Алексей Пинчук – Панацея (страница 59)

— В чем? — хмуро уточнил я.

— Я. Не. Ребенок, — скривившись, медленно произнесла напарница. — Ты тоже неправ.

— Пошли отсюда, — предложил я. — Мы спалились…

— Ты тоже неправ! — упрямо повторила девочка и даже ногой притопнула от возмущения.

— Хочешь быть взрослой — веди себя как взрослая! И перестань меня доставать, я и так уже на взводе. И ты это прекрасно видишь.

— Хорошо, буду доставать кого-нибудь другого… — вздохнула Маша и, протянув ладошку, уточнила: — Мир?

— Мир…

— Но в следующий раз… — начала было девочка, но, наткнувшись на мой взгляд, быстро сменила тему. — Тогда пойдем и отпразднуем примирение мороженым? Хотя да, что-то я туплю, кто-то же там представление устроил…

— Ты чем-то недовольна?

— Все, все, молчу… Пойдем вон на лавочке посидим. Изобрази, что в телефон втыкаешь, а я опять в невидимость.

— Что втыкаю? — не понял я, а потом, сообразив, кивнул.

На самом деле стратегия Маши вполне понятна. Я вижу зараженных, а вот они меня вычислить не могут, в их представлении я обычный человек. Логика в этом есть. Нужно только не пропустить того, кто будет светиться как зараженный, а дальше уже делом займется напарница, уж в чем-чем, а в слежке ей равных нет.

Так оно и вышло, уже через час в кафе зашла молодая женщина, чья аура светилась, а еще через половину часа она отправилась дальше по своим делам, а за ней и Маша. Я же отправился на парковку ждать звонка с адресом, куда нужно будет подъехать. С девочкой мы договорились, что без меня она допрос не начнет.

Вообще, пока ждали, я подробно расспросил про очередную преступницу, но выяснила Маша не так уж и много. Только то, что перевертыш предпочитает личины молодых женщин, а вычислила ее Маша, после того как преступница украла из магазина пакет с едой. Замаскировалась под одну из работниц и спокойно ушла. Так-то по нашим временам это мелочь, но Маше стало интересно, и она решила проследить за женщиной. И совершенно случайно стала свидетельницей еще двух краж. В тот же день были злодейски похищены кожаные туфли на шпильке и платье, не сильно дорогое, но и не самое дешевое.

На мой вопрос, зачем ей все-таки это нужно, мы же не полиция и воровство предотвращать или тем более наказывать за это не должны, Маша отвечать не захотела, отговорилась простым любопытством. Вот только глазки в сторону отвела, а значит, врет.

Проследить до дома тогда ей помешал звонок отца, но обедала и ужинала девушка именно в этом кафе, и Маша была почти уверена, что и сегодня будет так же. Так оно и вышло.

Ждать звонка от напарницы пришлось довольно долго, настолько, что я завел мотоцикл и бесцельно покатался по городу. Уж больно сегодня примелькался в том районе. Хорошо еще, что снятая мной квартира была на противоположном конце города, а то пришлось бы ходить потом и оглядываться. Но, как видно, и воровка придерживалась таких же взглядов и не пакостила там, где живет. Во всяком случае, ехать мне пришлось далековато…

Подойдя к квартире, адрес которой был указан в сообщении, я поозирался, но Машу так и не увидел. Тогда, проверив пистолет, просто позвонил в звонок и стал ждать.

Как ни странно, дверь мне открыла напарница.

— Проходите, — девочка посторонилась, пропуская меня, и, дождавшись, когда я войду, закрыла дверь на замок.

А потом обернулась, уткнувшись лбом в ствол пистолета.

— Где Маша?

— Не стреляйте, это же я! — она явно испугалась, даже губы задрожали, и это еще больше убедило меня том, что передо мной перевертыш.

— Слушай, а какого цвета у тебя глаза? — задал я простой и одновременно сложный вопрос, взведя курок.

— Кар… Зеленые?

— Садись, два, неправильно, — криво усмехнулся я, чуть надавив на пистолет.

— Блин, голубые! — Рядом со мной прямо из воздуха появилась еще одна Маша с недовольным выражением. — Кажется, это будет сложнее, чем я думала… Филин, убери, пожалуйста, пистолет, она не опасна…

С сомнением посмотрев на двух абсолютно одинаковых девочек, я неохотно убрал оружие и, пройдя в комнату, сел в кресло.

— Рассказывайте. Что здесь происходит вообще?

— Как ты узнал, что это не я? — задала встречный вопрос Маша, усаживаясь напротив.

Ее копия, подумав несколько секунд, тоже села, только уже на кровать. И притихла.

— Как-как… — проворчал я. — Она, похоже, в отличие от тебя, воспитанная. Ты ко мне ни разу на «вы» не обратилась, даже в день знакомства. Так что ты все-таки задумала? Выкладывай!

— Хочу с ней поменяться, — призналась наконец Маша.

— В смысле?

— В смысле ей семья, мне свобода.

— Какой-то это неравноценный обмен, — удивился я. — А ты? Согласна жить чужой жизнью?

Перевертыш слегка съежилась под моим взглядом, но уверенно кивнула.

— А как же твоя семья?

— А она сирота, — пояснила Маша. — Из детдома сбежала, как только способность получила.

— Где ты взяла кристалл, я полагаю, можно не спрашивать? — задал я риторический вопрос.

Нет, и действительно, где малолетняя воровка могла взять такую дорогую вещь? Девочка опять кивнула, а я задумался. На самом деле сейчас моей юной напарнице кажется, что сделка выгодная, и она получает свободу, вот только и я, и ее двойник прекрасно понимаем, что она теряет. Но смогу ли я ей это объяснить? Едва ли…

— И что, вы реально думаете, что сможете обмануть отца? Вы даже меня обмануть не смогли!

— Ну, мы же не успели потренироваться… — отмахнулась Маша. — К тому же с ним я общаюсь намного меньше, чем с тобой. Его постоянно нет дома, а когда есть, то он занят. А так каждый получит то, что ему нужно. Он — послушную и примерную дочь, она — родителей, которых у нее никогда не было, а я смогу выполнять свой долг и не оглядываться ни на кого.

— Долг… — скривился я.

Ну какой долг у ребенка? Взрослые вон от своих обязанностей бегут без оглядки, чуть что, сразу в кусты, а тут малолетка себе в голову невесть что вбила, и ведь попробуй переубеди…

— Мы справимся. Недельку я побуду рядом с ней в невидимости, а потом она и сама справится, вот увидишь.

— А потом? — тяжело вздохнул я. — Когда все закончится, что вы будете делать потом? Она же не котенок, чтобы ее вышвырнуть на улицу?

— Ну какое потом, о чем ты? — с жалостью посмотрела на меня девочка со взрослыми глазами. — Ты же понимаешь, что никакого потом для нас не будет? Это все никогда не закончится. Сейчас мы с тобой охотимся на подонков, и каждый день нас могут убить. И даже если у нас все получится, мы выживем, нам уже самим придется бегать от мстителей. От всех тех, кто захочет нам отомстить. И от тех, кто видит в нас тех же кровавых подонков. И от тех, кому мы помогли, потому что всем не угодишь и они тоже будут недовольны. Это никогда не закончится, ты понимаешь?

Некоторое время в квартире стояла напряженная тишина, а потом я вздохнул и, поднявшись на ноги, направился к выходу из квартиры. Уже в дверях еще раз обернулся и упрямо возразил напарнице:

— Закончится. Так или иначе, но я это закончу, вот увидишь. Иначе и незачем было начинать.

А уже на улице продолжил, только на этот раз мысленно: «А все, кто мне попытаются помешать, пожалеют…»

Глава 12

Свобода — все! Или ничего!

Дмитрий, несмотря на мои опасения, нашел информацию по похитителям Виктории достаточно быстро, просто подключив к этому своих коллег. И хотя сведения были чисто косвенными и не могли служить не то чтобы доказательством, но даже основанием для уголовного дела, нам их вполне хватало. Мы все же сами полукриминальные элементы, что с нас взять?

Так что уже через несколько дней отец Маши вызвал меня в парк, где и выдал всю имеющуюся информацию.

— Беседовал я с супругой пропавшего профессора… — поздоровавшись, начал рассказывать Дмитрий. — И что-то она не произвела впечатления испуганной. Такое ощущение, что она в курсе того, что происходит…

— Вот же урод! Как знал, когда на Вику ругался… Незачем было с ним связываться!

— В общем, расклад такой, — продолжил речь полицейский, приняв у меня стаканчик с горячим кофе. — У этого профессора есть брат, который в молодости промышлял криминалом, как раз в девяностых. Ничего такого, мелкая шестерка, но денег скопил и связей набрал достаточно, чтобы вовремя спрыгнуть и, как говорится, переобуться на бегу, когда в стране начали наводить порядок.

— И сейчас он бизнесмен? — Я выделил интонацией последнее слово, брезгливо скривившись. — Я правильно понял?

— Угу, — кивнул Дмитрий. — Именно. Торговля, какие-то мелкие местные замуты… Нет, если копнуть, то найдется еще много всего, только пока никому он не интересен, вот и на свободе. Ну и делится с кем надо вовремя, как я понял.

— И ты решил, что это его рук дело? Почему? Или что-то нарыл все-таки?

— Да последили мы немного за его домом… — задумчиво проговорил полицейский. — И что-то много у него там сейчас малоимущих пасется…

— В смысле? — не понял я.

— А… — махнул рукой Дмитрий. — Это мы с товарищами так определенную категорию населения называем, не обращай внимания. Машин много у него сейчас припарковано, исключительно понтовых марок. Не иначе, собрались для чего-то ребята.

— Старые подельники собрались для нового дела? — понимающе кивнул я, а потом все же уточнил: — А почему малоимущие-то?