Алексей Широков – Война клана 2 (страница 8)

– Понятно, – кивнул я. – Я наверх пойду, вы со мной?

– Нет, – Ольга Васильевна отрицательно покачала головой. – Мне еще несколько тестов нужно провести, да и вообще, изменение состояния Даши лучше постоянно отслеживать. Потому я даже не представляю себе, как может сказаться замена ядра на здоровье беременной и ее ребенка.

Я только еще раз кивнул и, развернувшись, быстро покинул операционную, а затем и госпиталь. Следовало переодеться, а затем найти тетку Марфу. Интересно было, успели ли они начать потрошить пленницу или все-таки оставили это на потом. Хотя последнее вряд ли…

С такими молодыми да бойкими… Я тихо усмехнулся, поняв, что уже думаю как этакий матерый чародей, хотя сам вполне попадаю под то самое определение. В любом случае наша пленная чародейка как-то не была похожа на ту, которая просто так смирится с неволей. А потому, может взять, да и выкинуть какую-нибудь героическую глупость, если ей не начать заниматься сразу же. Например, взять, да и откусить себе язык, чтобы потом захлебнуться собственной кровью. С нее станется…

Поднявшись на этаж, где располагались наши с Катериной апартаменты, я кивнул двум чародейкам, державшим пост перед дверью. То была, можно так сказать, личная охрана моей будущей супруги, приставленная к ней, несмотря на всю безопасность небоскреба Бажовых. Девушка была беременна и не абы от кого, а потому клан проявлял повышенное внимание к ее особе. Правда, встретить эту парочку вот так вот в открытую у меня получалось только тогда, когда Катерина на какое-то время оставалась одна, а в других случаях они, казалось, бесследно исчезали, хотя я и был уверен, что приглядывали за Княгиней двадцать четыре на семь.

Постучав, я толкнул дверь, которая оказалась не заперта, и зашел внутрь отведенных нам комнат. Катерина одна, как ни странно, сидела за столом в приемной комнате и работала с какими-то бумагами, услышав меня, она подняла взгляд, но, поняв, кто, собственно, побеспокоил ее, лишь улыбнулась и, кивнув, продолжила свои дела.

– Как Даша? – спросила она меня через несколько секунд.

– Теперь должно быть хорошо, – ответил я, открывая отведенный мне шкаф и расстегивая боевую клановую форму. – Твоя тетя за ней следит.

– А как сам? – как-то тихо спросила девушка.

– Чуть не помер в очередной раз, – со вздохом ответил я, продолжая переодеваться. – Если бы ребята из других рук мощный щит не подняли, был бы сейчас из меня фарш.

– Что у вас там случилось? – с явным недовольством спросила меня девушка, и, обернувшись, я увидел, как она пристально смотрит на меня. – Сколько людей погибло?

Да… Настоящая чародейка. А не просто Маша с одной из улиц Москвы. Сама беременна, а ее мужик говорит ей, что чуть вдовой не сделал. Ее же в первую очередь волнует не то, что чуть одна не осталась, не то, что дите без отца будет, а общие потери клана.

Впрочем, она действительно не «Маша», а потому я и не думал обижаться на такое показное безразличие. Оно у чародеек… ну, как минимум у большинства, вместо истерик и скандалов, которые закатила бы в аналогичной ситуации парню та самая «Маша». Я здесь, я жив, и она видит, что даже не ранен. А потому не беспокоится. Но чувствует, что дело было непростым, а потому, скорее всего, потери есть.

– Юрий погиб, – сообщил я, натягивая штаны. – Ты его вряд ли знала…

– Это который… – прищурив глаза, задумчиво произнесла она. – Высокий такой, рябой и со шрамом на правой брови.

– Да-а-а… – медленно ответил я и с удивлением посмотрел на девушку. – А…

– Я его не знала, – покачала княжна головой, увидев мое замешательство. – Просто мне в обязательном порядке приносят личные дела тех, кто идет с тобой на выход.

Сказав это, она похлопала по одной из стопок с папками, лежавших на столике перед ней.

– Ты, скорее всего, не знаешь, – продолжила девушка, – но у вас в клане так положено. Я же твоя уже практически жена. Так что именно я отвечаю не только за тебя, но и за тех, кто не вернулся с тобой из боя.

Вместо ответа я распрямился, подошел и сгреб пискнувшую от неожиданности Катерину, после чего просто поцеловал ее. Знать-то я, может быть, ничего из этой кузни и не знал, но понимал, что чародейка она там или нет, но, как и любая другая женщина, за меня переживала. Может быть, даже поболее гипотетической «Маши», что в ее-то состоянии было совсем не хорошо.

К сожалению, миры чародеев и чародеек были еще больше разделены, нежели таковые у мужчин и женщин в среде простецов. Так что со своими взращенными вовсе не в клановой среде взглядами особо вмешиваться я в это дело не мог. Та же Катерина, начни я оберегать ее сейчас, аки нежный цветок, вполне могла бы взять, да и обидеться на меня же за то, что я якобы не отношусь к ней серьезно. Но хуже всего, что и в клане бы это заметили и не одобрили.

– Ладно, ладно, – через некоторое время, полное поцелуев, с наигранным возмущением начала вырываться из моих рук будущая жена. – Отпусти… Мне еще нужно оформить родственникам этого Юрия пенсию… Ну Антон! Раньше закончу, раньше буду в твоем распоряжении!

Выпустив из рук свою красавицу, я с интересом посмотрел на документы в папке, которую она тут же открыла, покопавшись в одной из стопок. На меня с бумаги смотрела приклеенная к ней фотография того самого Юрия Бажова, который сегодня не пережил встречу с женщиной с косой. Возраст, рост. Прочие данные…

– У него пятеро детей? – удивленно спросил я, забирая у Катерины документ, в то время как она начала заполнять новый чистый лист ровным красивым почерком.

– Его первая жена, еще в вашем Тайном посаде, не пережила случайной встречи с медвежутью, – не отрываясь от своего дела, сообщила мне девушка. – Это там, в папке, если интересно. Первая тройня от нее.

– Ты так внимательно все прочитала? – удивился я, возвращая лист девушке.

– Ага, – смахнув в сторону сбившийся локон, ответила она, – привычка. Да и делать было нечего, не с Дашей же сидеть, тебя ждать.

– Понятно… – вернувшись к шкафу, я продолжил одеваться, в то время как девушка, наконец дописав бумагу, достала из кармана печать и, отвернув защитную крышку, хлопнула ей, а затем пошла к двери, ведущей в общий коридор.

– Это Павлу Санычу, – сказала она в щель, протягивая кому-то исписанный лист, после чего, закрыв дверь и привалившись к ней спиной, тяжело вздохнула и сказала мне: – Эх… неприятная это работа…

– Я даже не знал, что тебя уже припрягли, – нахмурился я. – Хочешь…

– Нет! – быстро ответила она мне. – Я сама просила что-нибудь мне доверить. Вот баба Астрид и решила, что мне пора вливаться в клан. А то… Все каким-то делом заняты, ты вообще непонятно где бегаешь и с кем-то воюешь, а целый день здесь сижу.

– Ты делаешь то, что не может сделать никто другой! – уверенно сказал я, подходя к Катерине и вновь обнимая ее, однако на этот раз она не пищала и не собиралась вырываться. – Вынашиваешь нашего ребенка.

– Детей, – поправила меня княжна.

– В смысле…

– Вчера чаровники определили, – пояснила она. – У нас будет двойня.

Еремей с погонялом Бурый медленно прокрался вдоль улицы и, прильнув к стене, выглянул из-за угла здания. Стараясь не дышать, дабы не обратить на себя внимания проклятых чародеев.

Еще вчера его банда «Белый Ерш» крепко держала все эти улицы дна и даже прибирала к рукам те, что находились на втором уровне. В планах были рейды на третий, а от возможностей, связанных с налетом на Жоринские склады и вовсе кружилась голова. Казалось, жизнь практически наладилась, и даже если смута вдруг завершится, впереди ждет только хорошее. Да что там, за все говорил сам кошелек Еремея, который никогда ранее не был настолько полным. И это при Корявом, новым авторитете, который и в прошлые времена славился своей жадностью и прижимистостью.

А сегодня… сегодня все полетело к Уроборосу в заднее место. Днем у Людки внезапно случился выкидыш. А скоро померла она и сама. И хрен бы с ней, любви между ними никогда не было. Да и вообще, мало ли баб в Москве, вот только Еремей ранее сильно встрял перед ее отцом, Трофимом, а тот был не каким-то там работягой, а трехкупольным каторжником. Из тех немногих, что, отпахав срок на лесопилках и рудниках Зеленой Зоны, не только там же и не загнулись, но еще и смогли вновь вернуться в Москву.

К таким в правильном обществе были почет и уважение. Ведь надо не только выжить, но и, вытянув лямку, осесть не в посаде-поселении, но и вернуться в полис. Это и на случайность могло тянуть, но обычно, когда хватали во второй раз, Княжеский Стол уже не церемонился. И пусть каторжники Москве нужны были всегда, с рецидивистами связываться никто не желал. А этот – хоть бы хны. Три ходки отбарабанил и стал по-настоящему уважаемым человеком!

Вот такому мужику Еремей и торчал… Да так, что был вынужден жениться на его кривой, косой и горбатой дочурке. А теперь она внезапно не только потеряла ребенка, но и сама вслед померла, и что-то подсказывало мужику, что крайним ее отец так или иначе назначит именно его. Ведь все знали, что он, как выпьет, поколачивает супругу, вот только на то Тимофею, казалось, было наплевать, дело-то житейское. И вот так все обернулось…

Но то ладно, куда хуже, что днем по души ничего не подозревающих «Ершей» взяли, да и наведались ни с того ни с сего самые настоящие чародеи. И не абы кто, а из клана Морозовых! А ведь все так хорошо складывалось, банда не только за время войны подросла в размере и силе, не только оседлала продовольственные потоки, направляемые как на Дно, так и на второй и третий уровни полиса, но и сумела наложить руку на Жоринские склады. А это выводило ее на принципиально новый уровень. И, скорее всего, как раз и навлекло на «Ершей» гнев могучего чародейского клана.