Алексей Олейников – Девочка и химера (страница 4)

Пожалуйста, пусть он окажется дома! А то ее изощренный план мести подлецу Эдварду Ларкину, который она только что гениально придумала, грозил так же гениально рассыпаться. У кого еще всегда есть парочка сосисок и горчица, как не у Людвига?

– Людвиг, ну где ты там?!

Она прошлась вдоль вагончика и постучала в окно.

– Хватит буянить, – выглянул взъерошенный юноша. – Он в городе. Вернется вечером. Тебе чего?

Ах, Джеймс Бакер, последний по счету ученик Людвига Ланге. Зеленые глаза, светлые вьющиеся волосы, атлетическое тело, силовая гимнастика – местные девушки обычно ему проходу не давали. Он был забавным, веселым и никогда не подводил Дженни. Она надеялась, что и сейчас не подведет.

– Одолжи пару хот-догов, Джеймс!

– Совсем оголодала на макаронах? – хмыкнул парень.

– Надо. Очень! – со значением сказала Дженни. – Я вечером принесу какой-нибудь жратвы.

– Людвиг вашей вермишелью давится. – Джеймс почесал веснушчатый нос. – Настоящий мужчина должен питаться мясом!

– Ага, и добывать его из хобота мамонта. Слушай, я принесу в два раза больше! Клянусь этими твоими… рогами диплодока!

– У диплодоков нет рогов, – поправил Джеймс, который был малость повернут на доисторической живности. – Смотри не подведи. А то Людвиг приедет, а в холодильнике пусто. А ты знаешь, как он злится, когда голоден.

– Нет, он добрый.

– Это он к тебе добрый, – фыркнул Джеймс, пошарил и вытащил ложку, завязанную узлом. – Видала? Это когда я картошку фри спалил. А это, – он показал вилку, зубцы которой были аккуратно скручены так, что завивались в подобие цветочного бутона, – когда у нас микроволновка сломалась. А это… – он вытащил половник, наполовину разорванный ВДОЛЬ.

– Ладно, ладно, я поняла, он страшный и ужасный! – замахала руками Дженни. – Хот-доги сделай, а?

Парень скрылся в вагончике.

– Кетчуп добавлять?

– Сделай один обычный, а второй с горчицей, чесноком, хреном, и перца, перца побольше! – потребовала Дженни.

– Ты уверена?! – переспросил с сомнением Джеймс. – У Людвига просто ядерная горчица.

– Фирменное блюдо Далфин подается на серебряном подносе, с холодным сердцем, полным мести, – ехидно улыбнулась девочка, – и непременно с горчицей.

Некоторое время Джеймс возился внутри, хлопая дверцами. Потом запищала микроволновка.

– Спасибо за ваш заказ, – мрачно сказал он, протягивая горячий пакет из окна. – С горчицей наверху.

– Ах, милорд Джеймс! – Дженни послала ему воздушный поцелуй, прямо к зеленым глазам.

– Мала ты еще, – фыркнул юноша. – Ты лучше четыре хот-дога принеси! – прокричал он ей вслед, но, кажется, Дженни уже не слышала.

– Ну что, заждались? – девочка ворвалась в шатер.

На нее никто не обратил внимания. Эдвард и Эвелина ожесточенно спорили с Брэдли.

– Вы уже свое время отпрыгали, – гремел дрессировщик.

– Роджер, у нас еще час, – спокойно отвечал Эдвард, но Дженни поняла, что он едва сдерживается. – Ты начинаешь работу только в два.

– Плевать, – отрезал Брэдли. – У меня медведи. Не уберетесь сами, они вас по кусочкам вынесут.

Он развернулся. На беду Дженни, они пересеклись у барьера манежа.

– А тебе чего?!

– Добрый день, мистер Брэдли… – девочка попятилась.

Глаза у него были красные, воспаленные и злые.

– Калеб сказал, что ты шлялась возле зверинца. Еще раз увижу – собак спущу. Ясно?

– Яснее некуда, – спокойно ответила Дженни, а сердце в груди бухало, как барабан.

Ирландец обдал ее дурным запахом изо рта и нагло вытащил из пакета хот-дог. Тот самый, густо залитый адской смесью по «фамильному рецепту Далфин».

– Мистер Бр…

– Увянь, Далфин, – довольно улыбнулся Брэдли и разом откусил половину сосиски.

Нервы у Дженни сдали, она на миг зажмурилась.

– Роджер? – обеспокоилась Эвелина.

Дженни открыла глаза. Дрессировщик побагровел, отшвырнул хот-дог и с мычанием выбежал из шатра.

– Дженни, золотце, что ты сделала? – восхитилась Эвелина.

– Это был подарочек для Эдварда, – вздохнула Дженни. – Роджер сам виноват.

– Да, но его это едва ли утешит, – отметил Эдвард. – Роджер не из тех людей, кто признает свои ошибки, если может свалить их на другого.

Он задумчиво поковырял остатки хот-дога и негигиенично облизал худой палец.

– Чеснок, горчица Людвига, хрен и два вида перца? Капсаицин[2] зашкаливает. Добрая девочка. Не бойся, мы тебя спасем.

– Хотелось бы… – Дженни села на манежный барьер. – У меня большие планы на будущее. Хотите хот-дог? Этот можно есть.

– Позже… – Эдвард торопливо развинчивал помост. – Что-то мне подсказывает, что Брэдли очень скоро вернется.

Втроем они быстро разобрали металлическую конструкцию и едва успели занести за кулисы, как у служебного выхода послышался шум.

– А вот и наш дикий друг дикой природы, – заметил Эдвард.

Эдвард и Эвелина поспешили к парадному входу. Дженни замешкалась. С минуты на минуту в узком проходе к манежу должен был показаться Брэдли, и она подняла боковую стенку картонной коробки «волшебного шкафа» и спряталась там. Фокус с этим аттракционом они отрабатывали с Марко в прошлом году, и девочка прекрасно помнила, как устроены его разборные стенки.

Сквозь узкую щель просматривался коридор. Что-то грузное, тяжелое заслонило свет и потянулось к ящику с жарким дыханием и присвистом. Плотный звериный дух потек сквозь щель. Дженни увидела маленькие, налитые злобой глаза, широкую морду, поросшую бурой жесткой шерстью, приоткрытую пасть с тупыми желтыми клыками. «Барри, – одними губами прошептала она и вжалась в стенку. – Хороший мишка».

Только сейчас она поняла, что пакет со вторым хот-догом у нее и медведя привлек этот запах.

– Барри, не стой на месте! – рявкнул Брэдли.

Медведь заворчал, царапнул когтями дощатый пол и, звеня цепью, неохотно двинулся прочь. Только когда дрессировщик скрылся на манеже, девочка выдохнула. Она вся взмокла, с ладоней капал кетчуп.

«Всё, домой, домой!» – Джен осторожно потянулась к ближайшей стенке, чтобы выбраться из ящика, но отчего-то не смогла ее нащупать. Она присела, повела руками вокруг. Ничего. Полоска света, пробивавшаяся из коридора, исчезла. Ее окружала кромешная темнота.

«Что за ерунда?»

Дженни прекрасно знала, что такое «волшебный шкаф». Картонная коробка, выкрашенная черной краской, метр на метр в сечении и высотой метра полтора. Она просто не могла не достать до стенок!

Девочка встала. Сейчас она должна стукнуться головой.

Подняла руки вверх.

Потянулась.

Подпрыгнула.

Крышки не было!

Дженни не боялась темноты, не боялась самых сложных и тяжелых трюков, но сейчас происходило что-то странное. Очень странное. Ей стало страшно. Вслед за светом пропали и звуки – не было слышно ни ворчания медведя, ни отрывистых реплик Роджера. Глухая, непроглядная тишина. Тьма подступала к самому сердцу.

Тьма пахла кетчупом и страхом.

«Спокойно. Сейчас я сделаю шаг и уткнусь в стенку. – Дженни глубоко вдохнула. – Такого просто не может быть. Я сидела в этом ящике раз сто».