Алексей Шишов – Полководцы Петра Великого (страница 23)
Подобный рейд по приказу Меншикова совершил отряд полковника Ивана Бахметева, который тоже дошел до Ниеншанца, разбив влизи крепости заслон из шведских драгун. Он привел в Шлиссельбург «полон» из двух тысяч человек, с множеством скота и лошадей. «И повезли полон продавать в Ладогу. А мызы и кирки и деревни все целы, не зжены. И те полонные шведы посланы к Москве».
На реке Свирь Меншиков определил место для новой верфи – Олонецкой, рядом с которой располагались корабельные леса. Уже в следующем, 1703 году с ее стапелей сошел фрегат «Штандарт» – первый корабль русского Балтийского флота. На Ладоге и Луге строились преимущественно вместительные и надежные в походах струги, необходимые для перевозки армейских тяжестей.
Надо отдать должное Александру Даниловичу, который в государевых делах брал пример с Петра I. Он ответственно следил за всем – поставкой работников, заготовкой леса, постройкой кораблей – парусных и гребных, отливкой пушек. Его по праву можно назвать «рудознатцем» и знатным металлургом той эпохи – организовал поиск руды, основал Петровский и Повенецкий заводы, быстро наладил отливку орудий самых разных калибров и снарядов к ним. За это царь был ему только благодарен.
В 1703 году бомбардир-поручик (!) А.Д. Меншиков назначается губернатором завоеванной Ингерманландии, а позднее – Санкт-Петербургской губернии, то есть самого Санкт-Петербурга. Царь передаст ему в управление так называемую Ижорскую канцелярию и многие общегосударственные доходы. Желая засвидетельствовать свою личную признательность, царь Петр I сказал своему любимцу:
«Ты мне этим не одолжен; возвышая не о твоем счастии я думал, но о пользе общей. Если б знал кого достойнее, то не произвел бы тебя…»
Губернатор А.Д. Меншиков в январе 1703 года был отправлен на Олонецкую верфь с двумя ротами лейб-гвардии Преображенского полка для закладки нескольких судов. Там гвардейцы на время стали корабелами. В Шлиссельбурге ему было приказано изготовить несколько барок и мелких карбасов для перевозки по Неве к шведской крепости Ниеншанц артиллерии и провианта. Меншиков сообщал царю в письме от 6 февраля:
«Из Олонца плотников пришло 153 человека, работников 719 человек, лес готовят непрестанно по приезде на Олонец Ивана Яковлевича. Олончане не таковы стали быть, какову ко мне отписку писали, стали быть смирны и во всем послушны».
Но перед тем, как подняться до губернаторской должности, Меншиков стал вместе с царем героем первого морского боя, случившегося в устье Невы. И Петру I, и бомбардир-поручику Александру Меншикову вручили ордена Святого апостола Андрея Первозванного. Андреевский орден как-то заслонил собой другую награду, пожалованную Меншикову. Он получил от благодарного царя редчайшее право содержать за свой счет личную гвардию в образе кавалерийского «шквадрона». Больше в старой России никто не имел такой привилегии.
Можно сказать, что Александр Данилович вложил душу в строительство города на Неве, будущей российской столицы. Ею Санкт-Петербург оставался более двух столетий. Он возводил второй бастион Петропавловской крепости, который и сейчас носит его имя. На Васильевском острове быстро выстроили для новоиспеченного вельможи дом, тогда самый большой и богатый в молодой столице России. Царь Петр I любил бывать здесь, приезжая в одиночку или с шумной компанией.
В своем доме А.Д. Меншиков отмечал праздники, виктории русского оружия, принимал иноземных послов. Отсюда он руководил постройкой петровского «парадиза», следил за строительством морской крепости на острове Котлин (Кронштадта), строительством кораблей в Адмиралтействе, за порядком в гарнизонных полках и на многочисленных стройках. Приветствовал и поощрял первых заморских купцов, рискнувших в ходе Северной войны привести свои суда с товарами в «морские ворота» Русского царства.
В меншиковском доме на Васильевском острове, как в личной канцелярии или приемной, постоянно бывал государь Петр I. Было время, когда здесь проходили собрания именитых людей, решались важные государственные и военные дела. Хозяин дома делал все, чтобы царь у него в гостях чувствовал себя как дома. Для вельмож быть здесь званым гостем считалось почетом, настолько силен своим влиянием был царский фаворит.
На этой высокой государственной должности санкт-петербургского губернатора А.Д. Меншиков деятельно руководил строительством города на берегах Невы, ставшего впоследствии столицей Российской империи, долго. Делал он это на глазах у всей Европы, о чем дипломаты уведомляли свои столицы. Здесь его личные заслуги как градостроителя несомненны.
Возведение Санкт-Петербурга, ставшего Северной столицей России, явилось воплощением петровской мечты утвердиться на берегах Балтики, «прорубить в устье Невы окно в Европу». Меншиков явился умелым и настойчивым воплотителем этой мечты. В одном из своих многочисленных писем государю он сообщал:
«Городовое дело управляется как надлежит. Работные люди из городов уже многие пришли и непрестанно прибавляются… предреченное дело и впредь будет поспешествовать».
Строительство на берегах Невы города «европейской культуры» в Европе не прошло незамеченным. Как и меншиковские усадьбы под Ораниенбаумом и Воронежем, ставшие прототипом усадеб столичной знати. Поэтому совсем не случайно «за развитие России» Исаак Ньютон выписал А.Д. Меншикову диплом почетного члена Лондонского королевского общества.
С именем Меншикова в истории петровской России связано строительство морской крепости (форта) Кроншлот – предшественницы Кронштадта, корабельных верфей на реках Нева и Свирь и Главного адмиралтейства. Лично он внес немалую лепту в создание Балтийского флота как корабельного, так и гребного (шхерного, галерного). Петровский фаворит строил не только крепости и верфи, но и образцовые металлургические, лесопильные и стекольные заводы.
Государь не мог не оценить заслуги ингерманландского губернатора. Он производит бомбардир-поручика Александра Даниловича Меншикова, не умевшего ни читать, ни писать, в чин генерал-поручика. Более того, по настоятельной просьбе русского царя австрийский император Леопольд I возвел «баловня судьбы» в графское достоинство Священной Римской империи, и таким образом сын придворного конюха стал блестящим европейским аристократом.
В любых чинах и должностях А.Д. Меншиков отличался решительностью действий, что было вполне созвучно кипучей энергии самого молодого самодержавного властелина Петра I, гениального преобразователя Российского государства. Поэтому в отечественной истории образ Меншикова неразлучен с образом великого реформатора из династии Романовых. Они как бы олицетворяли ту историческую эпоху.
Послужной список царского фаворита богат боевыми страницами. Северная война с отличиями началась для Меншикова с 1703 года, года он участвовал во взятии шведского укрепления Ниеншанц близ устья Невы. На невских водах бомбардир-поручик гвардии вместе с венценосцем Петром I отличился в славном абордажном бою против двух кораблей из эскадры неприятельского адмирала Нумерса. Это была первая морская виктория русского оружия на Балтике. Дело обстояло так.
Вскоре после взятия Ниеншанца у невского устья появился шведский флот из 9 вымпелов. Адмирал Нуммерс, еще не зная о падении Ниеншанца, направил к крепости по реке два корабля – адмиральский бот «Гедан» и шняву «Астрель», имевших на борту 18 пушек (по другим данным – 24). Петр I, получив о том донесение, приказал посадить на 30 лодок гвардейцев, устроил ничего не подозревавшим шведам засаду в устье реки Фонтанка, прикрывшись одним из лесистых островков. Сидение в засаде в ожидании ночи прошло под дождем.
7 мая 1703 года в истории петровского флота произошел первый морской бой. Русские пехотинцы, вооруженные только ружьями и ручными гранатами, неожиданно атаковали шведские корабли и в ожесточенной схватке взяли их на абордаж. Абордажным боем командовал сам царь, правой рукой которого в том деле стал бомбардир-поручик Александр Меншиков, руководивший взятием адмиральского бота «Гедан». Петр I брал «Астрель». Тот и другой показали личное бесстрашие и мужество.
В «Журнале или Поденной записке Петра Великого» о той знатной виктории в нешуточной баталии для противников в устье реки Невы записано для истории так:
«…Мая в 6-й день капитан от бомбардиров (Петр I) и поручик Меншиков (понеже оных на море знающих никого не было) в 30 лодках от обоих полков гвардии, которые того же вечера на устье прибыли и скрылись за островом, что лежит противу деревни Калинкиной к морю; а 7-го числа пред светом половина лодок поплыла тихою греблею возле Васильевского острова под стеною онаго леса и заехали оных от моря; а другая половина с верху на них пустилась.
Тогда неприятель тот час стал на парусах и вступил в бой, пробиваясь назад к своей эскадре (также и на море стоящая эскадра стала на парусах же для выручки оных), но узкости ради, глубины не могли скоро отойти лавирами (лавированием под парусами на реке.
А мая 8-го о полудни привели в лагерь к фельдмаршалу (Б.П. Шереметеву.