Алексей Поворов – Апокалипсис (страница 73)

— Ты не вернешься. Так всегда бывает. Максимыч обещал меня не бросать — и что из этого вышло? Обещания — это просто слова.

— Ты права, я могу и не вернуться, но я постараюсь, — он стер со щеки Кати покатившуюся слезинку. — Если к утру меня не будет, не жди, убегай.

Он развернулся и пошел к выходу, а Катя еще долго смотрела ему вслед. Раньше она ненавидела его, ненавидела их всех. Теперь, оставшись одна, боялась, что этот парень больше никогда не появится.

Шон достал пистолет, вытащил обойму, проверил и вставил обратно, передернул затвор. Поднял голову к небу, долго тянул прохладный воздух носом с каким-то небывалым удовольствием. Пленник молча наблюдал за ним, гадая, чего ожидать. Самурай подошел и снял оковы.

— Веди, — резко скомандовал он и пихнул его в спину.

Ноги утопали по колено, и это было плохо: быстро не убежишь, да и сражаться трудно. Он приметил сломанную ветку и следы.

— Уже близко, — буркнул пленник.

Сугроб, который Шон поначалу принял за кочку, поднялся. За ним еще один и еще. Люди в маскировочных халатах, укутанные в несколько курток, были похожи на мифических чудовищ. Шон мгновенно схватил пленника, закрылся им, как щитом, и тихо прошипел:

— Это ваши?

— Наши, — со злобной радостью ответил каннибал.

«Чудовищ» оказалось шестеро. Они держали Шона и его пленника под прицелом.

— Дохлый, ты кого притащил?

— Парни, не стреляйте. Этот хрен говорит, что он из Нового Рима.

— А где Старый и Димон?

— Я убил их, — выкрикнул Шон.

— Чего? — группа зашевелилась.

— Мне нужно поговорить с Боровом.

— Да пошел ты! Мы с тебя сейчас шкуру спустим.

— Эй, эй! Парни, не кипятитесь! — Дохлый поднял руки, успокаивая дружков.

— Я сказал, мне нужен Боров. Дайте с ним поговорить, потом делайте что хотите.

— Да чего его слушать?

— Я — главный разведчик Черного легиона. Мой непосредственный командир — генерал Луций. Меня зовут Самурай. Мне нужно поговорить с Боровом. Это все, о чем я прошу.

— Да врет он все. Весь легион стоит лагерем, а генерала...

— А ну, заткнулись! Заткнулись, я сказал! Захлопнули свои поганые рты! Живо! — скомандовал старший и опустил оружие. — Хорошо, будет тебе Боров. Отпусти нашего.

Шон медлил, но других вариантов он не находил.

— Отпускай, я сказал, а то могу и передумать.

— Хорошо, — Самурай убрал пистолет.

— Ну что, сука, выкусил? — пленник поспешно развернулся и попытался ударить, но Шон мгновенно увернулся и контратаковал.

Дохлый упал в снег. Старший группы заржал, его ребята тоже. Дохлый еле поднялся, сплюнул на снег зубы и кровь. Старший не спеша подошел ближе, с презрением ухватил Дохлого всей пятерней за разбитую рожу и отпихнул в сторону.

— Оружие отдай и пойдем.

Самураю пришлось разоружиться. Пистолет отдал без колебаний, с мечом долго не мог расстаться.

— Давай, — старший протянул руку и получил катану. — Вот и молодец. Теперь пойдем. Хочешь пообщаться с нашим боссом? Пообщаешься.

Глава 45 СПАСАЙТЕСЬ, ПРИШЕЛ МЕССИЯ!

Бес перевернул тело ногой. Солдат в гвардейской форме лежал в луже собственной крови. Голова, откинутая вбок, держалась только на позвоночнике, желтоватая трахея безобразно выступала наружу, кожа опустилась, оголив мясо. Начальник гвардии осмотрел мертвеца с выражением безмятежности, склонился и вытер о труп свой кинжал. Законник с интересом следил за кровавым пятном на полу, которое расползалось все больше и больше. Его внимание переключилось на Татьяну. Девушка стояла отвернувшись ото всех и смотрела в окно. Создавалось впечатление, что она где-то далеко, так далеко, что все произошедшее вовсе ее не касается.

— Прошу прощения, госпожа. Но вы так можете остаться без верных людей, если будете пускать кровь всем, кто не смог выполнить приказ. Замечу, даже генерал Луций не проливал столько крови, сколько пролили вы за последнее время, — начал Законник.

Ее каблуки зацокали по полу. Татьяна перешагнула через мертвеца, пройдя по красной луже.

— А что мне делать с теми, кто не исполняет моих приказов?

— И все же нужно иногда миловать, а не только казнить.

Законник достал было сигарету, но Татьяна выбила ее из руки:

— Ты понимаешь, что происходит? Я попросила избавиться от девчонки и этого узкоглазого. Итог? Они улизнули. Я послала за ними погоню. Итог? Они улизнули. — Она обернулась и, указав на труп, посмотрела на Беса. — Ты должен был быть на этом месте. За неисполнение моих приказов должен кто-то отвечать. Или я не права?

— Вы правы во всем.

— Где твои люди, милейший Законник? Они славно ведут войну против Князя?

— Нет. Они отступили.

— Так кто в этом виноват? Те, кого ты назначил командовать, или ты сам?

— Я отправлюсь туда и разберусь.

— Прекрасно, — она царственно разместилась на своем троне и улыбнулась, как ни в чем не бывало. — Я хочу построить новый мир, но мне все ставят палки в колеса. Я разве о многом прошу? Разве вы не хотите жить в гармонии и мире? В новом мире? — она развела руки в стороны и вопросительно посмотрела на присутствующих. — Но я не могу этого сделать, пока ходят слухи о каком-то там мессии, который хочет нас с вами уничтожить. И я хочу заметить, он приближается к своей цели. Раньше мы были великим Новым Римом. Услышав одно лишь наше имя, все бежали прочь или вставали на колени. А теперь? Что происходит теперь? Ярослав обзавелся этим лживым ублюдком, и мы никак не можем сломить их. У нас есть армия, оружие, еда, наконец.

— У нас нет веры, — тихо добавил Законник.

— Что? Что ты сказал?

— У них вера есть. У них есть за что умирать, — он перевел взгляд на лежавший в луже собственной крови труп. — У нас, к сожалению, сейчас нет ни Александра, ни «Огненных братьев». Сергей неровня Луцию. Как бы вы ни лю... Как бы вы ни рассчитывали на него.

— Я не понимаю, на чьей ты стороне, Законник? — она встала со своего места. — Ты предал Александра, теперь хочешь предать меня?

— Мы все тут предатели и поэтому еще живы. Я говорил правду в глаза великому учителю, говорил правду генералу, говорю правду и вам.

— У вас должна быть вера в меня. Этого что, мало?

— У нас есть вера в вас, но у солдат...

— И что ты мне предлагаешь? Поехать в легион и сражаться вместе с ними?

— Это отличная идея. Сражаться вам не надо, а вот присутствовать... У Князя есть мессия. Пусть и наши воины лицезрят свою богиню. Прибудь вы туда, — он ухмыльнулся, — люди бы с большей радостью стали отдавать жизнь за ваши мечты.

Он достал сигарету и немного помедлил. Татьяна улыбнулась и разрешающе кивнула. Законник закурил.

— Бес, подготовь гвардию. Оставь тут только треть солдат для охраны. Боги должны встретиться. Мы едем воевать.

Шона впихнули в двери особняка. Большой дом, в котором раньше жили, по всей видимости, зажиточные люди. Просторный холл на первом этаже, закрытые ставни, полопавшаяся штукатурка на стенах, сверху лохмотьями свисало то, что осталось от натяжного потолка, плешинами на полу кое-где виднелся вспученный паркет. Главарь каннибалов качался на чудом уцелевшем кресле-качалке. Перед ним находилась пластиковая ванночка, в которой раньше купали маленьких детей. Теперь она на четверть была наполнена багровой жидкостью, забрызгавшей все вокруг. По обе стороны от толстяка лежали трупы. Еще в одежде. По всей видимости, их убили несколько минут назад. Сколько было мертвецов, сразу и не определишь. Впрочем, Шон не очень-то и хотел их считать.

— Вот, тебя видеть хотел, — доложил сопровождавший Борову. — Двоих наших положил.

— Эту тварь замочить нужно! Я его сам выпотрошу! — заорал бывший пленник Самурая и кинулся на него, но его отпихнули.

— Заткнись, Дохлый. Хлебало лучше утри.

Боров сложил толстые пальцы на пупке, раскачиваясь взад и вперед. Его заплывшие жиром глаза изучали человека, который осмелился убить его людей да еще набрался наглости прийти к нему. Он лениво поднял руку и нехотя взмахнул ею. В тот же момент с Шона содрали капюшон и пихнули в спину.

— А я тебя знаю, — с появившейся на лице улыбкой сказал Боров. Его многочисленные подбородки вздрогнули. — Я как-то видел тебя с генералом. Ха. Теперь у меня только один вопрос. Зачем ты убил моих людей?

— Они напали, я защищался, — спокойно ответил Шон.

— Защищался. Сейчас это не оправдание. Сейчас защищаются все, — Боров прижал свою пухлую ладонь к глазам.