Алексей Пинчук – Панацея (страница 53)

— Замерзнешь… — с сомнением посмотрев на мою рубашку, протянула девочка, но куртку все-таки взяла и надела, утонув в ней. За курткой последовал и шлем, который она тоже не хотела брать, но, наткнувшись на мой взгляд, молча взяла.

— Прямо Филипок или его сестра… — усмехнулся я, убирая оружие и кобуру в седельную сумку. — Все, погнали!

— Кстати, знаешь что? — заявила вдруг Маша. — Говно твой план! Опять…

Глава 8

Когда не везет…

Следующая неделя пролетела быстро и незаметно, насыщенная делами и заботами. Причем у каждого из нас эти дела были свои. Нет, с одной стороны, все делали общее дело вроде бы… Но по отдельности, каждый сам по себе. Например, целительница сутками пропадала в университете, разрабатывая со своим бывшим преподавателем вакцину, и в квартире появлялась только глубокой ночью, да и то не каждый день. То же самое касалось и Алексея, который по своей инициативе взялся ее страховать, а потому большую часть времени торчал где-то рядом с университетской лабораторией. Как-то на днях я имел неосторожность спросить, почему все делается так долго… И был послан далеко и надолго с пожеланиями не лезть в дела, в которых ничего не понимаю. Виктория так и сказала: иди, мол, убивай мудаков, а делами, где нужен интеллект, позволь заниматься умным людям.

В этот момент, кстати, Маша порадовала.

— Ой! — девочка картинно округлила глаза и прикрыла рот ладонью. — А папа говорил, что убивать людей нельзя! Даже если очень хочется… Я вас с ним обязательно познакомлю, ладно? И вы его переубедите, ага?

После чего Виктория, прошипев что-то невразумительное, быстро собралась и ретировалась заниматься своими высокоинтеллектуальными заботами, а мы с Машей отправились отдыхать после трудов менее интеллектуальных.

В общем-то так все и повелось, что Алексей с Викторией работали днем, а вся остальная часть команды — ночью.

Как правило, сноходец за ночь находил нам очередных особо наглых зараженных, решивших, что, получив способности, они ухватили бога за бороду. Обычно такие люди вели себя крайне нагло и агрессивно, и на совести их был как минимум один труп ни в чем не виноватого человека. Вот с такими-то мы с Машей и отправлялись разбираться ночами, причем крайне редко заставая их дома. Они либо отправлялись на промысел грабить и убивать, либо тусовались в каком-либо клубе.

Ну а мы, как неоднократно заявляла Маша, приносили в этот город справедливость, прекращая деятельность преступников со сверхспособностями. Окончательно прекращая, ставя жирную точку в их жизни. Свинцовую, девятимиллиметровую точку… А рядом с трупом преступника оставляли еще одно изобретение Маши — папку с подробным описанием их преступлений.

Вообще, девочка всерьез продумала свою супергеройскую деятельность, и лишь вмешательство ее отца не позволило ей воплотить задумку в жизнь. Сейчас же, когда она оказалась предоставлена сама себе, Маша, что называется, отрывалась по полной.

Сноходец ворчал, ругался, но, проснувшись, прилежно садился за компьютер и старательно набирал длинные простыни текста, расписывая, что, когда и где натворил будущий труп. Потом распечатанные листы упаковывались в папку и использовались нами.

Впрочем, помимо преступников, сноходец находил для нас и совершенно другой тип зараженных, тех, что продолжали жить обычной жизнью и от полученных способностей были совершенно не в восторге. Их данные парень заносил в отдельную папочку, которая ждала своего часа до тех пор, пока не будет создано лекарство.

В итоге довольная девочка играла в супергероя, а я злился, бесился, но чистил последствия своей торговли кристаллами, ну и копил эти самые кристаллы для работы. И не только для работы, если честно. Все же, если повезет, у нас будет и мирная жизнь, и чтобы ее продлить, другой способ я не знал.

— Ты чего там? — за завтраком, который у нас был в то время, в которое нормальные люди уже садятся ужинать, поинтересовался я у Маши, уткнувшейся в телефон. — Ешь давай, тебе расти надо!

— Да погоди ты… — пробормотала девочка. — Я вспомнить пытаюсь, где этого хмыря видела.

— Которого? — уже с интересом уточнил я. — В последнее время мы с тобой никого, кроме хмырей, не видим. Там, где мы с тобой лазим по ночам, интеллигентные люди не ходят. Да и спят они в это время обычно…

— На, глянь. — Маша толкнула ко мне телефон по столу. — В школьном чате выложили.

Я поднял аппарат и увидел стандартную ориентировку с фотороботом и описанием в стиле «их разыскивает милиция». И да, что-то знакомое в черно-белом фото присутствовало, но качество фотографии оставляло желать лучшего, а потому конкретнее сказать было сложно. При желании под эту ориентировку каждый третий житель дома подойдет. О чем я напарнице и сказал.

— А с каких пор в школьном чате такое выкладывают? — уточнил я, отдавая аппарат обратно.

— Так там же написано, пристает к детям, пытается заманить в машину! — возмутилась девочка. — И это в нашем районе, представляешь?

— Понятно…

— Что понятно-то? — разозлилась Маша. — Нужно это немедленно прекратить!

— Нужно, — кивнул я. — Ну а как? Как мы его искать будем? По этой картинке?

— Нет, но у нас же есть возможность найти в этом городе кого угодно! Попросим Антона, он и поищет.

— Какого еще Антона? — не понял я, а потом сообразил, кого Маша имеет в виду, и мне стало стыдно, поскольку за несколько недель знакомства я так и не спросил сноходца, как его зовут. Бешусь, когда меня по прозвищу называют, а сам… — Все, понял… Так в чем проблема?

— Ну, может, ты ему скажешь? — замялась девочка. — А то он меня всерьез не воспринимает.

— Странно, правда? — усмехнулся я, с сомнением глядя на сегодняшний завтрак. — Кто его на днях сонным задротом обозвал?

— А он меня, между прочим, малолетней психопаткой навал! — тут же наябедничала Маша.

— Ну, как по мне, то оба правы, — покачал я головой, отодвигая от себя тарелку с сомнительной кашей и твердо решив обойтись на сей раз кофе с сигаретой.

Если подумать, то это идеальный завтрак, вот только желудок со мной вряд ли согласится, и уже через час начнет ныть. Ну да ладно, в дороге куплю в киоске какую-нибудь гадость и в себя закину…

— Ах так! — возмутилась девочка. — А ты сам-то!

— А где я неправ? — удивился я. — Ну согласись, что подросток с комплексом супергероя — это несколько ненормально? Да еще и девочка, которая вместо того, чтобы с подружками сплетничать о каком-нибудь смазливом однокласснике, бегает по городу с пистолетом.

— Кто-то же должен! — надулась Маша. — Если взрослые боятся… Сидят в сети и друг с другом болтают, как все плохо.

— Ладно, пойду Артема озадачу, — не стал спорить я. — Может, и найдет что-нибудь…

И, что удивительно, нашлось…

— Садись, я сейчас. — Как только я рассказал про проблему сноходцу, он сразу же оживился и свернул какую-то игру на компьютере. — Где-то тут у меня он был…

— Кто? — не понял я.

— Ну этот ваш не то педофил, не то киднепер… Или как там называются те, кто похищают людей для выкупа?

— Погоди, что он делает?

— Да в том-то и дело, что ничего он пока не делает! — поморщился Антон. — Пока только планирует и пару раз пытался школьниц в машину заманить, только у него ничего не получилось… Ну я ему подкинул парочку кошмаров о том, как он попадается и что с ним делают в тюрьме, но как-то не особо помогло, если честно. Как раз хотел посоветоваться, что с ним делать.

— А как ты его нашел вообще? Я сам только что узнал об этом уроде.

— А у меня их целая коллекция, правда, такой только один, остальные попроще, ворье… — отмахнулся сноходец. — Мудаки, они же тоже сны видят. А поскольку большинство из них эмоционально нестабильны, то их сны как раз самые яркие и интересные.

— В смысле психи, что ли? — не понял я.

— Да нет, все проще, — терпеливо пояснил Антон. — Они испытывают яркие эмоции. Ну не все, но большинство. Кто-то боится, что его поймают, кто-то получает удовольствие и радуется, как он ловко всех надул… По-разному. Бывает, сопрет такой мудак во дворе утеплитель у строителей и трясется, что за ним придут. И жалеет — сам-то этот утеплитель стоит копейки, но вот лежал он, взгляд притягивал… А кто-то просто походя возьмет и забудет. А потом ходит два дня и жалеет, что машину не подогнал, можно было больше стащить.

— Надо же, какие душевные люди! — ухмыльнулся я. — Переживают… Ну эти-то мне как раз неинтересны, простые крысы. А вот будущий не то маньяк, не то похититель… И что с ним делать, раз самого преступления пока нет?

— А я-то откуда знаю? — пожал плечами Антон. — Вот, нашел! Вот его адрес, соцсети, телефон. А дальше уж как-нибудь сами. Я к нему вчера во сне в виде бабки приходил, ну знаешь, все эти ведуньи, колдуньи, Ванги… Так вот, пообещал ему, что прокляну, если не одумается, мол, удачи не будет. Но видишь, это только сон, мог бы во сне руку сломать, сломал бы… Уж больно он меня бесит.

— Ладно, подумаем… — Я взял листок с данными потенциального преступника. — Для нас сегодня так ничего и не появилось?

— Да не, тут по зараженным слух прошел, что на них кто-то охоту объявил, и они сейчас из города потихоньку тикают…

— Это как так? — возмутился я. — Блин, отлавливай их потом по деревням и дачам… Ладно, спасибо.

— Да не за что, расскажешь потом, что с тем уродом придумали.