1719 года, сменив на посту главы Лифляндии князя П.А. Голицына, направленного на такой же пост в Киев. На этом его личное участие в Северной войне завершилось: она подходила к концу и велась уже только на водах Балтики.
Считается, что Аникита Иванович был хорошим петровским администратором на завоеванных территориях. В Риге он управлял по установленному им принципу: «Правда – сильнейшая подпора удовольства». Сумел наладить взаимоотношения русских войск и населения завоеванной и присоединенной к России Лифляндии, которых не было до него. Уважительно относился к привилегиям горожан и лифляндского (большей частью немецкого) дворянства. Много сделал для развития коммерции в этом большом торговом городе и создания там торгового флота. С этой целью он заложил Рижскую верфь и смог обеспечить ее корабельным лесом.
Петр I высоко ценил успехи Репнина в управлении завоеванной Лифляндией. Высочайшим указом от 24 марта 1720 года под управлением князя были переданы все дела, касающиеся «охранения города Риги», включая вопросы фортификации, артиллерии, оружейных дворов, магазинов, содержания гарнизона и «городовой пехоты». Но надо сказать, что шведский флот с десантом на борту уже давно не угрожал Риге. Лифляндия виделась всем при новой власти умиротворенной жизнью. Несколько позже царским указом обязанности лифляндского генерал-губернатора по гражданским делам заметно расширили.
Петр I, посетивший Ригу в марте 1721 года, остался доволен состоянием города и Лифляндии. Государь ездил туда для встречи по союзным делам с герцогом Голштинии, который ехал «инкогнито». Аникита Иванович сумел подготовиться к визиту монарха из немецких земель достойно, поскольку о приезде был из Санкт-Петербурга извещен заранее:
«И для того марта в 1 день послан указ к генералу и губернатору князю Репнину в Ригу, чтоб его светлости приготовил в Риге квартиру и в протчем чинил бы все к его удовольствию».
Один из крупнейших историков русского зарубежья А.А. Керсновский по-своему оценил роль полководца Репнина в ходе Северной войны. Среди петровских воителей полководческого уровня он выделяет только трех человек – Меншикова, Шереметева и Репнина. В его «Истории русской армии» отмечается:
«Крупную величину представляет и старший из трех Репниных XVIII столетия – князь Аникита Иванович. Его заслуги не были оценены надлежащим образом, а между тем ему обязана русская армия своим спасением из гродненской мышеловки».
…Князь А.И. Репнин сумел своей «примерной службой» полностью вернуть к себе расположение Петра Великого. Только этим можно объяснить императорский указ от 20 января 1724 года о назначении Аникиты Ивановича президентом Военной коллегии. Он сменил на этом высоком государственном посту петровского фаворита генерал-фельдмаршала светлейшего князя Ижорского А.Д. Меншикова, который стал терять свое влияние на государя, будучи к тому же уличенным в многочисленных растратах казенных средств.
В майский день 7-го числа 1725 года Петр Великий «объявил» свою походную жену Екатерину I всероссийской императрицей. В связи с этим государственным торжеством жаловалось много чинов и иных наград. Князь Аникита Иванович Репнин получил от государя производство в генерал-фельдмаршалы. Это была высокая честь для петровского полководца. Следует заметить, что на то время в Российской империи оказалось всего два обладателя драгоценных фельдмаршальских жезлов – светлейший князь Ижорский А.Д. Меншиков и А.И. Репнин. Полководца Б.П. Шереметева уже не было в живых.
Во время болезни императора, когда началась борьба дворцовых группировок, родовитый Репнин оказался на стороне родовитых князей Голицына, Долгорукова и Волконского. Они выступали за решение вопроса престолонаследия следующим образом: поскольку государь завещания о том после себя не оставил, монархом, по их мнению, должен был стать внук Петра I. Великий князь Петр Алексеевич, сын царевича Алексея, кончившего свою жизнь в одном из мрачных казематов Петропавловской крепости. А его мать, «вдова-имератрица» – регентшей при еще несовершеннолетнем сыне.
Однако усилиями светлейшего князя Ижорского А.Д. Меншикова и двух полков лейб-гвардии – Преображенского и Семеновского (основы столичного гарнизона, несшего дворцовые караулы) – на всероссийский престол была возведена Екатерина I, жена покойного императора. Перечить желанию императорской гвардии никто не решился. Кровь в день дворцового переворота не пролилась.
В день кончины Петра Великого ставший генерал-фельдмаршалом в день коронации его вдовы князь А.И. Репнин перешел в решающий момент на сторону Меншикова, который олицетворял собой «птенцов гнезда Петрова». Такое объяснение дается многими исследователями той эпохи, и оно действительно достовернее всех других мнений на этот счет. Репнин лично сделал много, чтобы возведение на престол Екатерины I произошло без осложнений. Его примеру последовали и другие петровские вельможи, бывшие в оппозиции светлейшему князю А.Д. Меншикову.
Поступок Аникиты Ивановича по достоинству был оценен воцарившейся Екатериной I. Новоявленная всероссийская императрица одарила его среди прочих богатыми подарками, подтвердила сохранение за ним должности президента Военной коллегии и генерал-губернатора Лифляндии. Князь продолжал постоянно бывать во дворце и присутствовать на всех официальных приемах.
Вместе с другими андреевскими кавалерами (обладателями ордена Святого апостола Андрея Первозванного) генерал-фельдмаршал князь Аникита Иванович Репнин был пожалован учрежденным Петром Великим в самом конце своей жизни орденом Святого Александра Невского, которым тот не успел еще никого наградить.
Эта орденская награда по петровскому замыслу должна была вручаться чисто за военные заслуги. Его вдова-императрица изменила орденский статут, став награждать им и государственников из числа знати, военных мундиров не носивших. Придет время, и императрица Екатерина II Великая учредит чисто Военный орден Святого великомученика и победоносца Георгия четырех степеней.
Вскоре, 7 мая 1725 года, во время коронационных торжеств, князь из рода Рюриковичей стал в отечественной истории пятым по счету генерал-фельдмаршалом России. Этот высокий чин в высшем генералитете был дан ему, прежде всего, за немалые личные заслуги в Северной войне 1700–1721 годов. Во второй ее половине Аникита Иванович был по делам и должностям подлинным полководцем.
Став полновластным временщиком, А.Д. Меншиков вскоре добился того, что важная для государства должность президента Военной коллегии вновь оказалась у него. Светлейший князь Ижорский опасался усиления при дворе и среди «птенцов гнезда Петрова» авторитетного петровского полководца, любимого в лейб-гвардии. Репнин был под благовидным предлогом отстранен от руководства Военной коллегией.
Обиженный такой несправедливостью и не желая участвовать в непрекращающихся дворцовых интригах, князь Аникита Иванович Репнин оставил столицу и уехал в Ригу «для осмотра ее крепостных сооружений», где и скончался на 58-м году жизни, 3 июня 1726 года, еще далеко не старым человеком, деятельным и энергичным. Надо сказать, что он страдал от болезни три последних года жизни.
Историки старой России по-разному оценивают личность одного из ближайших сотрудников Петра Великого. Особенно это касается суждений о его полководческом даровании. Считалось, что генерал-фельдмаршал князь А.И. Репнин сохранил до конца своей военной деятельности «недознание» в области регулярного боя, оставаясь, как генерал-фельдмаршал Б.П. Шереметев, «воеводой» в строю петровских «генералов». Но с таким суждением трудно согласиться.
Такая оценка одному из «птенцов гнезда Петрова» дана в Русском биографическом словаре издания 1913 года. Безвестный автор статьи о генерал-фельдмаршале князе А.И. Репнине был сурово настроен против его личности, давая ему такую, возможно и правильную, характеристику: