Алексей Пинчук – Панацея (страница 54)

— Обязательно, — кивнул я и вернулся на кухню советоваться с напарницей.

Я, конечно, не полиция, которая начинает работать только после того, как тебя убили, но в то же время что делать с человеком, который еще только задумывает преступление, хоть убей — не понимал. И если бы вся эта история не касалась детей, вообще дергаться бы не стал, а так…

— А что тут думать-то? — с ходу приняла мои сомнения в штыки Маша. — Пристрелить ублюдка, и все!

— За что? — поморщился я. — За мысли и намерения?

— Да!

— Ну, знаешь!

— Знаю! А если такой урод на меня бы напал? Нет, ладно, я бы ему сразу все всмятку разбила, ну а если на одноклассницу? Или вообще на первоклашку какую?

— Может, ему действительно проклятие устроить? — задумался я.

— Это как? — не поняла Маша. — Ты что, и так умеешь?

— Нет, зато знаю того, кто умеет! — ухмыльнулся я. — Кто может сделать так, чтобы у него все падало, билось и ничего не получалось? Собрался пельменей сварить, а там полкило соли, жрать невозможно. Поставил чайник, а в нем вода вся исчезла. Пошел по лестнице, споткнулся, упал. Вариантов — вагон!

— Это ты на меня намекаешь? — Маша задумалась ненадолго, и ее лицо осветила шкодливая улыбка. — А что, делать нам сегодня нечего, это будет забавно! Значит, я, невидимая, проникаю в его квартиру и устраиваю день невезения, а Антон во сне ему разъясняет, что это проклятие за нечистые помыслы, так?

— Именно! — кивнул я. — И одним исправившимся мудаком в мире станет больше. И без крови!

— Опять на тебя напал приступ миролюбия? — хмыкнула Маша. — Серьезно?

— Да блин… Вот не поверишь, — признался я. — Так надоело, сил нет. Хочется по-доброму решить, а то уже скоро рефлекс выработается, чуть что, сразу пулю в лоб.

— Ну, может, оно и неплохо…

— Может. Вот только когда желание пристрелить кого-то появляется в магазине или на дороге, то это уже симптом, ты не находишь?

В ответ Маша только пожала плечами и отправилась собираться. Я же вздохнул и последовал ее примеру. А уже через час мы с девочкой припарковали свой мотоцикл в одном квартале от нужного нам адреса.

— Ну что, дальше я сама. — Маша сняла шлем и, проверив пистолет, сунула его в карман курточки. — Как там Карлсон говорил про курощение?

— Угу… — покачал головой я. — С тобой пойду, хватит, один раз уже отпустил одну.

— Да ну, что со мной будет?

— Напомнить, как ты в прошлый раз чуть не умерла? — укоризненно посмотрел я на девочку. — Меня там и так чуть кондратий не хватил!

— Переживал?

— Нет, блин! — рыкнул я. — Радовался! С тобой пойду, в подъезде посижу, послушаю. Если что, подстрахую.

— Да там дел-то, как два пальца об асфальт! — самодовольно отмахнулась Маша, но, наткнувшись взглядом на мою хмурую рожу, сдалась. — Ладно, ладно! Хочется тебе часами попусту бездельничать, спорить не буду. В телефон тупить будешь?

— Наверное, — пожал плечами я. — Кстати, телефон выключи! А то опять…

— На беззвучный поставила, — заверила девочка. — Я два раза на одни и те же грабли не наступаю!

— Ну да, ну да… — вздохнул я и, поставив мотоцикл на сигнализацию, зашагал в сторону нужного дома. — Идем, он уже скоро с работы должен вернуться, пропустим, придется мучиться, пытаясь незаметно в квартиру тебя запихнуть.

Впрочем, переживал я, как выяснилось, зря, и жертва будущего курощения явилась домой примерно в то время, которое указал в досье Антон. И даже замешкался в распахнутых дверях, собирая продукты, рассыпавшиеся из пакета прямо на пороге. Вот в чём-чём, а в умении организовать незаметное проникновение в квартиру Маше действительно равных не было. Ну а что, никого же не видно, пакет сам порвался, правильно?

Сам же начинающий преступник у меня в памяти не задержался. Уверен, встреть его на улице — и не узнаю. Разве что по противному, липкому взгляду бегающих глаз? А в остальном обычный мужик лет тридцати. Даже и не скажешь, что мудак.

Следующие несколько часов я сидел на подоконнике между лестничными пролетами, стараясь не попадаться на глаза местным жителям, благо все они предпочитали пользоваться лифтом, а не лестницей. Нет, поначалу я бегал и прислушивался сквозь дверь к тому, что происходит в квартире, но потом махнул рукой и перестал рисковать. Кто его знает, вот так попадется в одной из квартир на площадке бдительная пенсионерка и вызовет полицию. У меня-то невидимости нет. Но судя по звукам, которые я слышал в первый час, Маша отрывалась сполна. Во всяком случае, вопль, который с лихвой заглушил звук душа из квартиры, говорил именно об этом. Видимо, девочка регулировала температуру воды, пока ее жертва принимала душ. Надеюсь, хоть в туалете она ничего не придумала? Хотя, если разобраться, то раз проклятие, то проклятие по полной, чтобы неповадно было!

Но как же медленно тянулось время! Горло уже саднило от выкуренных сигарет, а на телефоне практически кончился заряд, когда все мероприятие подошло к концу, причем прекратилось оно совсем не так, как я ожидал…

— Филин, срочно дуй сюда, ты нужен! — услышал я голос Алексея, приняв вызов завибрировавшего телефона.

— Сюда — это куда? — не понял я. — Что стряслось?

— К университету! Вика пропала…

Собственно, больше разговаривать было не о чем, да и не было у меня в тот момент цензурных слов. Аж затрясло от злости, если честно! Вот говорил же, нельзя в это чужих людей вовлекать, спалимся!

Злой как собака, я молча позвонил в квартиру, где работала над проклятием Маша, и, дождавшись, когда откроется дверь, впечатал кулак в живот будущего преступника. После чего, отодвинув скрючившегося мужика в сторону, позвал девочку.

— Выходи, нам пора!

— Чего это, я же только начала! — возмутилась вышедшая из невидимости Маша. — Ты все испортил!

— Некогда, у нас проблемы, — отрезал я и, быстро достав пистолет, выстрелил в колено хозяину квартиры. А потом под крик раненого быстро пошел к лифту. — Все, не до шуток, игры кончились.

Спустя еще пару секунд раздался еще один выстрел и вопли оборвались. А затем меня догнала Маша, убирающая на ходу пистолет.

— Не, ну а что? — округлила глаза она, стоило только на нее посмотреть. — Все равно по-хорошему не получилось!

— Хрен с ним… — поморщился я и шагнул в открывшийся лифт. — У нас ничего по-хорошему не получается, все через задницу…

— Это точно… — легко согласилась Маша. — И что у нас на этот раз пошло не так?

— Виктория пропала, — буркнул в ответ я.

— Круто! — кивнула она, обрадовавшись непонятно чему. — А я говорила этой наглой тетке! Вот теперь будет знать, дура старая!

— Что ты говорила, и что она должна знать? — со вздохом уточнил я.

— О том, что надо слушать умных и опытных людей, а не обзывать малолетней писюхой!

— Ладно, пошли уж, умная и опытная… — покачал головой я.

Впереди предстояло много работы.

Глава 9

…я иду искать!

Ночной город откровенно радовал своей пустотой, и даже редкие машины, быстро исчезающие в лабиринтах улиц, не портили общую картину. Да и мотоцикл я затрофеил отличный, тихий. Что странно, обычно любители дорогих понтов портят глушители так, чтобы все оборачивались на рев мотора и любовались таким замечательным владельцем дорогого транспорта. Но конкретно с этим мотоциклом мне повезло, и до нужного места мы добирались тихо, не привлекая ненужного внимания. Впрочем, толку от этого не было от слова совсем, только время потеряли.

Во всяком случае, когда мы подъехали к нужному корпусу университета, нас встретил явно расстроенный Алексей, который на вопрос о целительнице только развел руками.

— Нет ее, — хмуро поведал не справившийся со своей задачей сопровождающий. — Ни ее, ни бумаг, ничего… И Марченко тоже нет. Причем через главный вход никто не выходил, и охранник вообще ни о чем не в курсе.

— Про охранника — это точно? — не поверил я. — Ты хорошо спрашивал?

— Хорошо я спрашивал! — скривился Алексей. — Не так, как ты подумал, но хорошо. Корочки свои засветил, камеры на входе проверил… Там тоже пусто. Стрельбы и шума не было. Знаешь, такое ощущение, что…

— Что нас кинули? — мрачно продолжил я. — Может, и так, только кто? Этот профессор решил поживиться за счет открытия или Виктория и сама в деле? Хотя, если бы она, нас бы уже паковали в наручники. Или в мешки. Черные… На других входах камеры есть?

— Макеты. По документам есть, по факту только одна имитация. Мы можем проверить камеры наблюдения окружающих магазинов, но это только утром.

— А до утра что предлагаешь делать?

— Спать, — пожал плечами Алексей. — Это вы днем спите, а я с этой беготней уже неделю даже по шесть часов в сутки не набираю.

— Спать… — покачал головой я. — Слушай, а могли нашу Викторию вырубить и вынести из здания так, чтобы никто не заметил?

— Да легко! — согласился Алексей. — Охранник сидит на входе, а в самом здании роту можно спрятать. Да и лаборатория в подвале, там отдельный вход есть. Во двор выходит.

— Значит, если она без сознания, Антон может ее найти, — решил ухватиться за соломинку я. — Тогда погнали на квартиру!

— Хорошо, — кивнул Алексей. — Только пожрать куплю что-нибудь, есть хочу, сил нет.

— Ну это ты сам, ждать не будем.