Алексей Рубан – Эхо ветров. Часть 1 (страница 5)

Глава 5. Ловушка колюков

Утро выдалось туманным. Густые клубы белёсой дымки окутывали склоны гор, скрывая тропу и превращая каждый камень в неясную тень. Эрин шла первой, прислушиваясь к ветру — он шептал что‑то тревожное, но слова тонули в вязкой тишине тумана.

— Не нравится мне это, — проворчал Гримли, прижимая к груди свёрнутую карту. — В тумане легко сбиться с пути. И кто знает, что прячется в этих облаках…

— Может, там много блестящих камней? — с надеждой предположил Ара, вглядываясь в белёсую пелену.

— Или что‑то недружелюбное, — мрачно добавил Кай. — В горах не бывает просто тумана. Всегда есть причина.

Эрин остановилась, подняла руку:

— Тише. Ветер говорит… он предупреждает.

Все замерли. Сквозь туман донёсся странный звук — не то скрежет, не то шипение, будто кто‑то скреб когтями по камням. Затем послышалось глухое хихиканье, переходящее в злобное фырканье.

Из тумана выскользнули невысокие фигуры — не выше Гримли, но куда более коренастые. Это были колюки, прислужники Пожирателя Ветров. Их внешность внушала ужас: красные, будто воспалённые лбы пульсировали жилами, жёлтые морщинистые лица искажали злобные гримасы, глубоко посаженные глаза горели оранжевым огнём, спины покрывали острые, блестящие, как сталь, иголки, а кривые ноги с толстыми мозолистыми ступнями позволяли им ловко передвигаться по скалам. В руках они сжимали небольшие, но грозные топоры и короткие копья с зазубренными наконечниками.

Один из колюков, видимо вожак, выступил вперёд. Его иголки угрожающе встали дыбом, а топор он поднял так, что лезвие сверкнуло в редком луче солнца.

— Куда путь держите, глупцы? — прошипел он скрипучим голосом. — В этих горах нет дороги для чужаков.

— Мы идём по делу, которое вас не касается, — твёрдо ответил Кай, положив руку на рукоять меча.

— О, касается, касается! — хихикнул другой колюк, потрясая копьём. — Пожиратель Ветров велел остановить всех, кто ищет Сердце. И мы остановим!

Колюки начали окружать путников, щёлкая зубами и угрожающе топорща иголки. Их главарь сделал знак — и половина отряда бросилась влево, отрезая путь к отступлению, а другая половина начала медленно подталкивать путников к краю обрыва, скрытого туманом.

— Они хотят загнать нас к обрыву! — догадалась Эрин. — Ветер…!

Девочка закрыла глаза, сосредоточилась. Ветер зашептал, показывая путь: узкий проход между скал, скрытый за нагромождением валунов.

— Вправо! За тот выступ! — крикнула она. — Быстро!

Но было поздно — колюки бросились в атаку. Один из них метнул копьё — оно пролетело в дюйме от плеча Кая. Другой замахнулся топором на Гримли.

— Берегись! — Кай выхватил меч и парировал удар, отшвырнув колюка назад.

Ара взлетел над головами врагов и начал их дразнить:

— Эй, вы, тупые ёжики! — закричал он, хлопая крыльями. — Ничтожные колючки! Вы даже не можете поймать одного попугая! Ха‑ха! У вас ноги кривые, лица страшные, а иголки — ржавые!

— Что?! — взревел вожак колюков. — Взять его!

Несколько колюков, разъярённые насмешками, бросились за Ара. Попугай ловко уворачивался, то снижаясь почти до земли, то взмывая вверх. Он манил их за собой:

— Ну же, кривоногие! Попробуйте поймать меня! У вас слишком короткие лапки!

Он намеренно повёл их в сторону обрыва. Туман здесь был особенно густым, скрывая край пропасти. Один из колюков, самый ретивый, прыгнул вперёд, пытаясь схватить Ара за хвост… и с воплем полетел вниз. За ним, не успев затормозить, последовали ещё двое.

— А‑а‑а! — донеслось из тумана, затем — глухой удар о камни далеко внизу.

Остальные колюки замерли у края, с ужасом глядя вниз.

— Глупцы! — крикнул вожак. — Он нас обманул!

Тем временем Гримли не терял времени даром. Пока Ара отвлекал врагов, гоблин достал из мешка пращу и начал ловко метать камни — один за другим. Каждый бросок был точен: первый камень угодил вожаку в лоб, заставив его пошатнуться, второй сбил с ног колюка с копьём, третий заставил отступить ещё одного противника.

— Вот вам за мои помятые карты! — выкрикивал Гримли, продолжая обстрел.

Пока враги были отвлечены, Кай, Эрин и Гримли прорвались к указанному ветром проходу — узкой расщелине между скал. Колюки бросились следом, но их коренастые фигуры с торчащими иголками не смогли протиснуться в тесный проход. Они застряли, толкаясь и ругаясь друг на друга.

— Назад! Дай пройти! — орал один.

— Ты слишком широкий, Барг! — шипел другой.

— Проклятье! — зарычал вожак, безуспешно пытаясь пролезть первым. — Они ускользнули!

Путники, оказавшись в безопасности по другую сторону расщелины, остановились передохнуть.

— Они застряли! — радостно воскликнул Ара, приземляясь на плечо Эрин. — Кто сказал, что попугаи только для красоты?

— Ты был великолепен, — улыбнулась Эрин.

— И ты, Гримли, — добавил Кай, похлопав гоблина по плечу. — Не знал, что ты так ловко обращаешься с пращой.

— О, у меня много скрытых талантов, — скромно потупился Гримли, пряча пращу. — Особенно когда речь идёт о защите моих карт.

— Пока что да, — хмуро отозвался Кай, осматривая царапину на руке. — Но Пожиратель Ветров не отступится. Это только первая встреча.

Гримли, отдышавшись, развернул карту — она немного помялась, но осталась целой:

— Если идти вдоль этой гряды, можно выйти к перевалу Лунного камня. Там колюки не водятся — слишком высоко для них.

— И слишком низко для меня, — буркнул гоблин. — Но лучше высота, чем эти иголки и топоры.

Эрин оглянулась на расщелину. Колюки всё ещё возились у входа, пытаясь выпутаться из своей же ловушки.

— У нас есть передышка, — сказала она. — Но дальше нужно быть осторожнее. Пожиратель Ветров знает о нас.

Кай положил руку на плечо девочки:

— Значит, будем идти ещё осторожнее. И ещё умнее. Вместе мы справимся.

Ара взлетел над группой:

— Ну что, вперёд к новым блестящим… то есть к новым испытаниям?

— Именно, — улыбнулась Эрин. — И пусть ветер ведёт нас.

Они двинулись дальше, огибая опасные участки, отмеченные на карте Гримли и подсказанные ветром. Туман постепенно рассеивался, открывая путь к перевалу. Солнце пробилось сквозь облака, озарив горные вершины золотистым светом.

Но где‑то далеко, в тёмной пещере у подножия хребта, Пожиратель Ветров открыл свои ледяные глаза. Взгляд его был холоден и беспощаден.

— Сегодня им повезло, — злобно произнёс он глухим, скрежещущим голосом. — Но их конец близок. Никто не уйдёт от моей воли. Ветра будут подчиняться только мне, а память людей — стёртой навсегда.

Глава 6. Вход в Город Зеркал

Тропа, ведущая к Городу Зеркал, была вымощена гладкими чёрными камнями, отражавшими небо так чётко, что казалось, будто путники идут по опрокинутой вселенной. Эрин невольно замедлила шаг: каждый камень под ногами словно шептал что‑то — не словами, а ощущениями, вспышками чужих воспоминаний.

Кай шёл чуть впереди, уверенно ставя ногу на каждый камень. Он был воином — выше среднего роста, с длинными растрёпанными волосами, которые, несмотря на беспорядок, удивительно шли ему. Мужественные черты лица украшал небольшой шрам в форме креста под правым глазом — этот шрам лишь добавлял ему дерзости и суровости, делая облик ещё более запоминающимся. В каждом его движении чувствовалась грация и сила, а пронзительный взгляд зелёных глаз, казалось, проникал в самую душу, выдавая в нём опытного и дерзкого героя.

День Пустоты стёр память девятилетнего Кая. Он очнулся в безлюдной долине, прикованный к скале. Холод сковывал тело, страх — душу, а вокруг — лишь пустота воспоминаний.

Кочевники Гунны, пересекавшие восточные степи, нашли его. Несмотря на суровость нравов, они не бросили мальчика: освободили, отогрели, дали приют. Именно Гунны стали его новой семьёй. Они передали ему свои знания — как читать следы, как предугадать бурю, как выстоять в бою и не сломаться в испытаниях. Кай впитал их кодекс чести: сила служит лишь тогда, когда подкреплена верностью друзьям.

Когда ему исполнилось шестнадцать, началась Северная война. Кай ушёл наёмником на сторону короля Арнира. На полях сражений он проявил себя отважным и расчётливым воином: в битве у Чёрного брода его отряд переломил ход сражения, отбив атаку тяжёлой кавалерии противника. За этот подвиг король лично возвёл его в рыцарское достоинство и пожаловал небольшой надел земли у подножия Синих гор.

Но Кай не остался в своих владениях. Что‑то гнало его вперёд — смутное чувство незавершённости, память о пустоте, которая когда‑то поглотила его прошлое. И вот теперь он шёл рядом с Эрин, Гримли и Ара к Городу Зеркал, надеясь, что испытания помогут ему отыскать ответы на вопросы, терзавшие его душу.

Гримли нервно поправил карту, которую держал обеими руками, и произнёс:

— Не нравится мне это. В легендах говорится, что Город Зеркал испытывает тех, кто хочет войти. Он показывает не то, что есть, а то, что скрыто в сердце.

Кай обернулся к Эрин. Его взгляд на мгновение смягчился, хотя в глубине глаз всё ещё читалась настороженность.

— Ты готова? — спросил он.

Девушка глубоко вздохнула, чувствуя, как ветер шепчет ей на ухо: «Не бойся правды…»