Алексей Раевский – Jeszcze Polska nie zginela, kiedy my ziyjemy (страница 14)
Пока в кабинете шло собеседование, определяющее дальнейшую судьбу подпоручника Пресса, в стихийно образовавшейся очереди опять возникло обсуждение вопроса, для чего их всех тут собрали.
— Панове, скоро будет война с большевиками, поэтому нас всех отправят на стажировку к немцам, — авторитетно утверждал какой-то поручник-артиллерист.
— Вы не правы, поручник, — с усмешкой отвечал ему ротмистр, — есть только одно верное объяснение, мы все отправимся на войну в Испании.
— Позвольте, пан ротмистр, позвольте, — не желал сдаваться артиллерист, стараясь удержать славу самого интеллектуального рода войск, — вы, проше пана, забыли о Комитете по невмешательству. Державы не позволят…
— Извините, поручник, но тут вы опять ошибаетесь. Большевикам Державы позволили отправить добровольцев, — иронично усмехаясь, добил оппонента ротмистр.
Янек не успел выслушать продолжение спора, привлекшего внимание большинства ожидающих. Его вызвали в кабинет. Первый же взгляд на обстановку показал поручнику, кто прав в разгоревшемся споре…
— Итак, джентльмены, — в помещении было весьма уютно, особенно после стылой мороси за стенами. Бренди, херес и виски лучших сортов, горящий камин, кубинские сигары и расслаблено сидящие вокруг покерного стола собеседники создавали идиллическую картинку мужской вечеринки. Конечно, если не обращать внимания на должности и титулы собравшихся. — Повторю, поляки решили влезть в испанские события.
— Ну и что, милорд? Что они могут сделать такого, что уже не сделали бы немцы, итальянцы и русские? — Сэмуэль Хор, первый лорд адмиралтейства, скептически улыбнулся.
— Но они помогают испанским республиканцам. Коммунисты, анархисты, безбожники получат от поляков то, что им сейчас больше всего необходимо для создания армии — кадровых офицеров…
— Простите, что перебиваю, но вы преувеличиваете, сэр Эдуард, — вступил в разговор третий собеседник, — Сотня или чуть больше человек погоды не сделает. Зато позволит нам получить рычаги давления на Варшаву. Что ни говори, а налицо нарушение политики невмешательства. При наличии безупречных доказательств, конечно.
— Доказательства есть. Копии подлинных распоряжений по военному министерству, — четвертый собеседник, занятый дегустацией содержимого бокала с бренди, отставил его в сторону. — Только зачем? При публичном рассмотрении этого дела могут всплыть нежелательные подробности о поставках "скорострельного картофеля" из Германии, о итальянских делишках. Нам такой скандал скорее помешает.
— Ну, зачем же так прямолинейно, милорд, — Сэмуэль изобразил кривую улыбку, — я полагаю, наш коллега предлагает совершенно иной образ действий. Но, — предупредив готовую сорваться реплику Галифакса, продолжил Хор, — я считаю, что такой камень за пазухой будет нам полезен. Кроме того, эти действия поляков выгодны в первую очередь нам. Пусть итальянцы с немцами посильнее увязнут в Испании. Тогда они станут сговорчивее.
— Полагаю, сэр Сэмуэль прав, — поддержал первого лорда представитель СИС. — Нами получены любопытные сведения о беседе Риббентропа с Черчиллем.
— Любопытно, — заинтересовался сэр Эдуард Вуд, тут же забыв о готовящемся ответе на предыдущие слова оппонентов.
— Весьма любопытно, джентльмены. Итак, посол объявил, ни больше, ни меньше, чем о предложении их "фюрера" гарантировать целостность нашей Империи. На это сэр Уинстон ответил, что эту задачу несколько столетий с успехом выполняет наш флот, — все присутствующие улыбнулись, отметив тонкий и острый, истинно английский ответ Черчилля. — Но Риббентроп продолжал настаивать, предлагая присовокупить к этому немецкие гарантии. В ответ на это Германия хотела бы получить увеличение жизненного пространства. В территории, необходимые для этого посол включил всю Австрию, Польшу, русские территории так называемых Белоруссии и Украины. Как вам это, господа?
— Джентльмены, полагаю, что данные предложения могут быть основой для всеобъемлющего соглашения с Германией, — с энтузиазмом заметил Галифакс, не обращая внимания на недовольное лицо представителя СИС.
V. A my na tej wojnie, amy swiat [5]
Открытые кафе и рестораны не пустовали, за столиками сидели миловидные девушки с парнями и даже немолодые мужчины и женщины. Слышались веселые мелодии, оттеняемые стонами саксофонов, танцевали пары. А за столами звенели бокалы. Единственным признаком того, что идет война было присутствие за ресторанными столами вооруженных людей — офицеров, рядовых пехотинцев, моряков, танкистов. Но глядя на их веселые лица, не верилось, что неподалеку от Барселоны идут кровопролитные бои. Однако это было только первое впечатление. Чуть дальше Янек увидел кое-как засыпанные воронки и здание с пустыми проемами вместо окон, с щербатыми от следов попаданий пуль и осколков стенами. Война все же не давала забыть о себе.
Осмотревшись, Янек заметил неподалеку, чуть в стороне от набережной, полупустое кафе на десяток столиков под полосатым полотняным тентом. Стоящая рядом со стойкой бочка и батарея бутылок на самой стойке выглядели столь заманчиво, что он невольно почувствовал жажду. Польско-испанский разговорник остался в гостинице, но слово "пить" по-испански Януш уже помнил наизусть. Бойкий буфетчик, что-то неразборчиво тарахтя на испанском и, кажется на французском, ловко налил из бочки густого, темно-красного на вид вина. Проводил неожиданного гостя за пустой столик, и мгновенно, Кос не успел даже поднять бокал, приволок и поставил на стол блюдо с порезанным сыром и еще одно, с дольками апельсина. Что-то проговорив, отошел к стойке, продолжая благожелательно поглядывать в сторону столика, за которым устроился Янек.
Вино оказалось неплохим, правда, на вкус Януша, излишне терпким, но очень хорошо сочетающимся с сыром. Поручник с наслаждением допил стакан и хотел было заказать второй, но в кафе появились трое изрядно запыленных мужчин в когда-то неплохих, а теперь измятых костюмах и, устроившись за соседним столиком, начали что-то громко обсуждать по-русски. Поморщившись, Янек встал, расплатился с тут же подскочившим буфетчиком, и вышел из под тента под солнце.
"Чертовы москали, даже здесь отдохнуть нормально не дадут, — зло подумал он, сдвигая шляпу на затылок, чтобы уберечься от жгучих солнечных лучей. Русская речь снова напомнила о происшествии на немецкой границе. — Как унижал его шляхетское достоинство этот хлоп из погранохраны, а точнее, из немецкой таможни. С каким презрением он глядел на его польский паспорт, пшеклентный шваб. Хотя, какой он шваб, Матка Боска, по его польскому сразу ясно — шлензак (силезец). Только и гонору, что притворяется "истинным арийцем", — Кос едва сдержался, чтоб не выругаться вслух, вспомнив, как таможенник заставил его показать все содержимое чемодана, вплоть до последних подштанников, всему купе. — Нет, ошибся пан Дмовский, заявляя, что с немцами мы можем потерять только тело, а русские отнимут у нас и тело, и душу. На примере это силезца видно, что немцы умеют отнимать душу качественней, чем азиатские варвары…"
— Янек, то ты?! — внезапный окрик заставил Янека забыть о предыдущих размышлениях. Повернувшись, он увидел нагоняющую его пару — Атоса с какой-то девушкой.
— Вот мы тебя и нашли, — подойдя к остановившемуся Косу, Арцишевский радостно полуобнял его. Затем чуть отступил и слегка поклонившись, представил Янека своей спутнице. — Знакомьтесь, пани Анна Мануэл Квинтана. Мой друг — Януш Кос.
— Синьорита, я рад знакомству, — наклонившись, чтобы поцеловать руку, произнес Янек и тут же получил ответ.
— Синьора, пан Кос. А вы говорите по-испански?
— Увы, синьора, кроме этих двух слов знаю еще одно предложение, — усмехнулся Кос. — Арриба лос манос.
Анна звонко рассмеялась.
— Ну, руки я поднимать не буду. И произношение у вас хромает…
— Нам вполне хватит вашего искусного владения испанским, пани, — Атос подхватил руку женщины и изящно поцеловал, вызвав новый приступ смеха.
— При всем моем знании испанского, вынуждена напомнить вам, пан офицер, что ваших военных и технических терминов я не знаю.
— Ничего, научимся. И мы, и вы, — успокоил ее Атос. — Да, а остальных наших ты еще не видел? — повернулся он к Янеку.
— А они тоже здесь? — обрадовался Кос.
— Они еще вчера приехали. Удивительно, что вы не встретились, — Атос подхватил Анну под руку. — Пойдем, они уже должны быть в гостинице. А завтра с утра нас ждет поезд до Арчена.
— А там? — искоса посмотрев на гуляющих вокруг, спросил Янек.
— Там находится танковый учебный центр. Нам должны выделить по учебному взводу, — пояснил Атос. — Но я предлагаю на сегодня забыть о делах. Давайте лучше отдохнем… Нет, ну никогда бы не подумал, что вот такая погода может быть зимой.
— Попробуете сами? — инженер, казалось, был готов пуститься в пляс от радости прямо посреди стрелковых позиций и только воспитание заставляло его сдерживаться. Роман, надо признаться честно, разделял его настроение. Десяток автоматических карабинов опытной партии и два экспериментальных ручных пулемета отстреляли уже по три серии практически без единой задержки. Конечно, впереди эти образцы ждали и более серьезные испытания, чем простой показательный отстрел боекомплекта в присутствии инспекторов от ГАУ и личного порученца генерального инспектора. Но то, что первый этап начинался успешно, не могло не радовать обоих причастных к работе над проектом АКС — автоматического карабина Скрипинского. Причем о том, что он создавался по практически готовым чертежам, знали только сам пан инженер и молодой, но уже посвященный во многие секреты государства капитан — личный порученец генерального инспектора армии и почетный адъютант президента.