Алексей Рубан – Эхо ветров. Часть 1 (страница 3)

Однажды вечером, листая старый атлас Софира, архивариус вдруг поднял глаза и тихо произнёс:

— Почему так? Почему нет ничего о том, кто мы? Откуда пришли? Что случилось до… до этого?

Эрин закрыла книгу и посмотрела в окно, где угасал закат над забытым миром.

— Потому что кто‑то не хочет, чтобы мы помнили, — ответила она. — Но это не значит, что мы не сможем узнать. Мы начнём с того, что есть. И соберём правду по крупицам.

Архивариус молча кивнул. В этот момент между ними возникло негласное соглашение: они не просто выживут в мире без памяти — они вернут её. По буквам, по строкам, по картам и схемам. Шаг за шагом.

Ара, устроившись на плече, то и дело комментировал происходящее:

— Смотри, какие сапоги! — восхищённо воскликнул он, заметив торговца обувью. — Блестят, как утренняя роса на паутине!

— Ара, нам нужно идти, — мягко напомнила Эрин.

— Идём, идём, — согласился попугай. — Но если увидишь что‑то блестящее по дороге, не проходи мимо. Это может быть знак судьбы.

Эрин размышляла над двумя вопросами, которые никак не находили объяснения: откуда архивариус получил древнюю карту и кто сообщил ему о Сердце Ветра. В условиях, когда День Пустоты лишил воспоминаний всех без исключения, эти факты выглядели противоречиво и требовали разгадки.

За городской стеной дорога стала труднее. Ветер, который в городе лишь игриво теребил юбки прохожих, здесь превратился в настоящего путника — он то подталкивал в спину, то бросал в лицо горсти песка, то закручивал вихри у ног, словно проверяя решимость странников.

Спустя несколько часов Эрин остановилась, устало выдохнула и сказала:

— Ара, ты тяжёлый. Всю дорогу я тебя не понесу. Может, полетишь сам?

Попугай будто проигнорировал её слова. Он лишь удобнее устроился на плече, поправил пёрышки и важно заявил:

— Дорогая моя, попугаи не созданы для долгих пеших прогулок. Мы — создания свободного полёта. К тому же, кто будет напоминать тебе о самом главном? В дороге без блестящих находок никак нельзя!

Эрин лишь покачала головой, но не смогла сдержать улыбки. Она поправила мешок за спиной и сделала ещё несколько шагов. И тут она почувствовала нечто странное: ветер не вёл их, как слепых, — нет. Напротив, она просто как будто знала дорогу. Где повернуть, где замедлить шаг, где обойти глубокий овраг — всё это всплывало в сознании само собой, будто карта, которую она видела когда‑то давно и теперь вдруг вспомнила.

До хребта Эждарах было ещё далеко. Дорога петляла среди холмов, поросших вереском и можжевельником. Вдалеке виднелись тёмные силуэты одиноких скал, а над головой кружили хищные птицы, высматривая добычу.

— Ты это чувствуешь? — тихо спросила Эрин у Ара. — Я не следую за ветром — я просто знаю, куда идти.

— Ну конечно, — фыркнул попугай. — Это всё потому, что я вдохновляю тебя. Без меня ты бы уже заблудилась.

— Или просто шла бы быстрее, — усмехнулась Эрин, но в душе она была благодарна ему за эти нелепые шутки. Они помогали не думать о тяжести мешка, усталости в ногах и тревоге, что сжимала сердце при мысли о том, что ждёт впереди.

К вечеру небо затянуло тучами. Воздух стал густым и тяжёлым, предвестием скорого дождя. Эрин огляделась в поисках укрытия и почти сразу заметила небольшую пещеру, спрятанную за нагромождением валунов.

— Вот и ночлег, — сказала она, направляясь к ней.

— Наконец‑то! — обрадовался Ара. — А то я уже начал думать, что придётся спать под дождём, как какой‑нибудь воробей.

Внутри пещера оказалась сухой и просторной. Эрин разложила на земле плащ, чтобы не сидеть на холодном камне, и достала из мешка сушёные фрукты и лепёшку. Ара тут же подлетел к еде, выбрал самый крупный кусочек и с важным видом принялся его клевать.

Пока они ужинали, дождь наконец начался — сначала редкие капли, затем сплошной поток. Эрин смотрела, как вода стекает по склонам холмов, образуя тонкие ручейки, и прислушивалась к ветру. Он больше не был грозным и настойчивым — теперь он шептал что‑то успокаивающее, будто баюкал её перед сном.

Вдруг снаружи донёсся странный звук — не то ворчание, не то шёпот. Эрин насторожилась.

— Ара, ты слышал?

— Слышал, слышал, — пробурчал попугай. — И не хочу знать, что это. Может, это просто ветер?

Но звук повторился, и в проёме пещеры показалась странная фигура. Низенький, коренастый, с большими ушами и недовольным выражением лица — это был гоблин. В руках он держал свёрнутую карту и фонарь, который отбрасывал причудливые тени на стены.

— Эй, это моё укрытие! — проворчал он. — Я тут первый был, между прочим.

— Простите, — вежливо ответила Эрин. — Мы просто искали место для ночлега. Если хотите, можем уйти…

— Уйти? — гоблин фыркнул. — В такой ливень? Да вы что, с ума сошли? Ладно, оставайтесь. Но предупреждаю: я не люблю попугаев. И шум. И когда трогают мои карты.

— Очень приятно, — саркастично отозвался Ара. — А я не люблю ворчливых гоблинов. И дождь. И когда мне указывают, что делать.

— Тихо! — Эрин подняла руку. — Давайте познакомимся. Я — Эрин, а это Ара. А вас как зовут?

— Гримли, — буркнул гоблин, устраиваясь в углу пещеры. — Картограф. И слуга юного рыцаря Кая. Он где‑то там, — Гримли махнул в сторону гор, — ищет способ отменить День Пустоты. Считает это своим предназначением.

Эрин встрепенулась:

— Отменить День Пустоты? Вы знаете о нём?

— Конечно, знаю, — Гримли развернул карту и начал её разглаживать. — Кай считает, что если найти Сердце Ветра, можно изменить ход событий. Он тоже идёт к нему.

— Мы тоже! — воскликнула Эрин. — Может, объединим усилия?

Гримли вздохнул:

— Ладно. Но с одним условием: попугай не трогает мои карты. И не комментирует их. Они очень точные, между прочим!

— Договорились, — улыбнулась Эрин.

Ара демонстративно отвернулся, но промолчал.

— Кстати, — добавил Гримли, — завтра нам предстоит пересечь ущелье. Я бы пошёл в обход, но там слишком высоко. Я, знаете ли, боюсь высоты.

— Не волнуйтесь, — сказала Эрин. — Ветер подскажет нам безопасный путь.

Гримли скептически поднял бровь, но ничего не сказал.

Дождь за стеной пещеры продолжал стучать по камням, а внутри становилось всё уютнее. Эрин поделилась с Гримли едой, Ара неохотно уступил ему немного места, а гоблин в благодарность показал часть своей карты — ту, что вела к хребту Эждарах.

Эрин, воодушевившись, хлопнула в ладоши:

— У нас тоже есть карта! — Она расстегнула клапан дорожного мешка и осторожно достала свёрнутый в тубус пергамент. — Её дал мне архивариус. Она старая, но, кажется, очень подробная.

Глаза Гримли загорелись неподдельным интересом. Он осторожно принял карту из рук Эрин, бережно развернул её на плоском камне и склонился над линиями и символами.

— О‑о‑о… — протянул он, проводя пальцем по маршруту. — Да это же карта времён до Дня Пустоты! Видите эти обозначения? Это древние ориентиры, которые давно стёрлись с лица земли. Но они помогают понять логику старых путей.

— Значит, она может быть полезна? — с надеждой спросила Эрин.

— Более чем! — Гримли поднял взгляд, и впервые на его лице появилась искренняя улыбка. — С этой картой мы точно доберемся до сердца ветра, даже сократим путь.

Он аккуратно сравнил две карты, накладывая линии одной на другую.

— Смотрите, — показал он, — ваша карта подтверждает направление моей в ключевых точках. А вот здесь, — он ткнул пальцем в участок у подножия хребта, — она указывает на тропу, которой нет на моей. Тропа ветров, судя по символу. Должно быть, она идёт вдоль воздушных потоков — значит, там меньше камней, меньше обрывов. Идеальный маршрут!

— Получается, вместе наши карты дают полную картину? — уточнила Эрин.

— Именно! — кивнул Гримли. — Теперь я уверен: мы доберёмся до хребта быстрее и безопаснее.

Эрин почувствовала, как в груди разливается тепло. Впервые за долгое время она ощутила настоящую надежду — не одинокую, а разделённую с кем‑то.

— Спасибо, Гримли, — искренне сказала она. — Я рада, что мы встретились.

— И я, — неожиданно мягко ответил гоблин. — Вместе мы справимся.

Перед сном Эрин ещё раз прислушалась к ветру. Теперь в его шёпоте звучали новые ноты — не только предупреждение и направление, но и обещание: «Вы не одни. Вместе вы сильнее».

На следующее утро дождь прекратился. Небо расчистилось, открыв ярко‑голубую высь. Эрин, Ара и Гримли продолжили путь. До хребта Эждарах оставалось немало дней, но теперь девочка шла увереннее. Она больше не боялась заблудиться — не потому, что ветер вёл её, а потому, что рядом были те, кто разделит с ней этот путь.

Глава 4. Встреча у Серебряного ручья

Утро встретило путников прохладной свежестью и запахом влажной земли после ночного дождя. Эрин, Ара и Гримли продолжили путь вдоль извилистой тропы, что петляла между поросших мхом валунов и густых зарослей можжевельника.

Гримли, прихрамывая, шёл впереди, периодически сверяясь с картой. Он то и дело бормотал себе под нос: