Алексей Ракитин – Дома смерти. Книга V (страница 4)
Письма жениха были приторно-слащавы и полны идиотичного романтизма. Удивительно, но на многих женщин самые банальные, примитивные и даже тупые демагогические приёмы действуют совершенно деморализующе и отключают даже минимальный здравый смысл. Дабы дать представление о присущей Пирсону манере общения с женщинами, приведём короткий, но весьма характерный отрывок одного из его писем, попавших в руки Говарда Джонсона: «Аста, моя дорогая девочка, я хочу, чтобы ты рассказала мне о своей любви, дорогая. Я очень люблю тебя. В тебе я вижу свет и радость впереди. Милая, дорогая, мы встретились — наши фотографии говорят нам обо всём. Нам просто нужно услышать голоса друг друга и почувствовать прикосновение губ и рук друг друга, чтобы всё стало полным».»1
Многие фрагменты писем этого человека были преданы гласности и тайны не составляют. Пирсон писал вычурно, формально и совершенно неискренне, а потому удивляет то, насколько же эффективной оказывалась его ложь. Впрочем, в утренние часы 21 августа начальника полиции интересовали не особенности письменной речи неизвестного мошенника, а фактическая информация, способная помочь идентифицировать его. Такую информацию Джонсон отыскал — из писем Пиросна он выяснил, что Аста Эйчер познакомилась со своим избранником через платное брачное агентство «American Friendship Society», зарегистрированное в городе Детройте, штат Мичиган.
Отложив все прочие дела в долгий ящик, Говард Джонсон засел за письмо окружному прокурору, в юрисдикции которого находился город Детройт, в котором объяснял сущность подозрений, возникших в отношении одного из клиентов брачного агентства, и просил оказать помощь в установлении его личности. Одновременно с этим начальник полиции отправил тому же самому прокурору телеграмму, уведомляя о проводимом в Парк-Ридж расследовании и отправке письма с изложением деталей оного. Также были сделаны телефонные звонки руководству Департамента полиции Детройта с просьбой помочь в сборе по конфиденциальным каналам информации как о таинственном «Корнелиусе Пирсоне», так и брачном агентстве, через которое этот человек познакомился с Астой Эйчер.
Итак, картина получалась следующая. С интервалом в сутки Гарри Той (Harry S. Toy), прокурор округа Уэйн (Wane), в чью зону ответственности входил и город Детройт, получил два сообщения из разных регионов США, в которых фигурировал один и тот же брачный аферист — некий Корнелиус Пирсон — знакомившийся с потенциальными жертвами через брачное агентство «American Friendship Society». В Массачусетсе без вести пропала 49-летняя Дороти Лемке, уехавшая с Пирсоном в неизвестном направлении 28 июля, а в Иллинойсе — вдова Эйчер и трое её детей, которых также увёз Пирсон четырьмя неделями ранее. Что должен был подумать окружной прокурор Гарри Той?
Гарри Той, прокурор округа Уэйн, по странной игре случая получил с интервалом в сутки два сообщения из разных частей страны о преступлениях, которые, возможно, могли быть связаны с одним и тем же брачным агентством. Что в этой ситуации должен был подумать и предпринять прокурор?
Следует признать, что Гарри Той являлся человеком, способным украсить любую правоохранительную структуру. Родившийся в 1892 году он успел поучаствовать в Мировой войне и на полях Франции был трижды ранен, и получил поражение лёгких при газовой атаке немцев. За что, кстати, был удостоен французского ордена. С 1920 года он работал в Мичигане как в ведомстве окружного прокурора, так и практикующим адвокатом [разумеется, не одновременно, Той сначала поступил на госслужбу, а потом уволился]. За время своей не очень долгой жизни — а умер Той в возрасте 63 лет — он успел профессионально позаниматься самыми разнообразными видами правоохранительной деятельности: поработал в прокуратуре, в полиции, в частности, возглавлял полицию Детройта, был практикующим адвокатом и даже побывал судьёй. Биография этого человека очень интересна, и её можно найти даже в «Википедии», хотя представленный там вариант очень и очень неполон. Как бы там ни было, Гарри Той являлся, во-первых, юристом-профессионалом, а во-вторых, человеком действия, не прячущимся за чужие спины.
Помимо «во-первых» и «во-вторых», существовало ещё и в-третьих… Гарри Той хорошо знал брачное агентство «American Friendship Society». В 1923 году он, будучи помощником окружного прокурора, участвовал в расследовании преступной деятельности некого Альберта Плейтера (Albert Plater), который, не имея докторской лицензии, упражнялся в проведении криминальных абортов и оказании иных медицинских услуг. Тогда Плейтер был осуждён, пробыл в тюрьме год, вышел на свободу и… учредил брачное агентство под звучным названием «Дружественное сообщество американцев» («American Friendship Society»). В этом проекте быстрого обогащения он реализовал довольно хитрую бизнес-схему, формально призванную защитить интересы клиентов. Заключалась она в том, что клиенты [как мужчины, так и женщины] имели возможность создавать учётные записи (или аккаунты) разной степени достоверности. Понятно, что чем выше был уровень «достоверности» учётной записи, тем дороже была абонентская плата. Самые надёжные учётные записи подкреплялись нотариально заверенными документами клиентов, что исключало, вернее, теоретически исключало, вероятность мошенничества. Абонентская плата взималась ежемесячно, учётные записи высшей категории надёжности стоили 5$ — поверьте, в реалиях тех лет это была серьёзная сумма, не баран чихнул.
Получив с интервалом в сутки два сообщения о том, что через «Дружественное сообщество американцев» некий мошенник проворачивает свои преступные делишки, возможно, даже убивает людей, окружной прокурор Гарри Той немедленно подключился к делу. И весь последующий сюжетный зигзаг оказался связан именно с этим человеком — его предприимчивостью, энергией и неравнодушием.
Прокурор Той распорядился немедленно доставить Альберта Плейтера в окружную прокуратуру для беседы. Однако оказалось, что последний сделал нужные выводы из собственной прогулки в тюрьму несколькими годами ранее и мудро самоустранился от руководства брачным агентством. Он сообщил прокурору, что дал деньги своей жене на раскрутку бизнеса и, хотя формально записан учредителем «American Friendship Society», никакого участия в работе этой фирмы не принимал и вообще ничего не знает о тамошней кухне. Что ж, задумка была неплоха, муж перевёл стрелки на жену, и пусть теперь та объясняется с прокурором!
В прокуратуру была доставлена Ольга Плейтер, жена Альберта. Женщина, по-видимому, не сразу сориентировалась в ситуации и необдуманно проявила характер, заявив, что ценит приватность клиентов и не сообщит правоохранительным органам их имена и фамилии без судебного приказа. У прокурора Тоя, понятное дело, такого приказа не было, да и получить таковой в той обстановке не представлялось возможным. Ибо уголовное дело не было возбуждено, и сам факт брачного мошенничества ещё требовалось доказать.
Прокурор, однако, не позволил слишком умной дамочке заболтать себя. Он заявил, что клиент «American Friendship Society», подписывающий письма как «Корнелиус Орвин Пирсон», подозревается в похищениях людей и брачных афёрах, а Ольга Плейтер, отказываясь идентифицировать этого человека, выступает в роли его сообщника. Поэтому она либо окажет помощь правосудию и назовёт настоящие имя и фамилию этого человека, а также место его проживания, либо станет соответчицей по настоящему делу после ареста Пирсона.
Дилемма оказалась непростой. Ольга понимала, что сотрудничество с окружной прокуратурой не удастся скрыть от общественности и это подорвёт репутацию агентства, которое, по-видимому, придётся закрыть. Между тем эта фирма приносила очень хорошие деньги, и Плейтеры буквально катались как сыр в масле. Достаточно сказать, что они жили в особняке, чья стоимость превышала 100 тыс.$ — это была очень значительная сумма по тем временам. Терять такую «дойную корову», каковой являлось «Дружественное сообщество американцев», очень не хотелось. Но и в тюрьму не хотелось тоже…
Ольга Плейтер, зиц-председатель брачного агентства «American Friendship Society», могла отправиться в тюрьму по обвинению в соучастии в преступлениях Корнелиуса Пирсона.
Ольга Плейтер заявила прокурору Тою, что записи о клиентской базе зашифрованы — это сделано якобы в качестве меры предосторожности на случай её кражи, а потому быстро восстановить нужную запись невозможно. Дескать, ей надо достать свои записи, просмотреть, отыскать нужный блокнот, расшифровать… На прокурора эта болтовня впечатления не произвела, он заявил, что миссис Плейтер останется в окружной тюрьме до тех пор, пока не сообщит полиции Детройта подлинные данные человека, использовавшего псевдоним «Корнелиус Пирсон». Причём под замком она будет находиться без ордера — это, кстати, в её же интересах! — но если она потребует ордер, то ордер будет оформлен по обвинению в препятствовании отправлению Правосудия.
И президент «Дружественного сообщества американцев» отправилась в окружную тюрьму, а её муж и инициатор всей этой затеи вернулся в свой особняк.
Прокурор делал ставку на то, что хитровывернутая дамочка быстро заскучает среди воровок и проституток и задумается над тем, почему же мир столь суров и несправедлив именно к ней. Ну, в самом деле, муж на свободе, таинственный Корнелиус Пирсон — на свободе, а она — такая милая, беззащитная и щедрая душа! — тянет в одиночестве тюремную лямку из-за этих проклятых мужиков!