Алексей Поворов – Апокалипсис (страница 63)

— Я слушаю.

— Мы помогли Борову взять точку. После этого направились к Законнику. Действовали по установленному плану. Но началась метель. Говорят, — солдат понизил голос и пристально посмотрел на Луция, — это он ее вызвал.

— Кто он?

— Мессия. Пророк, пришедший спасти мир и установить новый порядок на земле... Они напали из пурги, неожиданно. Со всех сторон нас обложили, словно выросли из-под снега. Мы еле успели окопаться и встать в оборону.

— Не неси чушь! — генерал схватил его за грудки. — Что ты тут сказки рассказываешь? Какой мессия?

— Я говорю правду. Клянусь. Этот парень словно, мать его, демон. Они нас там потрепали не на шутку.

— Мой офицер как с вами оказался? — отталкивая от себя наемника, прокричал Луций.

— Вы же сами его послали найти нас. Мы в окружении были. Говорю же, что нам помощь нужна, а вы тут меня допрашиваете. Сергей, когда от Борова выдвинулся, наткнулся на людей Князя, пробился с боем к нам, и мы вместе заняли оборону. Если вы не поможете, они там всех положат. И так времени много прошло, пока я к вам сюда добрался.

— Сколько их?

— Я не знаю. Много. Больше, чем нас. Мы взяли одного в плен, раненым. Он сказал, что часть пойдет на ваш лагерь, часть нападет на Борова.

— Как же ты прошел сквозь них?

— Я был в группе из пятнадцати человек. Больше никто не выжил! — солдат ударил по столу кулаком. — Вы все еще не верите мне? Какого черта?! Мы в союзе с «Огненными братьями», вы обязаны нам помочь!

— «Огненные братья» остались в Новом Риме. А я вам ничем не обязан. Единственное, почему я пойду на риск, так это потому, что там мой офицер, — рявкнул генерал, потом выдержал паузу и спросил: — Какой шлем у Сергея?

— Красный, как у всех ваших офицеров.

— Что за рисунок на нем?

— Череп на затылке. Что за дурацкие вопросы?

— Влад!

— Да, генерал.

— Останешься тут. Я поведу людей сам. Посмотрим, что там за мессия. Всех в боевую готовность. Примете удар, если он будет. Сами в бой не лезьте. Просто сдержите атаку и ждите меня.

— Может, лучше мне пойти?

— Нет, Влад, я хочу сам посмотреть, что там такое. Если этот мессия бросил мне вызов, я его приму. Эй, ты, — крикнул он посыльному, — со мной поедешь.

Выехали из лагеря на трех машинах. Наемник указывал дорогу. Генерал стоял на кузове рядом с пулеметчиком. Через три часа прибыли.

— Туда, — солдат, посмотрев на компас, указал в сторону деревьев, проглядывающих сквозь пургу.

— Что-то слишком тихо, — прищурился генерал.

— Может, всех положили?

Через пару сот метров показался грузовик, очень напоминающий тот, на котором уехал Сергей. Рядом лежали тела нескольких солдат, запорошенные снегом.

— Я же говорю, всех положили. — Солдат спрыгнул с кузова и побежал вперед.

— Стой! Стой, твою мать! Куда?! — заорал генерал.

— Они здесь! Они здесь! — внезапно закричал наемник и упал в снег.

Из грузовика заработал пулемет. Лежавшие в снегу трупы повскакивали и открыли огонь на поражение. Свинец крошил автомобиль генерала. Луций чудом среагировал и соскочил на землю. Легионеры пытались выбраться из машин. Справа и слева из-под снега поднимались люди и расстреливали их. Раненые орали, живые открывали ответный огонь. Из пурги прилетела граната и подорвала одну из машин вместе с солдатами. Живые факелы разбегались в стороны, падали в снег и катались.

— Отходим! Отходим! — командовал Луций, пытаясь перекричать шум боя.

Солдаты Черного легиона перегруппировались и слаженно отошли, неся большие потери. Позади, словно призрак, появился Сергей со своими бойцами, двигавшимися цепью. Увидев его, Луций улыбнулся.

— Наконец-то! Чего так долго? Прикрой нас.

Сергей поднял руку, то ли приветствуя командира, то ли отдавая приказ солдатам.

— Прикрой нас, пока мы отойдем! — проорал генерал.

Рука офицера в красном шлеме резко опустилась, а его люди открыли огонь по отступающим к ним солдатам. Подорвалась еще одна машина. Наемники Виталия сжимали кольцо. Сергей вскинул автомат и, прицелившись, нажал на курок. Черный ствол АК рванул вверх и вправо, выпуская очередь раскаленного свинца. Грудь Луция обожгло, а тело отбросило назад. Генерал упал навзничь. Дышать стало тяжело, внутри что-то хлюпало и булькало. Раньше он такого не испытывал. Рука судорожно искала на поясе меч, но сил обнажить его уже не было. В ушах — выстрелы и стоны, взрывы, а потом — тишина.

Хлопья снега падали на лицо генерала. Он ловил воздух ртом отрывисто и судорожно. Кровь подступила к горлу. Над головой показалось очертание Сергея. Он поднял стекло шлема, смотря на лежащего командира сверху вниз. Теперь генерал отчетливо видел лицо предателя. Сомнений не осталось.

Через лежащее тело Луция переступил Виталий:

— Нужно добить раненых. Никто не должен знать, что тут произошло.

— Пусть твои люди этим займутся и обставят все так, будто это сделали бойцы Князя.

— Не вопрос. — Главарь наемников перевел взгляд на умирающего. — А ты говорил, его убить нельзя.

— Он еще не мертв.

— Так за чем дело стало? — Виталий вынул нож-бабочку и протянул его Сергею. — Ну, надеюсь, я с тобой не прогадал.

— Я же сказал, что займешь мое место.

— Тогда режь поросеночка.

Генерал медленно хлопал глазами, перед которыми все плыло и мутнело.

— Они боялись тебя, да и сейчас боятся, — девушка с большими карими глазами опустила полотенце в воду и приложила к ранам. Стало прохладно.

— Ты ушла, потому что тоже боялась меня? — бормотал генерал, но его никто не слышал. Губы только подергивались.

— Да, — робко ответила она. — Ты стал другим.

— Меня сделали таким.

— Нет, тебя только подтолкнули к этому, а все остальное ты сделал сам, Луций. Когда я тебя встретила, в твоих глазах был огонь. Когда я уходила, твои глаза были мертвы. Ты сделал свой выбор. У каждого есть выбор. Тебя все время водили за нос. А теперь ты будешь свободен. Оставь этот мир.

— Я не могу. Хочу к тебе, но не могу. Что-то держит.

— Не что-то, а кто-то, — она улыбнулась, мутный облик прояснился.

— Ты не Татьяна. А она не ты.

Сергей склонился над телом, и эти слова он разобрал отчетливо.

— О чем ты, генерал?

— Она не моя Мария.

— Кончай его. Пора уходить.

Сергей схватил Луция за подбородок, подтянул к себе, оголяя шею, и резким движением перерезал сонную артерию. Генерал вздрогнул. Алая кровь фонтаном вырвалась из раны. Луций еще подергивал ногами, сгибая и разгибая их в коленях. Рука судорожно искала рукоять меча. Сергей не без опаски наблюдал, как жизнь покидает его командира, которого он раньше считал богом. Теперь богом будет он, а богиней та, ради кого он это сделал. Тело в последний раз дернулось и застыло. Генерал умер. Да здравствует генерал!

Александр раскрыл рот, из которого шла кровавая пена, его зрачки закатились под веки, тело забилось в конвульсиях. Трясущейся рукой он обхватил шею, словно зажимая невидимую рану. Сил больше не осталось, ни на Тринадцатого, ни на самого себя. Александр исчерпал все свои жизненные ресурсы и теперь лишь хрипел, сидя на своем троне в своей комнате, ставшей для него склепом, и ожидая приближения неизбежного.

Татьяна плавными движениями резала мясо и аккуратно складывала кусочки в большую миску из нержавеющей стали. Лезвие скользило по красным волокнам. Лицо девушки на секунду искривилось, и она, отложив нож, быстро поднесла большой палец ко рту. Неприятные ощущения сменились улыбкой, когда она оторвала от губ свой пальчик. Кровь тоненькой струйкой текла из раны. Она смотрела на порез, словно завороженная. Рана не затягивалась на глазах, как раньше, палец немного подергивало. Давно забытые ощущения. В голове пронеслось только одно: неужели все? Неужели больше не нужно бояться, что Луций поймет, кто она? Неужели теперь она сможет вздохнуть спокойно, спать спокойно и не играть в навязанную Александром игру?

Она подошла к клетке с тремя питбулями. Еще вчера Татьяна перевела своих питомцев к себе. Они, виляя хвостами и становясь на задние лапы, поскуливали от радости и преданно смотрели на хозяйку.

— Знаешь, почему я люблю собак?

— Они не предают своего хозяина, — Законник сидел за столом и курил сигарету.

— Именно, — она обернулась к собеседнику, смотря на лежащую перед ним книгу.