Алексей Осипов – Опера вызывали? – 2 (страница 7)

– Не шуми, пожалуйста, голова раскладывается, – сморщился молодой опер, – ниточек, к сожалению, у меня нет.

Они вышли, захлопнув за собой дверь.

– Нужно доложить Зорину, – недовольно произнес Артем.

– Его же уволят? – бросив на Артема удивленный взгляд, ответила Инга.

– Ты о чем?

– А ты?

– Я про то, что все эти трупы теперь наша головная боль и мы берем дело в работу.

– Я уже подумал, что ты решил мелкого сдать за его пьянство.

– Да нужен он мне. Рано или поздно сам попадется начальству.

Инга, глядя на хмурое лицо Артема, взяла его за руку и произнесла:

– Раз теперь это наша головная боль, с чего начнем?

– Убийство в переулке можно отбросить на второй план, там вообще зацепиться не за что. Нужно изучить все записи журналиста и узнать, кто ему угрожал, а также выяснить, кому перешел дорогу бизнесмен.

– Я займусь этим, – нежно и успокаивающе ответила Инга.

Артем глубоко вдохнул, стоя перед дверью кабинета полковника Зорина. Он задержался лишь на миг, чтобы взять себя в руки, и постучал.

– Войдите, – прозвучал суровый голос, заставив его толкнуть тяжелую дверь и оказаться в кабинете.

На столе Зорина, как всегда, лежала аккуратно сложенная стопка бумаг, рядом стояла чашка с недопитым кофе, его острый, холодный взгляд сразу впился в Артема.

– Лапин, что у вас? – спросил Зорин, закрывая папку с какими-то документами.

Артем сел на стул, стараясь не скрестить руки, чтобы не казаться слишком напряженным.

– Все три дела действительно по нашей части и связаны между собой. Это подтвердил Кирилл, сделав анализ данных энергетических следов. Но на данном этапе у нас нет вообще ничего, за что можно зацепиться, – начал он прямо, не пытаясь скрыть ту горечь, которую сами слова вызвали у него. – Мы собрали все бумаги журналиста и бизнесмена, постараемся нарыть что-то в них.

Зорин замолчал, прищурив глаза, словно проверяя, не скрывает ли Артем какие-то детали. Полковник всегда так делал – внимательно всматривался в лицо, пытаясь выудить из слов собеседника больше, чем тот говорил. Его суровый взгляд обжигал, но Артем привык и не отводил глаз.

– Лапин, скажите честно: мы вообще понимаем, с чем имеем дело? Или пока что тонем в догадках? – после паузы в голосе Зорина едва слышалось раздражение. Он ненавидел бессмысленное копошение.

– Павел Андреевич, если честно, тут вообще хрен разберешь, за что зацепиться. Никаких видимых улик. Остается только изучать их последние записи и рассчитывать на интуицию, – разводя руками, ответил Артем. – Единственное, о чем можно говорить с уверенностью, это то, что используемые артефакты были самодельными.

Зорин облокотился на локти и скрестил пальцы на руках. В кабинете повисла минутная тишина.

– Ладно, держите меня в курсе и скажите остальным, пусть потрясут информаторов. Может, кто-то слышал о самодельных артефактах.

Когда Артем вернулся из кабинета Зорина, Инга уже сидела за рабочим столом, окруженная кипой папок и документов. Она выглядела сосредоточенной, но присутствие Артема было для нее отличным отрезвлением от потока мыслей. Она подняла голову и улыбнулась.

– Ну, что товарищ полковник сказал? – поинтересовалась она, убирая одну из папок в сторону.

– Держать его в курсе и трясти информаторов, если потребуется. Зорин сам пока не знает, в какую сторону смотреть, но разразился привычной тирадой про то, что мы не должны "тонуть в догадках", – буркнул Артем и сел за соседний стол, хрустнув шеей. – Ты что-нибудь в этих бумагах уже нашла?

Инга потянулась за чашкой кофе, стоявшей рядом с разложенными бумагами, и сделала небольшой глоток. Ее лицо оставалось спокойным, но внимательным. Она слегка постучала кончиком карандаша по записной книжке.

– Здесь есть много всего. Но пока… ничего, что бы сразу бросалось в глаза, – честно призналась она. – Журналист вел довольно странные заметки, и в них трудно разобраться. Все написано для себя – короткими фразами, намеками и отсылками к чему-то, что он явно знал, но считал ненужным подробно объяснять.

Она отложила одну из бумаг, где фигурировали заляпанные чернилами строки и обрывки слов вроде «угроза», «наблюдение», «не доверяй этим людям». На одной из страниц стояла жирная галочка рядом с именем «В. Панкратов».

– И кто такой этот Панкратов?

– Ну ты подожди, разогнался, я только начала разбираться со всем этим. И, кстати, от помощи не откажусь.

– Я просмотрю записи бизнесмена, – ответил Артем, забирая увесистую стопку папок со стола Инги.

Лапин погрузился в кипу документов, разложив несколько папок на своем столе, чтобы лучше видеть содержимое каждой из них. Среди бумаг было множество контрактов, отчетов о доходах и расходах, документы на поставки и акты. Все выглядело привычно и скучно – стандартная деловая рутина, словно созданная для того, чтобы усыпить любого, кто попытается докопаться до истины. Несколько часов Артем перепроверял документацию, хмурился, делал заметки в блокноте и снова возвращался к бумагам, словно надеясь, что упустил что-то важное. На столе росли стопки: «проверено», «нуждается в уточнении», «бесполезное». Инга, часто поглядывая на него, видела, как по привычке он мрачнел – знак того, что пока ничего полезного найти не удалось. Она сама за это время успела разложить записи журналиста по предполагаемым событиям. В центре внимания Егора, судя по заметкам, была некая организация или группа людей, связанная с незаконной торговлей. Однако записи, как и до этого, оставались максимально расплывчатыми. Отчетливо стало ясно одно: журналист кого-то опасался. Он часто использовал слова вроде «угроза», «заметили меня», «передвижения странные», «они меня преследуют». Имя «В. Панкратов» продолжало всплывать в записях, но без объяснения, кто это. Инга погрузилась в размышления. Она бросила взгляд на Артема:

– У тебя как успехи?

– Да вообще глухо, – пробурчал он, откидываясь на спинку стула. – Бизнесмен вел дела так прозрачно, что вызвал бы восхищение налоговой инспекции. Все чисто, все гладко. Никаких конфликтов или даже подозрительных контрактов. Если он насолил кому-то в подполье, то это сделано настолько искусно, что мы этого никогда не найдем в этих бумагах.

Инга щурилась, глядя на Артема, привычно теребя карандаш в пальцах.

– И все равно тут что-то было. Ты ведь сам видел. Убийства не случайные, следы энергии не врут.

– Да, и они все еще никак не помогают закопаться в их мотивы… – он раздраженно хлопнул ладонью по столу. – Вся эта рутина без толку.

– Ты ведь терпеть не можешь бумажную работу, – с лукавой улыбкой заметила Инга, немного смягчив напряжение своей интонацией. Она оперлась рукой о подбородок и продолжила глядеть на него, словно издеваясь. – Всегда бросаешься туда, где пахнет адреналином. Здесь тебе недостаточно смертельно опасно?

– Очень смешно, – огрызнулся Артем, скривив губы. – Давай лучше попробуем еще раз проанализировать их связи. У них должна быть точка соприкосновения. Что-нибудь конкретное, что связывало их втроем: журналиста, бизнесмена и нашего уголовника из переулка.

Он устало потер виски, глядя на огромные стопки перед собой. Часы на стене громко тикали, создавая иллюзию, что время замедлилось. Он успел задуматься, сколько еще они будут ходить кругами, пока дверь кабинета внезапно не распахнулась с громким скрипом.

Радуясь неожиданности появления, вошел Кирилл. Он был полностью отдохнувший, в руках держал сосиску в тесте и бумажный стаканчик кофе. На его лице сияло довольное выражение, словно в том, что он весь день ничего не делал, была какая-то великая мудрость.

– Ну что, трудоголики, как работа? Нашли что-то? – с наигранной бодростью спросил он, усаживаясь на краешек свободного стола.

– Милостивый государь, а изволите ли нам объяснить, где вы бродили полдня? – саркастично бросил Артем, проводя рукой по столу и отодвигая кипу казавшихся бесполезными договоров.

– Я? – Кирилл сделал большие глаза, старательно изображая невинность. – Работал, между прочим. Пока вы тут копались в бумагах, я записал несколько энергетических графиков и… подумал. Глубоко и с умом.

Инга окинула его взглядом, в ее голосе послышалась сухая ирония:

– Думаю, твое "работал" включает в себя сон до обеда и покупку сосиски, кофе.

– Ах, женщины, как вы жестоки, – с преувеличенным разочарованием протянул Кирилл, откусывая сосиску. – Но погодите. Я тут мозгами все же шевелил, поэтому и пришел. Хотите теорию, которая вам точно пригодится?

Инга и Артем обменялись усталыми взглядами. Первый порыв был отмахнуться и послать его к чертям собачьим, но Артем все же решил дать Кириллу возможность. Он повернулся к нему:

– Ладно, выкладывай. Удиви нас.

Кирилл хитро улыбнулся и сказал:

– Слушай, бро. Вы в курсе, что артефакты, с которыми мы имеем дело, – самоделки. И довольно уникальные. Не старинный предмет или наследие от мага. Это значит, что кто-то их сделал.

– Умный ты наш, и что дальше? – язвительно спросила Инга, схватив со стола одну из папок.

– А дальше, – самодовольно продолжил Кирилл, – мы берем этот нюанс и начинаем искать мастеров-умельцев, которые способны такие штуки собрать. Обычно у таких людей есть связи. Мы их потрясем – и кто-то обязательно выдаст с поличным заказчиков или даже исполнителей.

– Да ты прям гений, и как же мы два дурака до этого не додумались, – рявкнула Инга, уже замазываясь увесистой папкой.