Алексей Самсонов – Миф о «застое» (страница 55)

Затем СССР продолжал закупать зерно вплоть до 90-х годов. Но ведь в те годы шла ужасная «холодная война»… Только в газетах Запада, СССР и соцстран.

Закупка зерна у «врагов» поддерживала их сельское хозяйство. Так какая же это война? Это – колониальная политика.

В СССР сельхоззакупками занимались Минвнешторг и Минсельхоз при участии МИДа. В результате иностранное зерно становилось «золотым». Закупки финансировали заокеанских фермеров, а свои колхозы загибались. Естественно, что при такой политике колхозы будут убыточными, на чём потом и сыграли «демократы».

Но из-за границы привозили не только зерно и мясо. В портовых складах стояло и ржавело дорогостоящее оборудование, закупаемое за валюту, за нефтедоллары. Это оборудование должно было быть поставлено на предприятия, чтобы они делали товары по новейшими технологиям. Но станки месяцами и годами ржавели на складах, их разворовывали по частям (например, на конец 1977 г. объём не установленного импортного оборудования превысил 6,1 миллиарда рублей [224; с. 271]). Опять мы видим поддержку иностранного производителя за счёт советского народа. Бесспорно, чиновники это делали не бесплатно.

А кто закупал оборудование? Этим человеком был министр внешней торговли СССР Николай Семёнович Патоличев (1908–1989). Он был министром с 26 августа 1958 г. по 18 октября 1985 года. При нём объемы торговли с заграницей выросли в 18 раз. Именно при Патоличеве СССР стал сырьевым гигантом (придатком) – так, экспорт газа за время его работы вырос в 340 раз (при том, что большая часть России топилась печками и углём). За 26 лет в СССР открылись более 5000 предприятий на базе заграничного оборудования и при содействии иностранных фирм (тем самым тормозилось развитие отечественной промышленности).

Прорубленные за время министерства Патоличева сырьевые потоки Россия использует до сих пор. Видимо, за такую деятельность (не работу) он был награждён двумя Звёздами Героя Соцтруда и 11 орденами Ленина.

Как тут не вспомнить другого сырьевика – Петра Фадеевича Ломако. который возглавлял Минцветмет с 1940-го по 1986-й годы и был награждён семью орденами Ленина. О нём надо сказать несколько слов.

Советское правительство со времён Ленина и до сих пор имеет тесные контакты с «Де Бирс» («De Beers») Оппенгеймеров.

В 1920 г. полпредом РСФСР в Лондоне был назначен Леонид Красин, а его замом – Иван Майский (Ляховецкий). Ознакомившись с обстановкой, он писал в Наркомфин 20 марта 1922 г.: «Следует немедленно прекратить разовые продажи художественных ценностей и бриллиантов через сомнительных лиц, рекомендуемых начальником Гохрана Аркусом (некий швед Карл Фельд и др.), или через высокопоставленных “кремлевских жён” (жена Горького актриса Мария Андреева-Юрковская, жена Каменева и сестра Троцкого Ольга Каменева, музейный руководитель). Вместо этого необходимо срочно создать картель для совместной продажи бриллиантов, лучше всего с Де Бирсом. Синдикат этот должен получить монопольное право, ибо только таким путём можно будет создать успокоение на рынке бриллиантов и начать постепенно повышать цену. Синдикат должен давать нам под депозит наших ценностей ссуды на условиях банковского процента».

То есть Красин выступал в роли лоббиста «Де Бирс». Известно, что Красин играл определённую роль в финансировании большевиков и, видимо, был связан с Лондоном. А там – с Оппенгеймерами (которые в свою очередь были связаны с английской разведкой). Ещё никто не изучал вопрос, какую роль деньги Оппенгеймеров играли в финансировании руководства большевиков. А после их победы пришло время отдавать долги. Правда, свои долги они отдавали за счёт русских алмазов, но это – мелочи…

16 марта 1921 года между РСФСР и Англией был подписан торговый договор. С советской стороны его подписал Красин. Согласно договору, Англия брала на себя обязательство «не накладывать ареста и не вступать во владение золотом, капиталом, ценными бумагами либо товарами, экспортируемыми из России в случае, если бы какая-либо судебная инстанция отдала распоряжение о такого рода действиях» [396; с. 119]. То есть эти ограничения делали невозможным вмешательство английского государства в лице судов в торговлю с Советской Россией. Напомню, дипотношений тогда между РСФСР и Великобританией не было, но, как видим, это не было препятствием для «джентльменов» из «Круглого стола» и их протеже из Москвы.

А за полгода до подписания договора Красин открыл в Лондоне компанию АРКОС (Arcos, “All-Russian Cooperative Society” – Всероссийское кооперативное акционерное общество). Затем появятся аналогичные – «Амторг» в США, «Весторг» и «Дерутра» в Германии. Все эти компании имели целью экспорт на Запад советских товаров, в том числе произведений искусства.

Красин был «отцом» и другой компании – «Советско-Южноафриканского смешанного торгового общества».

Известно, что компания «Де Бирс» большую часть алмазов добывала в ЮАР. Дипотношения между СССР с ЮАС (тогда Южно-Африканский Союз) были установлены только в 1942 г. в результате переговоров, которые с советской стороны вёл посол в Лондоне Иван Майский [396; с. 199]. То есть посредником в установлении отношений был Лондон – точнее, банкиры Сити. В июне было открыто генеральное консульство в Претории и консульство в Кейптауне; в ЮАС стал издаваться журнал «Советская жизнь».

Но «рабочие контакты» с ЮАС были установлены задолго до этого: в 1925 г. в Москве было зарегистрировано «Советско-Южноафриканское смешанное торговое общество». В задачи общества входила организация экспорта конфискованных бриллиантов. Но не только.

Общество привлекало инвестиции в организацию геологоразведки в Сибири. Стартовая инвестиционная программа имела объём 0,5 миллиона фунтов стерлингов. В 1929 г. общество направило в ЮАС делегацию советских геологов. Именно с этого момента все алмазные проекты СССР становятся прозрачными для «Де Бирс» [396; с. 200]. О том, что это только для советских граждан всё было «секретно», я ещё скажу.

Кураторами общества были Троцкий и нарком финансов Григорий Сокольников [396; с. 200]. Так что его «настоящая фамилия» – «Бриллиант» – была что-то вроде прозвища в соответствующих кругах. Он – никакой ни «Гирш», а русский дворянин (см. книгу «Мировая закулиса и русская революция: криптооккупация России», глава 7 «Ложь о “еврейской революции”»).

И с тех пор «Де Бирс» стала контролировать экспорт камней из СССР. Ясно, об этом не писали в газетах, а то могли возникнуть вопросы: как это компания из враждебного лагеря контролирует алмазы СССР?! Ведь «вожди» ежедневно только и говорили об «осаждённом лагере» в мире капитализма…

В 1950 г. в западной Якутии были открыты алмазные россыпи. В августе 1954 года была открыта первая в СССР кимберлитовая трубка «Зарница»; в июле 1955 года – месторождение «Мир» и ещё 14 более мелких трубок. СССР становился крупнейшем (после ЮАР) разработчиком алмазов. Через несколько лет СССР мог, при желании, если и не вытеснить «Де Бирс» с алмазного рынка, то существенно подорвать её позиции.

Возможно, если бы был жив Сталин, так бы и было – ведь он попытался нанести удар по доллару (см. книгу «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”», гл. 2, раздел «Сталинская экономика и ценовая политика. Снижение цен как афёра. Удар по доллару»). Но у нового руководства такого желания не было – их устраивала роль сателлита «Де Бирс» [396; с. 75].

Но только через три года, в январе 57-го, коллегия Министерства цветной металлургии СССР приняла постановление о начале промышленной разработки алмазов, был создан трест «Якуталмаз» (до этого алмазы добывали на Урале, но в небольших количествах). Понятно, что само «министерство» принять ничего не могло – им руководили определённые люди. Так вот во главе министерства с 1940-го по 1986-й годы (с небольшими перерывами) стоял Пётр Фадеевич Ломако (1904–1990, не воевал, Герой Соцтруда (1974), награждён семью (!) орденами Ленина, орден Октябрьской Революции, два ордена Трудового Красного Знамени, орден Красной Звезды и множество медалей).

Кто такой Ломако, почему он столько лет возглавлял советскую алмазную промышленность? За что он получил столько орденов Ленина?

Да, с 1930-го по 1932 год он обучался в Московском институте цветных металлов и золота. Но там учились десятки людей, а министром стал только Ломако. Сегодня я не могу ответить на этот вопрос.

Выступая на упомянутой коллегии Минцветмета, Ломако сказал, что основное назначение вверенной ему алмазной промышленности – давать экспортную продукцию [396; с. 83]. Но экспорт стал осуществляться не на биржу и не на «мировой рынок», а в адрес конкретной компании: в 1959 г. было заключено первое официальное соглашение с «Де Бирс» [396; с. 101]. Ранее экспорт в адрес «Де Бирс» осуществлялся на основании неформальных соглашений, осуществлялся спецслужбами СССР и контролировался британской контрразведкой [396; с. 88]. То есть Ломако контакты с «Де Бирс» только узаконил.

А в 1960 г. был подписан договор, согласно которому СССР лишался права самостоятельного выхода на рынок, а «Де Бирс» обязывалась закупать все алмазы, предназначенные для экспорта. Таким образом, СССР официально потерял право влиять на цены на алмазы [396; с. 101].