Алексей Полилов – Бенефис Сохатого (страница 4)
Это там, в лесу, когда Нива приняла на себя дробный стук картечи, его обдало волной жара, адреналин бросил тело в режим берсерка, и он, мыча от ярости, выскочил из остановившейся машины в темноту ночи, стараясь поймать в прицеле неясный и быстро удаляющийся контур уазика, мелькающий в свете фар. Но стрелять не стал, удержал палец на скобе усилием воли. Сумел сдержать себя от рефлексов и вернуться к рассудительному поведению.
Оценил всё сразу, расчётливо разложив по полочкам – у него в стволе дробь, никакого эффекта от такого выстрела не будет. Значит и нечего тратить заряд. Уаз уже далеко, номер он не рассмотрел (был закрыт чем-то), кто в него стрелял тоже непонятно: скрывающий формы балахон и маска, разве что роста много выше среднего. Ну и чего сейчас махать кулаками, после драки?
Сообщать обо всём начальству или в полицию не стал, надо сначала самому разобраться. Поэтому позвонил зятю, у которого имелся дружок на
Собственно повреждения были не ахти какие – радиатор под замену, бачок омывателя, одна фара да лобовое стекло. Ну и дыры в корпусе залатать. Всё вполне по силам финансово и физически. Сам управится. Зятю и его дружку накрепко наказал держать язык за зубами, объяснив повреждения тем, что сам нечаянно выстрелил по машине, запнувшись о кочку. Незачем всем знать о таком казусе. Молодёжь позубоскалила над неуклюжестью старшего, да и забыла про это.
Он же первым делом начал не с ремонта, а с осмотра места происшествия. Следующим утром, закрыв Ниву в гараж, он вернулся в лес. Прошёл по следам «буханки», начиная от места их встречи и до пруда, на берегу которого быстро обнаружил прикопаные останки разделанного лося. Там снял размеры с отпечатков обуви, в изобилии наличествующих на влажной почве, и присоединил лист бумаги с обрисованным контуром сапог к ранее найденым предметам – в пластиковом пакете уже лежали два пыжа-обтюратора 12-го калибра, поднятые ещё ночью рядом с Нивой.
Топтались тут двое. 45 и 39 размеры обуви соответственно. Рисунок подошвы обычный, от большого кирзового сапога и маленьких ботов, образца «прощай молодость». Никаких особенных привязок нет, кроме одного – лилипутский размерчик у второго. Второго потому, что стрелял в него явно не он, а обладатель более крупных сапогов. Стало быть, рулил буханкой тот, что помельче. Место добычи и разделки зверя было аккуратно прибранным. Если бы не профессиональный глаз Тимура, то никто бы и внимания не обратил на оставленные следы: подъехал уазик к берегу, да и уехал. Может на рыбалку приезжали?
Может. Поэтому решил пройти по следу автомашины дальше, в направлении заезда (выездной след его изначально интересовал мало, и так понятно, что он будет путанным и в ложном направлении). Через пару километров вышел на место стоянки: в земле чётко просматривались более вдавленные отметины от колёс, где уазик стоял некоторое время. Между этим местом и прудом, где был отстрелян лось, следы от сапог почти не просматривались. Всего в трёх местах он смог разглядеть отпечатки каблуков. Причём след в след. Их обладатели старательно шагали по твёрдому или там, где следы были незаметны, но всё же наследили. Вывод прост – шли от машины к засидке, потом обратно за ней. Прошёл по следу колёс ещё дальше, не меньше пяти километров, и вышел к месту, где уазик останавливался, а его пассажиры уходили в лес. Тут его озадачило несоответствие следов обуви, словно в машине находились уже четверо. Присмотревшись внимательнее понял в чём дело: отпечатки были тех же двух размеров, просто от разных подошв. Будто вышли из машины в городской обувке, а вернулись уже в сапогах. Затейники.
Поразмышлял некоторое время, и пришёл к выводу – где-то тут у них тайник. Там они и переоделись. А может и не только одежда у них тут припрятана. Начал изучать следы более внимательно, понимая, что хорошо замаскированный тайник обнаружить без собаки или металлоискателя практически невозможно. А эти разбойники ещё те, наверняка люди опытные и битые.
На осмотр местности ушло больше часа, однако результата не было – тайник был оборудован качественно. Кроме всего, Тимур не собирался оставлять тут свои следы, свидетельствующие о его интересе, поэтому делал всё аккуратно: больше смотрел, осторожно пробуя грунт и траву заострённой палкой. Не рыть же землю или дёрн, сразу будет ясно, что искали. Нужен-то, по большому счёту, не сам схрон, а его хозяева. Значит, сделаем по другому…
Ничей
– Ты чего оперов вызвал без моего ведома?
Тембр голоса в динамиках телефона и сама тональность общения не предвещали ничего хорошего для абонента, ответившего на звонок начальства. В соответствии с общепринятыми концепциями развития сюжетных линий, далее должно было воспоследовать ответное оправдательное лепетание. Но не в случае с Сахой. У него на подобные вызовы имелся врождённый иммунитет. Поэтому начальству с ним всегда было не просто.
– Не быкуй, Баян, – Тимур представил себе вытянувшееся от удивления лицо председателя охотобщества и усмехнулся. – Тут убийство, однако. Уголовное дело. Ты у нас кто? Начальник уголовки?
– Ну, Саха… Ладно, потом поговорим.
Тимур хмыкнул и убрал телефон в карман. «Баяном» шефа в глаза называли исключительно приближённые. Он в это число не входил, чем и сбил агрессивный напор начальства. «
В чужую работу Тимур не вмешивался. Молча наблюдал за действиями служителей закона и отвечал на вопросы следователя. Всего раз подошёл ближе, когда лосиную шкуру развернули, потроха стянули в сторону и всё это проверили металлоискателем. Увиденного ему было вполне достаточно.
Это криминалисту были интересны размеры и форма клинка, которым разделывали тушу, рисунок и глубина отпечатков протектора шин и обуви. Ну ещё размер входного отверстия от выстрела, по которому можно предположить калибр оружия. Кстати, выстрел пришёлся в шею. Тимур же оценил другое: хирургическую аккуратность, с которой был освежёван зверь. Ни единого лишнего надреза на шкуре, ни грамма содержимого желудка на всём и чисто обработанные суставы голяшек. И всё без топора, только ножом. Головы лося, кстати, нигде не было. Всё это говорило о сноровке и опыте. Не дилетанты в него стреляли там, на дороге, вот что. А значит, люди хорошо его знающие. Дальше пусть полиция работает по своим планам, а он займётся своими.
Тут послышался звук мотора приближающегося транспорта, и к берегу подкатил джип, из которого вальяжно выпростался тучный человек в камуфляжном наряде. Вот и начальство прибыло.
Солидно, по хозяйски, прошагав к эпицентру событий человек сунул руку поочерёдно всем присутствующим, словно являл милость каждому. Только старшему группы пожал, как равному. А Тимуру просто кивнул.
Переговорив вполголоса со следователем и участковым человек, наконец, изволил подойти к егерю.
– Ну, что скажешь?
Тимур спокойно выдержал недоброжелательный, давящий взгляд, с прищуром осмотрел пруд и указал направление:
– Там и там были номера. В быка стреляли с этой стороны, на выходе с водопоя. В сумерках уже. Я слышал выстрел, не успел доехать. Утром проверил, и вот, обнаружил.
Председатель охотобщества, Багун Александр Янович, тяжело вздохнул, чуть качнув головой. Председательствовал он второй год, сменив на этой вроде бы незавидной должности ушедшего на покой предшественника. Сам он тоже был пенсионером, но военным. Свои командные управленческие привычки изживать не спешил. Постепенно обзаводился собственной командой и окружением, плавно переводя управление охотничьих угодий из общественного в единоличное. Но в специфике ведения охотхозяйства был не силён, поэтому терпел вредного егеря, доставшегося ему по наследству от Правления общества, считаясь с его опытом и стажем.
– Откуда знаешь, что это бык? Головы же нет, – Багун покосился Тимура.
– Глянь туда. Видишь копыта? У коровы они другой формы, поуже и острее. А ещё у быка есть яйца и вон та штуковина…
Полицейские и понятые негромко засмеялись, а Баян стал быстро багроветь шеей, не оценив шутки.
– Ладно, это не важно. Ты вчера почему сети на протоке не проверял? Я же сказал тебе, где быть.
Тимур кивнул следователю, подзывающего его жестом подписать протокол: сейчас, мол. И сказал тихо, чуть наклонившись к председателю:
– Это важно. Тут пара самок осталась без быка, значит теперь уйдут искать самца в другое место. Те сети ставят все кому не лень, пусть у рыбнадзора об этом голова болит. А в лес с оружием пойдёт не каждый, и лося не каждый может взять. Вот таких и надо вылавливать. Припомни лучше, кому ты говорил, что я сети проверять буду?
Багун косо посмотрел на собеседника, через небольшую паузу бросил:
– Да много кто это слышал, людей вокруг было полно, пятница же.