Алексей Самсонов – Миф о «застое» (страница 53)
Обратим внимание на годы учёбы этих «профессионалов» в Вене у Гвишиани и в Лондоне. Это было ещё до Горбачёва, у власти стояли Черненко и Андропов. Есть ли основания считать, что будущие «реформаторы» отправились за границу без ведома Политбюро и КГБ? Или стали масонами тайно от КГБ? Ответ очевиден: всё было под контролем Андропова и Суслова.
Масонская ложа «Монт Пелерин» с самого своего зарождения субсидировалась британской разведкой, была под её контролем, выполняла её особые поручения [102; с. 81]. Другими словами, мы имеем дело с обучением кадров из ложи Андропова в ложе «Монт Пелерин» под эгидой британской разведки. Не удивительно, что при Путине (бывшем кагебисте) выпускники «Монт Пелерин» заняли ключевые позиции в экономике и финансах РФ.
Бакатин и другие масоны
В 1980 г. в ГДР была издана книга «Масонство в современном мире», в которой среди масонов назывались Суслов и Громыко [90; с. 263]. При Сталине Громыко был послом в США и при ООН, затем стал замом, а потом и министром. В министерстве о нём говорили, что он смотрит на мир через звёздно-полосатый флаг.
Во второй половине 70-х по указанию Суслова проводилась проверка архивов по теме «Масонство», причём некоторые документы пропали «с концами» в его кабинете [90; с. 266]. Эта чистка (иначе не скажешь) могла проводиться только при согласовании с председателем КГБ Андроповым, так как все архивы по этой теме находились в ведении КГБ.
В 1980 г. в Педагогическом институте им. Ленина должна была состояться конференция на тему «Масонство в системе современного империализма». Но буквально за день был звонок из Секретариата ЦК – некто запретил её проведение [90; с. 266]. Кто звонил?
Была и негласная установка: печатать публикации о масонстве в России только XVIII века, но не позднее. За её выполнением следил КГБ, так как это было личное указание Андропова [90; с. 268]. Понятно, что о том, что Февраль – дело рук масонов, в советских книгах не писалось.
То, что масонские ложи существовали в СССР – вне сомнения. Следы масонства видны в некоторых художественных произведениях. Например, поэт Андрей Вознесенский написал поэму «Мастер», а в его поэме «Дама-треф» Автор делает «знак масонов». В его же стихотворении «В театре» есть строка о «братстве ложи». При Ельцине Вознесенский стал членом «Русского Пен-центра».
С вышеприведёнными цитатами согласуются слова советского разведчика Юрия Любимова, написавшего в «Записках непутёвого резидента»: «Аппарат ЦК, особенно международный отдел, всегда удивлял неординарностью мышления (Одно время его возглавлял Андропов. –
В 1994 г. журналу «Молодая «гвардия» дал интервью мастер Кемеровской ложи. Всем знакомо имя Вадима Бакатина, после Августовского «путча» ГКЧП он возглавил КГБ. О том, как он работал в КГБ – в книге о «перестройке». А вот что о нём сказал мастер: «В Кузбассе масонство возникло в начале 70-х годов. Оно пришло к нам с Запада. Некоторые люди “интеллектуального труда”, будучи на Западе, вступали там в ложи и от них получали патенты на открытие лож у нас.
– А кто привёз патент на открытие Кемеровской ложи?
– Один из обкомовских работников. Вообще, масонские ложи появились именно по партийной линии. Так, первая ложа появилась в 1971 г. в Кемерово, в январе 1972 г. – в Новокузнецке, затем в период с 1975-го по 1977 г. – в других городах Кузбасса. Полностью организация масонства по Кузбассу завершилась к 1980-му году» [238; с. 110].
(Бакатин работал в обкоме с 1973-го, с 1977-го по 1983 г., был инструктором ЦК, а в 1987-88 гг. был Первым секретарём Кемеровского обкома. В дальнейшем все «перестроечные» события подтвердили, что Бакатин был масоном; особенно это касается мощных шахтёрских забастовок – но я ещё вернусь к интервью в книге о «перестройке». О. Платонов тоже пишет о принадлежности Бакатина к масонству [49; с. 424]).
«– Много входило в ложу влиятельных административных работников, от которых реально что-то зависело?
– Практически все. Много было деятелей культуры, крупной промышленности, преподавателей вузов.
– Были ли среди масонов работники КГБ?
– Ни одного! Несмотря на все усилия, нам так и не удалось их завербовать».
И далее: «Начиная с конца 80-х годов наше влияние на высших чиновников области было абсолютным, так как большинство из них к тому времени были масонами» [238; с. 110–111].
О том, что в 60-70-е годы масонские ложи действовали в СССР, я скажу в разделах «Сионистское “подполье” в СССР» и «Солженицын и масонство».
Мастер говорит, что в ложах не было ни одного работника КГБ, хотя усилия по их вербовке и предпринимались. Бесспорно, о попытках их вербовки они докладывали в Москву, но, видимо, оттуда приходил запрет на вступление. Почему, ведь, вступив в ложи (которые подчинялись иностранцам, так как патенты давали западные ложи), чекисты могли бы их контролировать?
Вот этого контроля Андропов и руководство КГБ и не хотело допустить. Ведь на местах работали, в основном, патриоты страны и, увидев,
Номенклатура – создатель теневой экономики
Одним из способов воровства денег и ресурсов у государства, а, фактически – у народа, стала теневая экономика, т. е. хозяйственная деятельность, от которой государство ничего не получало. Фактически это было частное предпринимательство, запрещённое в СССР. Но «запрещённое» для народа, но не для «своих». Именно из теневой экономики выросли горбачёвские кооператоры, а затем – и «олигархи».
Как могла появиться такая экономика, ведь чиновники – назначенные государством – должны были думать о развитии «белой» экономики, а они заботились о развитии «серой»?
Отмечу, что под «номенклатурой» я понимаю не всех чиновников Союза, а только относительно небольшую группу, как правило, высших партийных и государственных чиновников. Существовали «Списки руководящих работников», утверждённые Политбюро. Эти списки носили гриф «Для служебного пользования». У высшей номенклатуры был и «отличительный признак» – телефоны («вертушки») АТС-1 и АТС-2 – телефоны спецсвязи.
Во время войны советская экономика была фактически полностью разрушена и в 40-50-е годы сталинские экономисты, и лично Сталин, создали принципиально новую экономику, целью которой было добиться в недалёком будущем процветания. Но это «будущее» надо было ещё построить.
Но первые секретари и директоры хотели жить не хорошо, а очень хорошо, как западные миллионеры. А для этого надо было создать «капитализм для избранных». Но как? Ведь убеждённые коммунисты и патриоты, которые вступили в партию на войне, могли обвинить их в перерождении, и всё это могло плохо кончиться для власти номенклатуры.
Тогда и возникла идея создания параллельной экономики. Теневые, фактически частные, предприятия создавались так. Они создавались под крышей государственного предприятия (завода). Администрация предприятия служила крышей. Государственное предприятие производит плановые товары. А, параллельно с этими товарами, то же самое предприятие производит товары, не учтённые ни в одних документах, т. н. «левые» товары. Ускорила создание теневиков косыгинская реформа – см. далее.
Таких «левых» цехов было десятки тысяч, в основном в Москве и области, Одессе, Тбилиси и по всей Грузии, Риге, Ташкенте, на Ставрополье. В дальнейшем эти «левые» товары распределялись по «своим» магазинам. Директора магазинов имели с «левого» товара проценты.
На частных производственных базах из государственных материалов (т. е. за них теневики не платили) в частных целях выпускались товары, являвшиеся в те годы дефицитными. Обувь, одежда, пластинки с записями советских и зарубежных певцов и т. п. выпускались не единицами, а в промышленных масштабах. Стали появляться фамильные кланы с многомиллионными состояниями, под контролем которых были десятки предприятий – формально – государственных [353; с. 42]. Оборот теневиков составлял почти 70 млрд рублей в год (почти 40 % всей экономики СССР).
Конечно, цеховики не работали на свой страх и риск – это только в фильмах они боялись ОБХСС. Это была централизованная экономика, прибыль от которой шла наверх. Эту связь, вплоть до ЦК и Совмина, можно проиллюстрировать таким примером.
В СССР наряду с сионистским политическим подпольем (о нём ниже), существовало и т. н. еврейское бизнес-подполье, теневой бизнес, контролировавшийся евреями; как правило, это был клан бухарских хасидов [239; с. 233] (заметьте, об этом пишет иностранец, что говорит о связях теневиков с заграницей). В большинстве случаев евреи занимали посты руководителей государственных предприятий, универмагов (например, отец алмазного олигарха хасида «Хабад» Леви Леваева, Авнер Леваев, был директором ташкентского универмага). Координировал же всю эту теневую деятельность в СССР