Алексей Прокопенко – Граждане небес и Земли (страница 5)

Некоторые евангельские христиане путают протестантов и протестующих, видимо, по созвучию. Почему-то у многих возникает ошибочная ассоциация между Гусом, Лютером, Кальвином и протестами против коррумпированных властей. На самом деле реформаторы выступали против неверного богословия средневековой Церкви, однако не призывали выходить на баррикады против земных властей, сколь коррумпированными бы ни были эти власти в их время.

Любопытно, что Христос и апостолы тоже жили в то время, когда правительства были коррумпированные, а одна страна завоевывала и угнетала другую. Однако они ни разу не выходили на демонстрацию, не устраивали пикетов с плакатами и даже не призывали сменить правительство. Они не призывали ни к смещению царей из династии Иродов, ни к смене правительства в Риме. Они не боролись за отмену монархии и установление Республики или демократии. Они видели совсем другое предназначение Церкви.

Настоящая духовная Церковь не должна рассматривать мирские правительства ни как союзников, ни как врагов. Это не ее дело – бороться за правительства мира или против правительств мира. Церковь должна заниматься своим делом – проповедовать Евангелие для спасения людей. А спасенные люди уже будут изменять общество изнутри. Мы уже цитировали выше слова Христа, который сказал одному человеку: «Предоставь мертвым погребать своих мертвецов, а ты иди, благовествуй Царствие Божие» (Лук. 9:60). И вновь процитирую Мак-Артура:

Даже совершенно справедливые социальные и политические действия могут поглощать много времени, энергии и денег верующего, необходимых для дела Евангелия. Центр его усилий смещается от призвания созидать духовное царство посредством Евангелия к попыткам морализации общества – к стремлению изменить общество извне, а не сердца людей изнутри. Когда церковь политизирована даже ради поддержки справедливых требований, она теряет свою духовную силу и моральное влияние. А когда эти требования поддерживаются мирскими способами и средствами, трагедия неизбежна. Мы должны быть совестью народа через верную проповедь и благочестивую жизнь, используя в качестве орудия не политическое давление, побуждаемое человеческим разумом… а духовную силу Божьего Слова. Достижение поверхностной, мирской «христианской нравственности» при помощи законодательства, судебных решений или запугивания – не наше призвание, и оно не имеет вечной ценности10.

Понимание Евангелия

Наконец, еще один фактор, оказывающий влияние на отношение христиан к властям и политике, – это наше понимание Евангелия. Многие христиане представляют Евангелие как будто бы состоящим из двух плоскостей: вертикальной и горизонтальной. Вертикальная – это восстановление отношений с Богом. А горизонтальная плоскость Евангелия – это восстановление окружающего мира, что может включать в себя восстановление экологии, решение экономических проблем и т.д. И под этой маркой можно протащить, в общем-то, любую политическую деятельность вплоть до борьбы за права сексуальных меньшинств и даже вооруженных восстаний во имя демократии. Мол, свержение коррумпированного правительства – это горизонтальная плоскость Евангелия: мы тем самым делаем общество лучше и достигаем Божьей цели по уменьшению греха в мире. Этот взгляд обычно называют социальным Евангелием. Он получил наиболее сильное развитие в различных формах так называемого политического богословия, зародившихся в Латинской Америке и Соединенных Штатах в 1950–60-х гг., включая богословие освобождения чернокожих, ярким представителем которого был Мартин Лютер Кинг. В богословии освобождения Бог однозначно стоит на стороне угнетаемых и однозначно выступает против угнетателей, то есть не относится ко всем грешникам одинаково. Грешники на одной стороне социальной борьбы – лучше, чем грешники на другой стороне социальной борьбы. Вернее, сторонники такого учения и грех определяют иначе – не как нарушение Божьего морального закона, а как угнетение других людей или участие в таком угнетении. Соответственно, первостепенная задача христиан – бороться на стороне угнетаемых против угнетателей11.

К подобным взглядам обычно тяготеют представители либерального богословия, которые не верят в сверхъестественные доктрины Библии и заменяют их естественными доктринами о полезной деятельности в мире. Социальное Евангелие обычно исповедуют представители феминистского богословия, а также в последнее время – сторонники воук-культуры12.

Однако истинное библейское Евангелие имеет лишь одну плоскость – вертикальную. Это восстановление отношений с Богом. Именно это проповедовали Христос и апостолы. А горизонтальная составляющая приходит как результат изменения человеческих сердец, а не как самостоятельная цель. Поэтому и цель деятельности Церкви заключается не в политических переменах, а в духовных переменах общества. На самом деле неважно, в каком состоянии человек попадет в ад: как пьяница или как непьющий грешник, как вор или как полицейский, как угнетатель или как правозащитник. Люди все идут в ад одинаково, если только не отдадут свое сердце Христу.

Итак, мы должны проверять и учитывать собственные предпосылки, когда размышляем о нашем отношении к власти и политике. Аналогичным образом, когда мы слышим какие-то взгляды других людей на отношение Церкви к государству или участие христиан в политике, нам будет полезно понимать, из каких предпосылок данный человек исходит: культурологически, богословски (вопросы Тысячелетнего царства и предопределения), экклезиологически (вопросы роли и предназначения Церкви) и сотериологически (вопросы понимания Евангелия).

Глава 2. Церковь как сообщество Неба на земле

Самое лучшее определение Церкви, которое я когда-либо встречал, такое: Церковь – это сообщество неба на земле13. Поиск в интернете по фразе «небо на земле» выдает: песню Шевчука, песню группы «Сети», о которой я прежде никогда не слышал, еще несколько песен и фильмов с таким названием. Какой-то сайт выдает толстовку худи с рисунком, который называется «Небо на земле». Есть даже клиника, носящая название «Небо на земле». Это клиника и приют… для животных. Согласно их официальному сайту, миссия этой клиники – «преображать жизнь бездомных кошек, вызволяя их из беды, предоставляя приют и давая новое начало»14. Однако настоящее небо на земле – это Церковь. Послушайте, что говорит Библия в Послании к филиппийцам 3:20:

Наше же жительство – на Небесах, откуда мы ожидаем и Спасителя, Господа нашего Иисуса Христа… (Фил. 3:20).

Церковь обладает небесным гражданством

Слово, которое передано как «жительство» в нашем переводе, – это греческое слово поли́тэума (πολίτευμα), однокоренное слову полите́уомай (πολιτεύομαι), которое означает «быть гражданином, иметь гражданство, вести себя как гражданин»15. Согласно словарям древнегреческого языка, существительное поли́тэума может обозначать группу людей, объединенных общим гражданством16, или само понятие «гражданства»17. Большинство современных переводов на разных языках передают это слово в данном стихе просто как «гражданство»18. К примеру, Кассиан переводит: «А наше гражданство уже теперь на небесах…» Итак, Павел говорит, что у нас паспорт Небесного Царства.

В Послании к евреям Церкви дается такое определение: «Но вы приступили к горе Сиону и ко граду Бога живого, к небесному Иерусалиму и тьмам Ангелов, к торжествующему собору и церкви первенцев, написанных на небесах…» (Евр. 12:22–23). Церковь – это люди, которые «записаны на небесах». То есть у них небесная прописка. Хотя мы сказали, что у нас «паспорт Царства Небесного», в древности люди не носили с собой паспортов. Однако в каждом городе был архив, и там хранились списки людей, родившихся в этом городе. Если требовалось доказать свое гражданство, то просто брали выписку из городского архива. Так вот, наши имена написаны на небесах. Это подтверждает, что мы принадлежим Небесному Царству на законных основаниях19.

Наше гражданство – на Небесах. Причем это не просто второе дополнительное гражданство, которым можно воспользоваться в случае, если что-то не заладилось с первым. Нет, это – наше главное и основное гражданство! Как Бог бесконечно выше земного царя, так и преданность Богу для христианина становится важнее преданности земному правительству. «Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам» (Деян. 5:29). Как Небесное Царство бесконечно превосходит любую земную общность людей или земную организацию, так и гражданство небесное важнее гражданства земного. И как духовное рождение важнее физического, поскольку дает вечную, а не временную жизнь, так и вступление в члены Небесного Царства важнее земного гражданства20. Христос сказал: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня…» (Матф. 10:37). То есть преданность Христу для христианина стоит даже выше, чем преданность своим земным родителям – тем более преданность Христу для христианина стоит выше, чем преданность своей земной Родине. Кто возлюбит свою Родину более, нежели Христа, тот недостоин Христа.

Наше небесное гражданство для нас настолько важнее земного, что на земле мы остаемся «странниками и пришельцами», то есть временными гостями. Апостол Петр говорит: «Возлюбленные! Прошу вас, как пришельцев и странников, удаляться от плотских похотей, восстающих на душу…» (1 Пет. 2:11). Он обращается к своим адресатам как к пришельцам и странникам не просто потому, что они бежали от гонений и рассеялись «в Понте, Галатии, Каппадокии, Асии и Вифинии» (1 Пет. 1:1). Как странники и пришельцы в чужих странах они яснее понимали, что они являются странниками и пришельцами на земле вообще, то есть в любой земной стране. Даже на своей Родине они – странники и пришельцы, ведь их настоящее гражданство – на небесах.