Алексей Пинчук – Панацея (страница 51)

— Угу… — покачал головой я, проигнорировав наглое замечание девочки.

Мои проблемы, значит… Как будто не она мне сама навязалась, да так, что хрен отобьешься. Впрочем, в глубине души я был рад такому повороту. Да, рисковать ребенком — аморально и мерзко, но с ней все получалось намного легче и проще, чем в одиночку, а уж сберечь ее я постараюсь. И вовсе не потому, что… Просто привязался, наверное. Как к другу. При этом понимаю, что меня, скорее всего, вовсю используют в своих целях. Вот даже прямо сейчас.

— Что угу? — в нетерпении переспросила Маша. — Поехали! Зачистим гнездо этих тварей!

— В смысле? Предлагаешь опять ворваться со стрельбой и все такое?

— Филин, не тупи! — возмутилась девочка. — Они наркоту детям толкают! И что с ними церемониться? Может, еще предложишь купить у них то, что вам нужно? У тебя же дети есть, да?

— Есть, — кивнул я, уже понимая, к чему клонит маленькая убийца.

— Ну вот! А представь, что твоих детей на эту гадость подсадят?

— Мои дети сейчас далеко, — уже сдаваясь, пробормотал я. — Но мысль я понял, ты в чем-то права.

— Да во всем я права! — хмыкнула Маша. — А вот ты становишься трусом!

— Не, мелкая, на слабо меня даже не пытайся взять, — покачал головой я и зашагал к машине. — Ладно, поехали.

— А что тогда, если не трусость? — уточнила Маша, запрыгивая в салон.

— Задолбался уже убивать… — ответил я полуправду, сильно сомневаясь, что девочка поймет.

Да, в чем-то она права, и страх действительно был. Страх оскотиниться окончательно, стать хуже тех, с кем воюю. Стать тем, кем меня считает та же Виктория, человеком, которому легче всего решить все проблемы с помощью убийства.

— Ну кому-то же надо это делать? — с детской непосредственностью заявила Маша. — Полиция их не трогает, видимо, откупаются, а может, и вправду не может. Я у отца спрашивала, ну так, намеками, он только вздохнул и отмахнулся. Говорит, что там не все так просто. А как по мне, то все проще некуда. Виноват — получи наказание!

— Ну, так-то да… — протянул я, выезжая со двора.

А потом задумался, как объяснить свои мысли девочке, для которой весь мир четко поделен на черное и белое. Нет, если поразмышлять, то правильно поделен… И, наверное, я ей в какой-то степени завидовал. Может быть, так и нужно? Есть цель, ее надо достичь, выполнить свою работу без сомнений и моральных терзаний. Вот только…

— Куда едем? — уточнил я и, вбив адрес в навигатор, опять задумался, машинально следуя указаниям приятного женского голоса, указывающего, куда мне поворачивать.

— Вот все ты правильно говоришь, только как-то это… — наконец, так ничего и не придумав, продолжил разговор я. — Не знаю, как тебе объяснить. Есть закон, который мы, кстати, сейчас нарушаем…

— Ну нам-то с тобой чего его бояться? — пожала плечами девочка. — Мы и так на сто лет пожизненного расстрела с тобой заработали.

— Ну… Есть же и нравственные законы общества?

— Они ублюдочные и нечестные! — отрубила злая девочка. — И общество ублюдочное, раз в нем такие законы!

— Ну, знаешь ли… — опять задумался я. — Ладно, скажу по-другому. А мы с тобой чем отличаемся от тех, кого едем убивать?

— Тем, что они наркоторговцы!

— А мы убийцы, — пожал плечами я.

— А… — протянула вдруг Маша. — Я, кажется, поняла, о чем ты… Ты и в прошлый раз что-то такое говорил, мол, убивший дракона и все такое, да?

— Ну да, сам становится драконом. Помню, пересказывал тебе эту сказку, — кивнул я. — Вот только она в чем-то верна. Мы с тобой тоже ни хрена не светлые герои. И я ни разу не Бэтмен. Он не убивал.

— Ну да, до Бэтмена ты не дотягиваешь, — усмехнулась Маша, демонстративно оглядев меня с головы до ног, а потом, вмиг став серьезной, продолжила: — Да ты не парься, все я понимаю. И прекрасно знаю, что однажды и за нами с тобой придут. И они тоже будут уверены, что делают доброе дело.

Глава 7

Дуракам везет!

Навигатор привел нас в частный сектор из тех, что в народе раньше иронично назывались «долина нищих». Богатые особняки, камеры на столбах и наверняка тревожные кнопки вызова охраны в каждом третьем доме. А значит, шуметь здесь явно не стоит.

— Это точно здесь? — на всякий случай уточнил я и, дождавшись утвердительного ответа, задумался о том, как действовать.

Самым простым решением было бы воспользоваться планом Маши, но…

— О чем задумался? — нетерпеливо спросила Маша. — Пойдем уже разберемся с ними!

— Да как-то…

— Страшно? — усмехнулась девочка. — Что с тобой там сделали? Ты вроде не был трусом?

— А ты вроде не была дурой, — поморщился я. — Тебе про это место сказали, так? Причем сказал отброс, продававший наркоту, так?

— Ну! Вообще-то я за ним проследила.

— Гну! — рявкнул я. — Не тупи! Представь, что будет, если он сюда просто в гости приходил? Ворвемся к ни в чем неповинным людям, размахивая оружием… Дальше продолжать? Это если никого не убьем, а если случайно завалим кого?

— Все, не ори, не сообразила… — тут же пошла на попятный Маша. — Твои предложения?

— Следить, я так думаю, бесполезно? — принялся рассуждать вслух я. — Так можно сутками сидеть, и хрен что поймешь. Кто сюда ходит, зачем… Эх, сейчас бы вошел да телепортировал всех на хрен отсюда и обыскали бы спокойно весь дом.

— Что, сложно быть человеком, да? — ухмыльнулась Маша и, легонько ткнув меня в плечо кулачком, попросила: — Пистолет дашь?

— Свой надо иметь! — буркнул я, доставая оружие из кобуры.

— Серьезно? — весело хмыкнула Маша, принимая оружие. — Ты это сейчас школьнице говоришь вообще-то!

— А, ну да… — смутился я, а потом нахмурился, сообразив, что надо мной издеваются. — Так, не умничай, а то отберу! Короче, заходишь внутрь и потихоньку разведываешь обстановку, поняла? Никого не убиваешь, не рискуешь, не геройствуешь.

— Скучный план! — поморщилась девочка, а потом, кивнув, уточнила: — Что с дверью? По-любому заперта.

— С этим проблем не будет, отопрут. И хозяев я отвлеку, — пообещал я. — Давай, жди у калитки, как откроется, действуй.

Дождавшись, пока девочка выйдет из машины и удалится, на ходу становясь невидимой, я еще раз прогнал в голове только что придуманный план. Припарковались мы в трех домах от нужного адреса, так что Маше еще нужно было дать время дойти до места.

А потому я выждал минут пять и уже после завел машину, прикидывая, до какой скорости нужно разогнаться, чтобы и нужного эффекта добиться, и машину не сломать. Впрочем, а на фига разгоняться-то? Пьяного сыграть все равно не получится, сыграем в недотепу-чайника.

С этими мыслями я спокойно подъехал к нужному месту и развернул машину поперек улицы. А после включил заднюю передачу и резко вжал акселератор так, что машина, скрипнув колесами, со всего размаха ударила задним бампером в ворота нужного гаража.

Ну вот и все, отвлекающий маневр готов, дело за малым — доиграть до конца спектакль, дав девочке время на поиски доказательств. Заглушив двигатель, я выбрался из машины и, усевшись на капот, закурил, дожидаясь, пока выйдут хозяева дома разбираться с аварией.

О том, что мой план удался, я узнал уже минуты через три, услышав, как распахнулась входная дверь особняка, да и забористый мат со двора говорил о том же… А следом открылась калитка и на улицу выскочил лысый мужик в трусах, шлепках на босу ногу и с бейсбольной битой в руках. При этом спортсмен матерился как сапожник, а увидев помятые ворота гаража, на некоторое время заткнулся, очевидно подсчитывая убытки. И все бы хорошо, вот только свечение четко показывало, что он один из нас. Но никакие способности не демонстрировал, а потому и я немного расслабился.

— Ну все, урод, ты попал! — наконец внимание морально пострадавшего домовладельца переключилось на меня. — Ты, тварь, хоть знаешь, сколько эти ворота стоят? Да даже если тачку продашь, тебе не хватит!

— Ну и вызывай гаишников, — спокойно пожал плечами я. — Приедут, оформим.

— Я тебя сейчас сам оформлю! — грозно пообещал мужик, но с места так и не двинулся. — Или платишь прямо сейчас, или так тебе и надо!

— А это уже уголовно наказуемо, — ухмыльнулся я, прикуривая новую сигарету. — Вымогательство называется.

— Ты мент, что ли? — скривился мужик, зачем-то оглядываясь на дом.

— Нет, но законы знаю.

— Угу… Ну раз знаешь… — пробормотал он и, опершись на биту, еще раз осмотрел помятые ворота. А потом нетерпеливо оглянулся на калитку и крикнул: — Вась, ну ты долго там?

— Да все уже! Проверил, нормально все! — донесся голос из окна дома. — Машина в угоне, прикинь?

— Вот даже как? — явно обрадовался мужик в трусах.

— Слушай… — начал было я, глядя, как мужик в трусах угрожающе двинулся в мою сторону, приготовив биту.

Калечить его не хотелось от слова совсем, по крайней мере до тех пор, пока не выяснится, что он действительно преступник.

Впрочем, мой приступ миролюбия закончился довольно резко, сразу же, как со стороны дома раздался крик, полный боли. И что самое страшное, кажется, голос принадлежал Маше. Так что мое спокойное настроение мгновенно сменилось злостью и немного страхом за напарницу.

Шаг вперед на пределе скорости, и вот уже рука с занесенной над головой битой перехвачена, а голова нападавшего с глухим стуком впечатывается в капот моей машины, туда, где я только что сидел. А потом и еще раз, для уверенности.

Отпустив потерявшего сознание скандалиста, я рванул в открытую калитку особняка, на бегу выхватывая пистолет, но едва не поплатился за торопливость. Со стороны дверей ко мне стремительно бросился размытый силуэт, настолько быстрый, что если бы он не светился, как все зараженные, то я и отреагировать на него не успел бы. А так успел в последнее мгновение ударить ногой навстречу куда-то в бедро этому силуэту.