Алексей Орлов – Дар трактирной ведьмы (страница 7)

– Я… я не хотела, чтобы так вышло, – честно выпалила я.

– Знаю, – он ответил просто. И в этом «знаю» было столько понимания, что мне стало чуть легче. – Твоя сила – это не вызов, Элира. Это данность. Как цвет глаз. Теперь тебе предстоит научиться с ней жить. И владеть ею. Это будет сложнее, чем зажечь Омфал.

Ториан кашлянул.

– Действительно, – сказал он сухо. – Такой яркий всплеск на карте магического поля города… некоторые нежелательные лица могли его заметить. Будьте осторожнее, юная леди.

Каэлан кивнул, его взгляд стал твёрже.

– Иди на следующий урок. И… не прячься. Ты заслужила это место. Помни об этом.

Я кивнула и пошла, чувствуя, как их взгляды провожают меня до поворота. Страх и смущение от того, что я сделала, всё ещё были со мной. Но под ними теперь теплилась маленькая, гордая искорка. Я заслужила. Я не просто служанка. Я – Элира. И мой дар, каким бы огромным и пугающим он ни был, – это часть меня.

Первый день учёбы закончился. Я легла на свою новую, узкую кровать в общей спальне и смотрела в темноту. Ладони всё ещё помнили пульсацию Камня Истока. А сердце – тёплый, серьёзный взгляд серых глаз, в котором читалось не только «профессорская озабоченность», но и что-то личное, глубокое, от чего становилось и страшно, и невероятно спокойно одновременно.

Вечер после дня Омфала выдался на удивление спокойным. Кажется, мой «фейерверк» всех так напугал или впечатлил, что даже задиристые ребята со второго курса обходили нашу кучку стороной. Мы с Лилей и Фрейей устроились в маленькой нише возле библиотеки, где стояли три старых, но удобных кресла, и грызли печенье, которое Фрейя каким-то чудом раздобыла на кухне.

Тревога потихоньку отпускала, уступая место обычной усталости и… любопытству к новому миру вокруг. Лилия, разумеется, первой развернула «информационное наступление».

– Ну так, – сказала она, облизывая пальцы от крошек. – С потенциалом разобрались. Наша Эль – скрытая богиня, прикидывающаяся мышкой. Теперь перейдём к более важным вопросам. Парни на курсе. Обзор нужен срочно, пока лучших не разобрали.

Я фыркнула, но слушала с интересом. Фрейя сидела, поджав ноги, и вязала что-то из тёмной шерсти, лишь изредка вставляя замечания.

– Итак, – Лилия понизила голос до конспиративного шёпота, хотя вокруг никого не было. – Звёзд первой величины немного. Альрик, сын герцога Вестрана. Красив, умен, но смотрит на всех, будто рассматривает насекомых под лупой. Полагаю, у него вся магия ушла в заморозку собственного сердца. Не наш вариант.

Я кивнула, вспомнила высокого блондина с идеальной осанкой и ледяными голубыми глазами. Он и правда выглядел как статуя.

– Далее, Гаррет, – продолжала Лилия. – Из семьи полевых магов. Добродушный, рыжеволосый, веснушчатый. Всегда готов помочь с теорией, но, говорят, на практикумах так нервничает, что умудряется поджечь собственные брови. Мило, но… пожароопасно.

– Он милый, – тихо сказала Фрейя, не отрываясь от вязания. – И у него хорошие руки. Чувствует землю.

– Ну, Фрей, если тебе нравятся ребята, которые пахнут дымом и перепугом… – парировала Лилия. – Дальше. Корвин. Темноволосый, молчаливый, ходит всегда с томиком стихов. Говорят, специализируется на магии иллюзий и мечтает оживить тени прошлого. Романтично, но как-то жутковато. И смотрит он… сквозь тебя.

– Он просто стесняется, – неожиданно вступилась я. Помнила, как на зарядке он споткнулся о собственную тень и чуть не упал, страшно покраснев. – У него добрый взгляд, когда он не прячет его за книгой.

Лилия подняла бровь.

– Ого! Наша богиня оживилась! Присмотрела уже себе робкого иллюзиониста? Ну, если ты готова жить в мире его грёз…

– Я ничего не присмотрела! – я покраснела. – Просто… он не выглядит зазнайкой.

– Хм, – Лилия не поверила, но решила сменить тактику. – Ну ладно. Тогда самый очевидный вариант для всех девушек на курсе, кроме, возможно, тебя, Эль. Лео. Будущий маг-воин, сын командующего королевской гвардией. Мускулы, улыбка до ушей, обаяние медведя, который нашёл бочку мёда. На него уже смотрят все старшекурсницы.

Я вспомнила громкоголосого парня с широкой грудью, который на зарядке подтянулся двадцать раз, не моргнув глазом. Он и правда был похож на солнечного медведя.

– Он… шумный, – неуверенно заметила я.

– Шумный! – закатила глаза Лилия. – Да он центр вселенной в своих собственных глазах! С ним не поговорить, только слушать, как он говорит. Хотя… для вечерней прогулки под луной, может, и сойдёт. Если ты не против, чтобы эта прогулка была посвящена его подвигам на тренировочном поле.

Мы рассмеялись. Было странно и весело обсуждать всё это. В трактире такие разговоры сводились к грубоватым шуткам про погонщиков мулов или к вздохам о недостижимом сыне купца из соседнего города. А здесь… здесь все они были какими-то особенными, отмеченными магией или знатностью. И я среди них чувствовала себя всё той же служанкой в чужом платье.

– А кого бы выбрала ты, Фрей? – спросила Лилия, поворачиваясь к нашей молчаливой подруге.

Фрейя на секунду отвлеклась от петель.

– Никого, – ответила она просто. – Они все… незрелые. Носят свои титулы и дары, как дети – новые ботинки, громко топают, чтобы все заметили. Мне нужно тихое место у огня и умные руки, которые знают, когда молчать.

Мы с Лилией переглянулись. В словах Фрейи было что-то мудрое и печальное.

– Ну, а ты, Эль? – снова набросилась на меня Лилия. – Ты всех защитила и похвалила. Но у тебя же должны быть предпочтения? Альрик – холодный принц, Гаррет – пожарная опасность, Корвин – мечтатель, Лео – герой-балабол. Кто ближе душе нашей могучей новоиспечённой звезды?

Я замялась, глядя на свои руки. Они снова вспомнили тепло Омфала.

– Я… я не думала об этом. Всё как-то… несерьёзно пока.

– Ой, да ладно тебе! – фыркнула Лилия. – Ты же живая девушка! Тот же Лео на тебя в столовой пялился, как на диковинку. После твоего представления с Камнем многие будут пялиться. Так что лучше заранее определиться, кого ты готова терпеть, а кого – послать куда подальше.

– Может, ей нравятся не мальчики с курса, – вдруг тихо произнесла Фрейя, поднимая на меня свои спокойные, всевидящие глаза.

Я почувствовала, как кровь приливает к лицу.

– Что? Нет! То есть… я…

– А кто же? – Лилия наклонилась вперёд, её глаза загорелись азартом охотницы. – Старшекурсник? Какой-нибудь загадочный мастер? Ой, подожди… – её лицо вдруг осветилось догадкой, и она замерла, глядя на меня с театральным изумлением. – Неужели… Неужели он?!

Я знала, о ком она. И не смогла сдержать ни краски на щеках, ни панического блеска в глазах. Я беспомощно опустила голову.

– Боги всемогущие! – прошептала Лилия, откидываясь в кресло. – Мастер д’Арвен? Серьёзно, Эль? Но он же… он же неприступная скала! Ледяной дворец на ножках! Он на студентов смотрит как на лабораторные образцы!

– Он не такой, – вырвалось у меня, тихо, но твёрдо. – Он… спас меня. И поверил в меня, когда я сама не верила.

Наступила тишина. Даже Фрейя перестала вязать.

– Вот это поворот, – наконец выдохнула Лилия, и в её голосе не было уже насмешки, а лишь огромное любопытство и капля тревоги. – Эль, милая… Это… это очень высоко взлететь. И очень больно падать. У него репутация, положение, обязанности. И он не из тех, кто играет в чувства.

– Я и не играю! – горячо возразила я. – И я ничего не жду! Просто… – я сдалась, обхватив голову руками. – Просто когда он смотрит, я чувствую, что я не просто Элира из трактира. Что я могу быть… больше. И это страшно, и это неправильно, и я об этом даже думать не должна, но…

– Но ты думаешь, – закончила за меня Фрейя. Её голос был мягким. – И он, кажется, тоже не остаётся равнодушным. Мы видели, как он на тебя смотрел на Посвящении.

– О да, – подтвердила Лилия, уже без тени шутки. – Это был не взгляд профессора. Это был взгляд… человека. Очень заинтересованного человека. Будь осторожна, Эль. Вокруг тебя и так теперь все крутятся из-за твоего дара. А если добавятся слухи про внимание Мастера д’Арвена… Тебя просто сожрут заживо завистью и сплетнями.

Я знала, что она права. Каждая клеточка моего тела кричала об опасности. Но в груди, прямо под тем местом, где лежал камень-проводник, теплилось это странное, сладкое и мучительное тепло. Тепло от одного воспоминания о его взгляде.

– Я буду осторожна, – пообещала я им и себе. – Я здесь учиться пришла. Всё остальное… потом.

– Ладно, – вздохнула Лилия. – Значит, пока наш официальный вердикт: парни с курса – милые, но незрелые игрушки. Объект тайного обожания – запретный, опасный и совершенно божественный Мастер д’Арвен. Принято. Но если что, мы с Фрей тебя прикроем. Хотя бы морально.

Фрейя кивнула, и в её глазах мелькнула твёрдая решимость.

Я улыбнулась им, чувствуя прилив нежности. В этом огромном, холодном и странном мире у меня появились подруги. И пусть моё сердце бьётся не по уставу Академии, а по какому-то своему, сумасшедшему ритму, я была не одна. А это уже было огромной победой. Большой, чем любой свет от любого камня.

Кабинет Ториана.

В кабинете командора Ториана Вейла пахло воском, старым деревом и холодной сталью. На столе, лишённом каких-либо безделушек, лежала тонкая папка. Каэлан стоял у окна, глядя, как первые студенты спешат на утренние занятия, но не видел их. Всё его внимание было приковано к словам человека за столом.