Алексей Поворов – Апокалипсис (страница 16)

Я никак не пойму, чем я хуже собаки?

Может быть, потому, что не лезу я в драки?

Может быть, потому, что не глажусь по холке?

На поверку во мне лишь сплошные иголки.

Я никак не пойму, чем я хуже собаки?

Может быть, потому, что скитаюсь во мраке?

Может быть, моя жизнь вам не так уж понятна?

Может быть, потому, что слегка я измятый?

Мне не надо от вас ни цветов, ни оваций.

Я полжизни прошел, научился кусаться,

Могу спать у двери и костями питаться.

Мне не надо от вас дополнительных танцев.

Я свой век доживу, как бы вы ни хотели,

И свой стих допишу на обыденном теле,

И скажу только вам, хотя вам непонятно,

Я ведь жил только миг, остальное невнятно.

Чудак на букву М. 8.12.20...

Подпись заставила Марса усмехнуться. Год затерт, не разберешь.

— «Я ведь жил только миг, остальное невнятно», — Марс тихо произнес последнюю строчку вслух и отправился дальше.

Зашел в большое помещение. Много каркасов стульев и столов: сиденья и столешницы наверняка ушли на топливо. Отгороженное пространство с дверью и проемом для выдачи пищи. Обычная столовая. Зашел на кухню поискать что-либо пригодное. Нашел алюминиевую ложку, засунул в карман. Мятые поварешки, кастрюли. Все, что можно было забрать, уже забрали. Посмотрел под столами, наткнулся на ржавый кухонный нож. Деревянная ручка от сырости и времени уже почти сгнила, да и сам клинок был изрядно поеден коррозией.

— Ну, лучше, чем ничего, — одобрительно кивнул Марс, обтирая нож о свою штанину. — Подчистить, сделать ручку, и будет как новенький.

Он попробовал его на излом — нож изогнулся, но выпрямился обратно. Марс засунул его за голенище ботинка. Обойдя все вокруг, так толком ничего и не нашел, правда набрал в одном кабинете несколько кусочков мела. Зашел в спортзал и оторопел: тренажеры, гири, гантели, две штанги, четыре боксерские груши. Железо блестело, не ржавое — тут явно кто-то занимался. Попятился, взвел курок на обрезе, почувствовал, что кто-то на него смотрит, резко обернулся. В конце коридора, опершись руками о дверной косяк, стоял человек под два метра ростом, занимал весь проем. Марс направил обрез в его сторону.

— Я бы не стал делать резких движений или необдуманных поступков, — спокойно предупредил здоровяк и медленно полез в карман.

— Эй! Не вздумай! — крикнул ему Марс. Палец коснулся спускового крючка.

— Спокойно. Ты какой-то нервный.

Здоровяк, словно в замедленной съемке, вытащил из кармана пачку сигарет и зажигалку, достал одну сигарету прямо зубами, чиркнул зажигалкой и втянул в себя дым. Выдохнул сизое облако и будто невзначай кивнул головой в сторону.

— Ты бы в окно глянул, — произнес незнакомец и снова затянулся.

Марс отклонился назад, поворачивая голову. Его лицо чуть высунулось из-за угла. Увидел человек десять: у двоих ружья, один даже с калашом, остальные с топорами, копьями, вилами, молотками. Все разношерстно одеты, стояли в кучке и болтали.

— Круто, — снова перевел взгляд на незнакомца Марс.

— А то! — Здоровяк сделал затяжку и выдохнул дым. Он ногой выдвинул из-за стены рюкзак и узел с едой, которые Марс спрятал в доме. — Твое?

Марс снова выглянул — кучка стояла на месте.

— Да, мое. Чего ты хочешь?

— Для начала просто поговорить.

— Хм. Ты обокрал меня и хочешь еще, чтобы я с тобой разговаривал?

— Ну, во-первых, я не крал. Это твои вещи, и ты вправе их забрать. Но ты пришел в мой город, и я хочу знать, кто ты. Если ты нормальный человек...

— Нормальный человек?! Сейчас что, остались такие? Нормальные?

— Не везде. Но в моем городе, точнее сказать, на моей половине нормальные все, а те, кто решили жить как скот, они и подыхают как скот. Так что я хочу понять, кто ты, парень.

— Просто путник.

— Путник? Путники обычно ведут себя скромнее. А тут, знаешь, два трупа нарисовалось за сутки.

— Ты следил за мной?

— Конечно. Это моя территория.

— Те двое были твои люди?

— Слава богу, нет. А то бы я с тобой так мило не беседовал. Я же сказал, что в моих рядах скотов нет. Тебе повезло, что ты не зашел с другой стороны города. Там бы тебя прирезали, пока ты спал. И уж тем более не отдали бы тебе твои припасы. Кстати, спасибо за парня.

— За какого?

— Сам знаешь. Это мой человек. Я думал, что он уже не жилец. Его группу вырезали недавно.

— Ясно. Ладно. — Марс выдержал паузу, оценивая незнакомца. — Какие гарантии?

— Гарантии? — Тот покачал головой. — Никаких гарантий, так как я не знаю, кто ты, а ты не знаешь, кто я. Я располагаю только тем, что мне рассказали, и пытаюсь в это поверить. Единственное, что я могу тебе пообещать, так это то, что ты можешь взять это, — он двинул ногой вещи вперед. — Да, и можешь оставить оружие при себе. Но если начнешь чудить или, не дай бог, кто-то узнает в тебе какого-нибудь гада, я тебя убью. Можешь отдохнуть у нас. Можешь уйти, когда захочешь. Тебя никто не держит. Считай это благодарностью за моего парня.

— Слишком хорошо звучит, чтобы в это поверить.

— Согласен. Дьявол, которого ты знаешь, гораздо лучше дьявола, которого ты не знаешь. Но тебе придется пройти с нами, я не позволю чужаку самовольно расхаживать по моей территории.

Марс снова выглянул в окно, мужики стояли там же.

— Я так понимаю, выбор у меня невелик?

Незнакомец только ухмыльнулся, бросил окурок на пол и растер его ногой.

— Понятно. — Марс опустил обрез.

— Вот и прекрасно. Жду тебя на улице.

Марс какое-то время постоял на месте, поднял вещи и вышел наружу. Его сразу окружили, разглядывая, как некую диковинку.

— Ну что? — здоровяк подошел к нему. — Пойдем. Да не бойся. Хотели бы убить — давно бы убили.

— Многие пытались, — закидывая рюкзак за плечи, тихо пробурчал Марс и зашагал с людьми.

Шли по разбитой дороге длинной цепочкой, не спеша, молча осматриваясь по сторонам. Вскоре вышли на мост, по которому была проложена железная дорога. Ржавые рельсы, длинные, бесконечные, уходили вдаль за горизонт. Внизу ручейком текла река, маленькая, тощая, того и гляди загнется, как и все живое на этой планете. Табличка на мосту прострелена в нескольких местах, но еще можно прочитать название — «р. Битюг». С левой стороны зловеще возвышалась труба какого-то завода. Чуть правее — большое, в несколько этажей, здание, стекла выбиты, окна заделаны досками. Вся эта территория была ограждена бетонными плитами, в одной из которых виднелся пролом. Подошли к нему.

— Осторожней, — Марсу указали на еле заметную проволоку перед проходом.

Растяжку и впрямь не было видно. Все аккуратно переступили через нее, двое последних остались снаружи. Марс поднял голову и заметил движение на крыше.

— Наши глаза, — усмехнулся здоровяк, видя, как он посмотрел наверх.

— Неплохо устроились.

— Пришлось все налаживать с нуля.

Это была территория старого сахарного завода. Здание, к которому привели Марса, когда-то занимал один из цехов. Высокие железные балки, метров по десять каждая, впивались в землю. Наверх можно было попасть по стальной лестнице. Территория вокруг была очищена от кустарника и мусора метров на двести. Рядом с убежищем стопками лежали бетонные плиты, игравшие роль укреплений. Между ними можно было легко передвигаться, оставаясь незамеченным. Как оказалось, все здесь было напичкано ловушками, и пройти можно было только по специальным тропам. Когда поднимались, Марс заметил еще людей по периметру.

— Ты хорошо ориентируешься на незнакомой местности, смотришь именно туда, куда нужно, — раздался голос здоровяка, который поднимался за ним.