Алексей Широков – Война клана 2 (страница 7)

– М-да, – задумалась тетка Марфа. – Возможно, в чем-то ты прав… Странно было бы просто так взять кого-то типа нее на столь опасное дело. Уж прости, Антон, но в бою особыми талантами она не блистала.

– В любом случае… жаль Юрия, – цокнул я, возвращаясь на свое место в строю.

Обратная дорога до небоскреба далее прошла без приключений. Возвращались мы тем же путем, которым двигались в эту сторону. Не опасаясь особо того, что кто-нибудь решит подготовить для нас особый сюрприз. Разве что на Савеловском вокзале отметил громкий шум недалекого огневого боя. То ли дружинники напали на опорный пункт ополченцев, то ли наоборот… разбираться не стали. Особенно учитывая, что на площади было куда больше наших чародеев нежели в прошлый раз, а нас поджимало время.

Алмазные дороги, опять же, были пустынны, засыпаны свежим снегом и полны реликтов первых дней конфликта, когда здесь часто противостояла друг другу техника. Впрочем, в этот раз двигаться приходилось аккуратно, ибо некоторые пробои в дороге знатно присыпало и они превратились в самые настоящие ловушки, попадание в которые не сулило ничего хорошего.

А вот на половине пути к небоскребу, грубо говоря, напротив относительно далекой махины Кремля, окруженной башнями якобы бывших кланов-сподвижников князя, нас уже ждали. И нет, не враги. То были наши Бажовы, которых выдвинула нам навстречу Катерина, когда до штаба дошли слухи о проникновении на нашу территорию диверсионного отряда РКНА.

И, слава Древу, сами мы с ними не повстречались, а вот итоги деятельности, предотвратить которую не сумели, заметить довелось. Вьюга все еще ярилась, все сильнее и сильнее занося город снегом, что в наших условиях еще и предвещало немалые человеческие жертвы среди простецов по всему полису.

Немудрено… централизованное отопление, где оно просто не повреждено вместе с платформами, работает далеко не в каждом районе. Кое-где его просто некому обслуживать, а в других местах нечем топить общие печи, потому как деревяшечники заняты войной, а не производством эрзац-древесины. Это кланам в их небоскребах, где установлены отопительные котлы с заточенными в них элементалями, хорошо. А вот обычные граждане похвастаться такой роскошью не могли, да и до войны всего процентов десять общественных котельных Москвы были модернизированы такими подвинутыми установками.

К тому же при близких разрывах тех же огненных шаров качественно и гарантированно выбивало в ближайших строениях стекла. Они, с их деревянными рамами, и так были не самой большой защитой от лютых морозов, а с пустыми оконными проемами помещения и вовсе становились практически непригодными для жизни в сезон Уробороса.

Курьезно, но в таких условиях люди зачастую массово переселялись на самое Дно. Там и в обычные годы зимой было куда теплее, чем на более высоких уровнях. Но тогда жилищный комфорт важнее, да и свирепствующие там бандиты не делали Дно популярным местом. А сейчас…

Одно то, что там вполне можно было найти теплый угол и даже на свой страх и риск жечь костры, на которые шла в первую очередь мебель и книги, принесенные с более высоких ярусов, перевешивало все остальное. Местные же хозяева, только рады были пополнению стада, которое можно было бы доить. Ведь всем надо есть, пить и хоть как-то, но развлекаться, а сколько бы чародеи бандитов ни гоняли, избавиться от всех этих паразитов было совершенно невозможно.

Так вот, зима – это холод. Холод – это умершие от него простецы и духи, а значит, нежить на улицах. Но вот когда сквозь вой вьюги и мельтешащую снегом тьму нижних уровней вдруг громыхнул мощный взрыв… Причем не так уж и далеко. Сразу стало понятно, что диверсионную группу наши благополучно упустили.

Произошел он, когда мы практически уже подбегали к нашему небоскребу, и я, ориентируясь на силу, даже уже испугался, что подорвали нам именно его, а сейчас он начнет падать, погребая под завалами всех, кто находился внутри. Но нет!

Слава Древу, пусть это, наверное, и неправильно, радоваться подобному, но рвануло где-то в другом месте. Сильно, громко, но все-таки не рядом, потому как по алмазным дорогам даже вибрации не прошло.

В небоскреб я влетел буквально на сверхскорости и тут же бросился в госпиталь, где лежала Дарья. Только и успел, что в лифте стряхнуть с себя снег да, задействовав эго, выжечь грязь на подошвах и высушить свою одежду и обувь. Правда, все равно чаровники на меня не ругались только из-за особых обстоятельств. Иначе заставили бы меня собственноручно тряпкой мыть пол, не посмотрев даже на то, что я глава клана.

Светлова все так же неподвижно лежала на операционном столе, в то время как вокруг нее суетились Ольга Васильевна с парочкой чаровников. Из других же здесь была только Нинка, тихо пристроившаяся на стульчике в уголке. Правда, она сразу поднялась при моем появлении.

– Ну что? – тут же повернулась ко мне кня'жина. – Получилось?

– Получилось, – ответил я, на ходу доставая из внутреннего кармана тряпицу с завернутыми в нее яблоками. – Как она?

– Деградация практически завершилась, – поджав губы, сообщил мне один из чаровников. – Минут через пять пациент станет обычным простецом и начнутся деструкционные процессы.

– Кстати, – задумчиво произнес я, разворачивая хрустальные плоды и вместе с остальными любуясь переливами красок и доминирующим изумрудным цветом в их глубине. – Они так-то твердые! Как нам их ей скормить, если она без сознания? Не в пюрешечку же перетереть!

– Н-не думаю, что это сработает, – с очень большим сомнением сказала Ольга Васильевна, тоже с интересом рассматривая яблоки. – А как их Алена ела?

– Обычно… – пожал я плечами. – Так-то, кажется, что они из стекла или хрусталя сделаны, а Аленка свое схрумкала словно простой фрукт.

– Понятно… – кивнула будущая родственница. – Значит, процесс сознательный и завязанный на собственную волю. – Тогда, когда деградация завершится, я сразу же попытаюсь вывести Дарью из комы.

Где-то с минуту в операционной царила полная тишина. Разве что тикали висевшие на стене часы, да чувствительному уху чародея было слышно дыхание всех присутствующих. Наконец, не выдержав, я решил порадовать ученую.

– Ольга Васильевна, – как бы между делом произнес я. – Вам, кстати, особнячок в поселке обнесли. Одни только голые стены остались.

– Сейф, надеюсь, цел в кабинете, – тут же нахмурившись, посмотрела она на меня. – Если уж твой не взломали…

– Цел, – подтвердил я. – Но вскрыть его пробовали.

– Ладно, потом разберемся, – процедила она. – Интересно, кто это такой смелый…

– Судя по всему, ростовские гастролеры, – ответил я и добавил: – Так тетка Марфа сказала, после того как мы с ними столкнулись. Но можно будет и поподробнее выяснить. Я пленную захватил.

– Выясним… так! Внимание, Дарья превратилась в простеца, – объявила блондинка, глядя на какой-то прибор. – Сейчас постараюсь вывести ее из комы… Теперь это не так опасно.

Сложив цепочку ручных печатей, отчего они засветились розовым сиянием, она положила их на виски лежащей на столе девушки. А через мгновение Дарья открыла глаза, моргнула пару раз и внезапно закричала словно бы от сильнейшей боли.

Глава 2

– Держите ее! – крикнула Ольга Васильевна, тут же хватая извивающуюся от боли девушку за плечи. – Антон!

С уже готовым хрустальным яблоком я тут же подскочил к операционному столу, в то время как чаровники, навалившись на Дарью, казалось, с неимоверным трудом смогли ее зафиксировать. Парадоксально, но, лишившись своей чакры и став, по сути, обычным человеком, бьющаяся от сильнейших болей девушка чуть было на одной только физической силе не расшвыряла в стороны кучу полноценных чародеев.

– Даша, Даша, ты слышишь меня? – шептала беловолосой на ухо Ольга Васильевна. – Даша, потерпи, слышишь…

– Больно! Мне очень больно… – прервав крик, выдавила из себя наконец девушка и, крепко стиснув зубы, тихо, но пронзительно завыла.

– Знаю, милая, знаю! Скоро это пройдет! – продолжала увещевать ее кня'жина. – Сейчас мы дадим тебе лекарство, ты его съешь, и все пройдет!

– Не могу! – рыдала девушка, которую все, казалось, крутило. – Я не смогу…

– Сможешь, дорогая! Сможешь! – уверенно заявила Ольга Васильевна и приказала: – Антон, давай!

Учитывая, что опыта в подобных делах у меня не было от слова совсем, а сама Дарья не особо-то и помогала, а сказать по правде, наоборот, изо всех сил мешала и не особо хотела что-либо есть, скормить ей хрустальное яблоко оказалось делом нетривиальным. Впрочем, на самом деле помучаться пришлось с тем, чтобы заставить ее сделать первые несколько укусов, а также не дать выплюнуть мякоть плода. В то время как остаток необыкновенного фрукта немного успокоившаяся девушка просто вырвала из моих рук и быстро схрумкала, разве что не потребовав добавки.

Впрочем, последнего не произошло, в первую очередь потому, что, как и в случае с Аленой, Дарья довольно быстро уснула. Правда, процесс происходил полностью под контролем Ольги Васильевны и клановых чаровников.

– И что с ней было? – тихо спросил я кня'жину, когда она закончила хлопотать над девушкой и мы с ней вышли в комнату наблюдателей. – В смысле, почему Даше было так больно?

– Это из-за принудительного оттока живицы, накопленной в тканях тела, – отметила мне женщина, наливая себе стаканчик воды и опускаясь на стул. – Содержимое ядра закончилось, в энергоканалах тоже ничего не осталось, а плод продолжает тянуть из матери живицу. А по сути уже жизненную силу. Что очень больно.