Алексей Рудаков – Мир Хамулов. Том 2 (страница 4)

Неблагородно, но действенно. Сами же сказали – без правил? Так какие вопросы?

Вопросов, впрочем, и не было.

Зеваки, кто, выиграв на своих ставках, кто, проиграв, принялись расходиться, оставив нас – я имею в виду меня, Поли, Коста и Келоса со своими парнями – над трупом Гракса.

– Хм. Бой окончен, – Келос, покосившись на Коста (тот кивнул), подвёл итог схватки.

– Кто похороны оплатит?

Хочу возмутиться – он сам нас, то есть Сержа, вызвал, но Кост, быстро наклонившись над телом, вытащил из-за пояса кошелёк.

Отсчитав несколько монет, исчезнувших в ладони стражника, он передал кошелёк Сержу, у которого уже хлопотала Поли, принявшаяся заматывать его шею полосой ткани.

Его недовольное ворчание – ерунда, царапина, мол – она пропускала мимо ушей, сосредоточившись на лечении.

– Гракс же был одинок? – Вопрос Келоса, адресованный Косту, заставил меня замереть, а жаба – да-да, столь долго молчавшее земноводное – осторожно высунулась из-за своей кочки.

– Одинок, – кивает Кост.

– И завещание по прибытии из похода не продлил.

– Ну да, – стражник кивает в ответ. – Тут он опасности не ждал, а оно вон как вышло.

Вздохнув, он кивает своим, и те, подхватив тело на руки, быстро исчезают за поворотом.

Похороны, угу.

Сейчас обшарят карманы и с хамула. Типа похоронили, да.

– Тогда всё ему, – подбородок Келоса указывает на Сержа.

– Объяснишь правила наследования?

– Конечно, – соглашается тот, и стражник, кивнув на прощание, уходит.

Теперь о произошедшем напоминает только быстро сохнущая на солнцах лужица крови.

День, ну два – и никто уже не вспомнит ни о поединке, ни об удачливом капитане, которому изменила прежде столь надёжная госпожа.

Процедура наследования была крайне проста. При наличии завещания, действующего, разумеется – то согласно воле покойного.

А вот если такового не было, то тут начинались варианты.

Жена, дети есть? Всё им.

Нет? Тогда два варианта.

Первый – случись умереть внезапно и по естественным причинам (сердце, упал неудачно, перепил и всё такое), имущество отходит Совету Капитанов, которые на своём совете распределяют его среди нуждающихся.

Ага, знаем, как же. Себе подгребут, и дело с концом.

Но умри ты на дуэли – с выполнением всех перечисленных выше правил – без наследников и завещания, и тут всё переходит твоему убийце.

При условии, что дуэль была при свидетелях и имела законные основания.

Как вы уже понимаете, у нас был крайний вариант, и мы – по совету заметно погрустневшего Коста (он уже понимал, что повар, скорее всего, свалит) – двинулись в ратушу проверить, оставил ли Гракс завещание.

На Вольном все дороги вели к ратуше. Вернее – к центральной площади, на которой оная и находилась.

Ну а зачем нужна улица в городе, если она не ведёт к центру? Там вся жизнь.

Ярмарки, выставки особо примечательных трофеев, лучшие кабаки и, конечно же, здание ратуши.

Не скажу, что оно было вот прямо выдающимся. Двухэтажное здание с колоннами.

Свежеокрашенное, со следами свежего ремонта, последнее выгодно выделяло именно этот дом от своих соседей, опрятных, но не скажу, что имевших парадный вид.

Рядом с ратушей соседствовал «Вольный Банк» – так было написано на вывеске, а с другой стороны, с массивными железными воротами и аж четырьмя стражниками – Арсенал, о чём нас заботливо проинформировала табличка над воротами.

Позже я узнал, что процент в банке был реально конским – получить ссуду под пятьдесят процентов считалось удачей, в то время как под расписку от знакомого капитана можно было занять вообще без процентов.

Так что да – именно «Вольный Банк»: хочешь – бери, хочешь – нет.

В Арсенале же выдавали оружие и всё прочее – по расписке от Совета Капитанов.

Вот только получить её было поистине подвигом. Героического масштаба.

Вернусь к ратуше.

Внутри нас встретил всего один клерк – мужчина, возраст которого был ближе к тому, когда человека можно уже назвать дедом, не рискуя того обидеть.

– Чем обязан, господа? – Оторвавшись от изучения разложенных на столе бумаг, он поднял голову и немедленно поправил себя:

– И дама. Сообщите ваш или ваши вопросы. Брачные и бракоразводные дела. – Он чуть поклонился Поли, увязавшейся с нами.

– Второй этаж. Госпожа Анита будет завтра, – он снова кивнул, обегая нас с Сержем внимательным взглядом.

Уверен, он гадал: от кого и к кому желает перейти пришедшая сюда красавица.

– Но вы можете заполнить бланки заранее, ага, – снова кивнув (на сей раз самому себе), он, немного покопавшись, вытащил из ящика стола пару бланков казённого вида:

– Один пеш за бланк, оформление брака – три. Три бланка и три регистрации.

Недорого, надо признать. Двенадцать за всё. Ладно, решу жениться – денег хватит.

Да и на развод тоже.

– Мы по другому вопросу, – выступает вперёд Серж, но я сдвигаю его в сторону – общение с чиновниками – это моё.

– Да, уважаемый… эээ?

– Тусан, – качает головой клерк.

– Тогда в чём ваш вопрос?

– Уважаемый господин Тусан, – сдвинув Сержа себе за спину, кладу руки на неширокий барьер, окружавший его стол.

– Мой товарищ, – кивок на Сержа, – убил доблестного капитана Гракса. На дуэли, в присутствии свидетелей и глубокоуважаемого мастера Келоса.

– Так, – в глазах клерка появляется интерес.

– Наслышан, м-да… Так это он Гракса убил?

Киваю, чуть сдвигаясь в сторону, позволяя Тусану полюбоваться героем.

– И вы пришли уточнить по имуществу покойного?

– Совершенно верно, уважаемый. Вы очень проницательны.

– Без малого двадцать лет тут, – гордо отвечает клерк, принявшись протирать стойку вытащенным из кармана платком.

– Да-с, господа. Опыт-с. Но к делу. Секундочку.

Выйдя из-за стола, он направляется к шкафу со множеством ящичков – тот стоял у левой стены и был в тени, отчего я не обратил на него внимания.

– Гракс… Гракс… – Тусан бормочет себе под нос, обегая взглядом бирочки на ящичках.

– Ага… Вот!