Алексей Поворов – Тринадцатый (СИ) (страница 52)

— И чего вы хотите?

— Ты должен вернуть все на свои места, а Маркус — лишиться бессмертия.

— Как предсказуемо. Хорошо. Но человеческий облик он получит лишь тогда, когда подойдет время. Но и вы не должны оберегать своего любимчика.

— Нет.

— Я не лишу его бессмертия, пока.

— Не усугубляй, ты и так зашел слишком далеко.

— Может, ты расслабишься и все же выпьешь со мной хорошего вина, а то какой-то у тебя вид нездоровый?

— Я лучше пойду, а ты верни все обратно.

— Что было, уже не исправишь, ты знаешь это не хуже меня. Но я постараюсь. Только есть одно «но»…

— Какое?

— Скажи мне, сынок, я могу рассчитывать на Грешника?

— Это твое право.

— Хорошо. Это все, что я хотел услышать. Ведь твои слова — это Его слова. А теперь ступай, я больше не держу тебя.

Человек в белой тоге исчез, а Анатас остался сидеть один за столиком посреди дороги. Он медленно пил вино, глядя на застывшую сцену. Затем встал из-за стола, обошел вокруг разбитой машины, открыл водительскую дверь и посмотрел на окровавленное тело капитана. Анатас медленно протянул к нему руку, но тут же сжал ее в кулак, не успев дотронуться. Он хлопнул дверью, и все вернулось на круги своя.

— А-а-а! — бросив руль, закричал Зверев.

— Ты что творишь?! — схватился за баранку Виктор.

Капитан нажал на тормоз. Машина пошла юзом и остановилась.

— Что случилось?! Ты нас чуть не угробил!

— Не знаю, мне показалось, что мы разбились!

— Ты что, за рулем заснул?

— Вроде нет.

— Ты так больше не пугай. А то я чуть в штаны не наложил.

— Да я и сам.

— Ладно, поехали дальше, только потихонечку.

— Ты точно ничего не почувствовал?

— Да нет, а что я должен был почувствовать?

— Ладно, забудь.

Концерт подходил к концу, за столом сидели Анатас, Ворон и Маркус.

— Милорд, я сделал все, что мог.

— Я знаю, Маркус, знаю. Все было превосходно. Так и должно было случиться.

— Тогда зачем надо было подставлять Маркуса? — удивленно произнес Ворон.

— Нужно было, чтобы они проглотили наживку.

— Но теперь он будет лишен своей силы.

— Он лишился бы ее в любом случае. Готовься, Маркус, час расплаты близок.

— Рад вам служить, Мессир.

— А где наш Грешник?

— Я здесь! — подошел он к остальным в компании двух девушек легкого поведения.

— Нам пора навестить Падшего.

— Но, хозяин, я только что договорился с девчонками оттянуться по полной!

— По-моему, ты здесь уже и так оттянулся. Собирайся, мы уходим.

— Вот так всегда! Ладно, я с вами. А вы пошли отсюда, твари страшные! — прикрикнул он на подруг. — Я себе на кладбище в сто раз лучше накопаю! Башкой думать надо, прежде чем ноги раздвигать перед кем попало, матери хреновы! Времени у меня на вас нет! Эх, жаль!

Было совсем темно, когда фонари Викторовой машины осветили обшарпанный ржавый указатель с названием деревни Радужное.

[1]Евангелие от Матфея, 13:15.

[2]Книга пророка Исаии, 44:22.

Глава XXII

РАДУЖНОЕ

«Нива» остановилась перед поворотом на Радужное. Дорога уходила в темноту. Впрочем, дорогой это назвать было трудно: тракторная колея, да и та засыпана снегом. Зверев вышел из машины, прошел немного вперед, осмотрелся по сторонам и вскоре вернулся.

— Ну, что там? — поинтересовался Виктор.

— Ничего, кроме снега, — заглушил мотор капитан.

— И что ты предлагаешь?

— Пешком пойдем.

— Умней ничего придумать не мог?

— Если хочешь, можем поехать на машине, только я толкать ее по полям не собираюсь. Или у тебя в кармане «К-700» или «Кировец» завалялся?

— Да уж, — вздыхая, недовольно пробормотал Виктор и вылез из автомобиля.

Капитан закрыл дверь, и они побрели к цели, которая находилась в нескольких километрах от дороги.

— Что-то название нифига не соответствует действительности. Какое, к чертям собачим, Радужное? Селище или Вонища — вот подходящее название для этих мест! Периферия гребаная, — буркнул Виктор, утопая по колено в снегу.

— Да, тут ты прав. Радужными эти места точно не назовешь. Как тут люди вообще живут? Газ и нефть продаем всем кому ни попадя, а нормальных дорог как не было, так и нет! Не удивлюсь, если они еще дровами свои дома топят. О каких-то нанотехнологиях речь ведем, а людей нормальным бытом обеспечить не можем.

Через полчаса стоящую в одиночестве «Ниву» осветил свет фар, и рядом с ней припарковалась черная иномарка. Из нее, не спеша, вышли четверо мужчин. Среди них был Носферато. Оглядевшись, он оперся рукой на открытую дверь и произнес:

— Если к этой колымаге кто-то подойдет, убей его. Без раздумий. Остальные за мной, — закрывая машину, и оставляя водителя одного, приказал он.

Все четверо направились в сторону деревушки. Снег падал большими хлопьями, отражая ксеноновый свет дорогой машины. Водитель, приоткрыв тонированное окно автомобиля, медленно курил сигарету. Неожиданно в лучах фар промелькнуло что-то огромное. Это «что-то» было настолько быстрым, что сидящий за рулем человек даже не понял, что произошло. Выкинув окурок, он заглушил мотор, выключил свет и заблокировал двери. Настала тишина, которую нарушал только свист ветра. Водитель сидел и слушал, осматриваясь по сторонам.

Вдруг кто-то аккуратно потянул ручку задней двери. Водитель быстро обернулся, но никого не увидел. И снова настала тишина. Достав пистолет, бандит снял его с предохранителя. Его сердце стучало, словно отбойный молоток, но, собравшись с духом, слуга Носферато медленно, почти бесшумно открыл дверь, вышел на улицу и стал всматриваться в темноту, держа оружие наготове. Приглядевшись получше, он увидел примерно в десяти метрах неестественно огромный, неподвижный силуэт. Несколько секунд они смотрели друг на друга, затем у существа ярким красным светом вспыхнули глаза, и оно направилось к водителю. Через секунду несчастный разглядел огромного получеловека-полуволка, мчащегося к нему на задних лапах. Охранник выстрелил, животное одним прыжком перескочило через него и машину и исчезло в темноте. Не теряя ни секунды, водитель быстро забрался в салон автомобиля и, закрыв двери, принялся заводить иномарку трясущимися от страха руками. Раздался рев мотора, и свет фар осветил впереди то, чего человек боится больше всего на свете. Это была смерть в самой страшной своей форме: перед машиной стоял Лекант. Он пристально смотрел на водителя, скалясь и сжимая лапы в кулаки, рана от выстрела на его плече медленно затягивалась.

Ужасный предсмертный крик разнесся по округе. Капитан и Виктор остановились.

— Что это было? — испуганно произнес Четырин.

— Не знаю. Но это точно не добавляет оптимизма, — оглянулся по сторонам Зверев. — Давай, пошли быстрей, осталось немного.

Впереди уже виднелись огоньки домов. Пробираясь по снегу, они вошли в деревушку. Хотя она и называлась светлым словом, ничего по-настоящему светлого в ней не было. Повсюду стояли разрушенные и заброшенные дома, покосившиеся сараи. Казалось, время остановилось в деревне с окончанием Второй мировой, а доблестные летчики Люфтваффе все здесь разбомбили, перепутав данное место со Сталинградом. Вдалеке Алексей и Виктор увидели сгоревшую церковь с наклонившейся колокольней, которая страшным памятником возвышалась в темноте.