Алексей Широков – Варлок 6 (страница 47)
— Да уж прикольнуться нельзя! — наигранно возмутился Валька.
— Ага, ну очень весело, когда меня с гомиками и прочими извращенцами сравнивают! — фыркнул я. — И ладно бы либерократы, но «нагличане»!
Воронин только усмехнулся в пригубленную кружку. А Валентин, нагнувшись вперёд и навалившись на стол, шёпотом спросил:
— А что оно, правда, что ль? — и хмыкнул. — Ну, про британских лордов?
— Мне Инна рассказывала во время поездки в Америку, — также тихо ответил я. — Пусть они и закрыли страну, но сам понимаешь…
Парень кивнул. Естественно, острова наблюдать было сложно. Слишком могущественную магию в своё время применили Британцы в попытках оградить себя от остального мира, что плохо работало само по себе. Но ещё мешали и строгие таможенно-пограничные барьеры, в первую очередь от Либерократии, нашей империи и китайцев. У нынешнего их короля, Мерлина, был параноидальный пунктик, завязанный на том, что мы объединимся и растопчем Великобританию.
При этом, забив болт на реальную историю, там проповедовалось, что именно Туманный Альбион является родиной магии и первым местом на земле, где была максимально сконцентрирована сансара, а также нуль-элемент.
Забавно, но это утверждение не так уж и неверно. Но немножко в другом контексте. Даже наши учёные ныне признают, что магия в тринадцатом веке окончательно покинула наш мир, дольше всего продержавшись именно там. И из-за того же, проплывая ныне в международных зонах, можно видеть и неких скачущих по побережью рыцарей и летающих в небесах драконов.
Однако в «Большой Игре» бриты участвуют. А потому в их лучших колледжах и академиях регулярно появляются «наши» люди. Так что многие тайны их внутренних взаимоотношений для наших студентов таковыми не являются.
Мало того что, как рассказывала Инна, в учебные заведения, вроде нашего Колледжа, там принимают с пяти лет исключительно на основе пансионата. И в большинстве своём они разделены по принципу: мальчики — налево, девочки — направо. И так и учат там до семнадцати, после чего выпускники объявляются совершеннолетними.
В общем, можно сказать, что на Альбионе живут самые молодые и, соответственно, беззубые участники «Большой Игры». Их так и называют «Детскими Полисами», и соревнуются они в основном с Датской Короной и среднеобразовательными академиями Японии. Наши дальневосточные союзники в своё время подали не одну стандартную заявку, а две независимые: для учебных заведений до семнадцати-восемнадцати и Высших Учебных Заведений.
Объяснялось это культурными аспектами, взращёнными в двадцатом веке. И тут Инна прямо утверждала, что виноваты не самурайские традиции, а аниме. Главные герои которых в течение нескольких десятилетий почти всегда находились в возрастных группах от десяти до семнадцати лет. Так что политическое руководство страны посчитало приемлемым участие выпускников своих средних и старших школ для одарённых детей в академической «Большой Игре».
Именно таким образом наши соседи желали одним махом добиться сразу нескольких целей: насадить патриотическое образование и поддержать героическо-приключенческий дух в молодом поколении. Снизить зашкаливающий уровень реального школьного насилия и самоубийств среди учащихся. Ну и заодно нанести серьёзный удар по подростковой преступности. Ведь ещё с середины восьмидесятых годов прошлого века молодёжные банды стали настоящим бичом для как крупных, так и мелких, городов этой страны. А в поствоенный период ситуация только ухудшилась.
И, надо сказать, что у наших союзников всё получилось! Мало того что массовое чипирование школьников сделало практически бессмысленной всю криминальную романтику, так привлекавшую молодёжь. Так ещё и появились вполне законные возможности вымещения агрессии, что, как ни странно, резко снизило общий накал страстей, сделав бессмысленным простое бодание между хулиганами в кровавых битвах школа на школу.
Не осталось подобное незамеченным и для остальных участников «Большой Игры». За десятилетия выработались негласные правила, разделившие «Детские Полисы» и обычные. Ведь даже совсем отморозку понятно, что набить морду пятнадцати-семнадцатилетнему наглому школотрону для учащегося-первокурсника Высших Магических Заведений ещё куда ни шло…
То вот связываться с английской или датской пятилетней пигалицей в беленьких чулочках уже откровенно за гранью добра и зла! Точно так же, как на полном серьёзе предложить нашей госпоже-председателю Яне крутить политику с… Ну, например, леди Блюскай, двенадцатилетним послом в нашем полисе от какой-то там британской магической академии.
Возвращаясь же к Альбиону, как рассказывала Инна, «там», особенно в однополых учебных заведениях, которых на островах процентов восемьдесят, вообще очень своеобразные порядки. Так, например, мальчиков и девочек уже на середине первого года обучения начинают привлекать в некие тайные общества. Поначалу это интересно и захватывающе: тайны, некие знания и прочее, — но с возрастом всё сводится к принятию однополой любви как естественной небольшой шалости, позволительной как леди, так и джентльменам. И в особенности приемлемой для будущих лордов, при условии, конечно, что это грязное бельё не будет попадать на суд к ничего не понимающей в благородных традициях черни.
И это не веяние моды, пришедшей из Либерократии, проповедующей отсутствие половых ролей и свободный выбор гендера. Но суровая британская традиция, корнями уходящая в глубь веков!
Когда у мужа и жены раздельные спальни в разных крыльях особняка и чёткое расписание встреч не чаще, чем раз в месяц, вплоть до рождения наследника. И ничто другое людей, завтракающих на противоположенных концах десятиметрового стола и перебрасывающихся дай Бог парой слов в неделю, совершенно не волнует. Вплоть до тех пор, пока один из них не заподозрит своего супруга в компрометирующих физических сношениях с особой противоположенного пола.
— Такие дала, — произнёс я, разводя руками, а Воронин, соглашаясь с моими словами, подтверждающее кивнул.
— Жуть, — Валька передёрнул плечами. — А я, честно говоря, думал, что брехня всё это…
— А что ты хотел, — хмыкнул майор. — Там вновь цветёт и пахнет благородный институт «договорного брака». О будущих супругах отцы договариваются зачастую ещё до их рождения. Примерно тогда же, когда будущему мальчику приобретают его первое военное звание или чин, который он получит после совершеннолетия. А для девочек существует целый «Кодекс поведения благородной Леди», которому они неукоснительно следуют. Так, если женщина от рождения не маг, то становиться воином ей «от природы» невместно! А поставь рядом наших их высочеств цесаревен Нину и Инну с её высочеством принцессой Аргентой-Морганой или дочерями ведущих членов палаты лордов их парламента… И британки покажутся вам чопорными холодными куклами со стервозным характером, гипертрофированными манерами и отсутствием какого-либо уважения к собеседнику. Если, конечно, за его спиной нет пяти-шести поколений английской аристократии. Впрочем, ты даже и поговорить с ними не сможешь, потому как любое общение с дамами, кроме ничего не значащих приветственных и прощальных комплементов, — уже оскорбление для их мужа или отца.
— А простой народ? — нахмурился Валентин.
— А что простой народ? — пожал плечами Воронин с таким видом, будто не понял вопроса. — А с чего ему, простому народу, от нашего кардинально отличаться? Живут, любят, страдают, бухают… Кстати, куда покруче нашего!
— М-да, — я хмыкнул. — А говорят, это мы самая пьющая страна…
— Так англичане ж и запустили этот стереотип в середине девятнадцатого века. Мол, русские уже просыпаются пьяными и за завтраком только догоняются, — усмехнулся майор. — Как, собственно, и про медведей и генерала Мороза. Испугались тогда лорды, что наши предки великую армию Наполеона побили, а потом Париж взяли. Вот и начали гадить…
— Ну, про водку точно могу сказать, что врут! — хохотнул Валька, хлопнув меня по плечу. — А во всём остальном Кузьма Васильевич у нас «настоящий русский»! И медведя выгуливает и свою собственную «генеральшу Морозову» уже вовсю растит! Да блин! Аська меня как видит, так сразу строить начинает! Я её уже боюсь!
— А это потому, что ты просто не можешь сказать женщине «нет». Даже такой маленькой, как Ася! — ответил я, и мы с Ворониным дружно рассмеялись.
— Маленькая-то маленькая, а командир покруче своего папочки… — слегка покраснев, пробурчал парень, а затем, не выдержав, тоже рассмеялся.
Мы посидели ещё с десяток минут, и улыбчивая официантка, закончив работать и переодевшись, утащила Валю на свидание. Не то чтобы у меня были причины завидовать длинноволосому блондину, я и сам женским вниманием не обижен, но всё же популярность моего вассала у противоположенного пола была немного другого сорта и вызывала определённое восхищение.
Я, пусть и не урод, однако до встречи с Ниной не был особо популярен у девушек, да и с теми, кто входит сейчас в мой ближний круг, познакомился и прикипелся далеко не из-за красивой внешности и умения очаровывать дам. Валентин — другое дело! Он, словно инкуб, привлекает как студенток, так и вполне взрослых женщин, и ранее только отношения с его бывшей начальницей в кампусной полиции удерживали его от разгульной жизни. Всё же, несмотря на то, что ведёт себя Валька порой как натуральный бабник, он предельно честен в подобных вопросах.