реклама
Бургер менюБургер меню

Алексей Однолько – Татьяна, Сага о праве на различия 4 (страница 8)

18

– Когда мы спрашиваем "стоит ли свобода жертв", мы уже встаем на путь компромиссов. А с свободой компромиссов не бывает. Либо ты свободен, либо ты раб. Третьего не дано.

Михаил задумался:

– Но ведь любое общество требует ограничений. Законы, правила, нормы…

– Разница в том, кто устанавливает эти ограничения, – ответила я. – Если их устанавливают сами люди, демократично, с правом их изменить, – это свобода. Если их навязывают сверху "для блага народа" – это рабство.

– Даже если эти ограничения разумны и эффективны?

– Особенно тогда. Самые опасные диктаторы – это те, кто искренне верит в свою правоту.

За окном зажглись огни. Лондон жил обычной жизнью, не подозревая, что несколько дней назад был на грани превращения в технократический кошмар.

И это правильно. Люди имеют право не знать о всех угрозах, которые их окружают. Имеют право жить обычной жизнью, радоваться мелочам, мечтать о будущем.

А защищать это право – задача тех, кто понимает его ценность.

Глава 10: Новые угрозы

Москва, 2080 год, через год после лондонской аномалии

Прошел год. Временная Полиция больше не появлялась. Аномалии прекратились. Мир казался безопасным.

Но я знала, что покой обманчив. Угрозы свободе никогда не исчезают полностью – они только меняют форму.

И новая угроза уже зарождалась.

Я сидела в кабинете доктора Немцова в Институте этических технологий. Он выглядел обеспокоенным.

– Татьяна, – сказал он, – у нас проблема. Новая проблема.

– Какая?

Он показал мне планшет с данными:

– Во всем мире растет движение "нео-людей". Они утверждают, что обычные люди устарели, и требуют обязательного генетического улучшения для всех.

– Звучит знакомо, – вздохнула я. – Технократы в новой упаковке?

– Хуже. Технократы хотя бы действовали открыто. А эти работают изнутри демократических систем. Они выигрывают выборы, принимают законы, постепенно ограничивают права "неулучшенных" людей.

Я изучила данные. Действительно, в нескольких странах к власти пришли партии, обещавшие "эволюционный скачок человечества". Их программы звучали привлекательно – избавление от болезней, увеличение продолжительности жизни, повышение интеллекта.

– А в чем подвох? – спросила я.

– В том, что они считают генетическое улучшение не правом, а обязанностью. В их понимании, отказ от улучшения – это эгоизм, вред для общества.

– И что они предлагают делать с "эгоистами"?

– Лишать избирательных прав. Ограничивать доступ к образованию и здравоохранению. В перспективе – принудительную стерилизацию "для предотвращения деградации генофонда".

Я почувствовала знакомый холод в груди. История повторялась. Снова появились люди, которые знали, как сделать человечество лучше. И снова они были готовы принуждать к этому "благу".

– А что говорят обычные люди?

– Многие поддерживают, – грустно сказал Немцов. – Их убеждают, что это единственный способ не отстать от прогресса. Что альтернатива – стагнация и деградация.

– А оппозиция?

– Слабая и разрозненная. Их обвиняют в мракобесии и противодействии прогрессу.

Я встала и подошла к окну. На улице шел снег. Обычные люди спешили по своим делам – работали, учились, влюблялись, растили детей. Они не знали, что снова стоят на пороге потери свободы.

– Доктор, – сказала я, – мне нужно встретиться с лидерами этого движения. Поговорить с ними.

– Зачем? Они же не станут вас слушать.

– Не знаю, пока не попробую. Может быть, среди них есть те, кто искренне хочет помочь человечеству. Возможно, им просто нужно показать другой путь.

– А если нет?

– Тогда мы будем сражаться. Как всегда.

Встреча с нео-людьми

Запись встречи в Женеве

Участники: Татьяна Королёва, доктор Александр Эволюцион (лидер движения нео-людей), профессор Свободин

Доктор Эволюцион: Госпожа Королёва, для меня честь встретиться с легендарной защитницей человечества.

Татьяна: Доктор, я хотела бы понять ваши цели. Что вы понимаете под эволюцией человечества?

Доктор Эволюцион: Мы стоим на пороге величайшего скачка в истории нашего вида. Генетические технологии позволяют нам избавиться от болезней, старости, глупости. Создать поколение сверхлюдей.

Татьяна: А что будет с теми, кто не хочет становиться сверхчеловеком?

Доктор Эволюцион: Это вопрос социальной ответственности. Неулучшенные люди становятся обузой для общества. Они потребляют ресурсы, но не дают адекватной отдачи.

Татьяна: То есть человеческая ценность определяется продуктивностью?

Доктор Эволюцион: В идеальном мире – да. Каждый должен максимально реализовать свой потенциал.

Профессор Свободин: А кто будет определять, что такое "максимальный потенциал"?

Доктор Эволюцион: Наука. Объективные критерии эффективности.

Татьяна: Доктор, а вы знаете, что подобные идеи уже реализовывались? Несколько лет назад технократы пытались оптимизировать человечество. Результат был катастрофическим.

Доктор Эволюцион: Мы изучили их ошибки. Наш подход более гибкий, демократичный.

Татьяна: Демократичный принудительный отбор?

Доктор Эволюцион: Мы используем экономические стимулы, а не прямое принуждение. Улучшенные люди получают преимущества, неулучшенные – ограничения. Рынок сам отберет наиболее приспособленных.

Татьяна: И в результате появится каста сверхлюдей и каста неполноценных?

Доктор Эволюцион: В результате все человечество эволюционирует. Неэффективные генетические линии естественно исчезнут.

Татьяна: Доктор, вы говорите о людях как о товаре. Эффективные – полезные, неэффективные – подлежат утилизации.

Доктор Эволюцион: Я говорю о прогрессе. О том, чтобы человечество не застряло на нынешнем уровне развития.

Татьяна: А кто сказал, что мы застряли? Посмотрите вокруг – люди создают искусство, делают открытия, любят, мечтают. Разве этого недостаточно?

Доктор Эволюцион: Этого мало для выживания в космическую эру. Нам нужны люди, способные жить на других планетах, думать быстрее компьютеров, решать проблемы, которые нынешний человек даже не может понять.

Татьяна: И ради этого вы готовы пожертвовать человечностью?

Доктор Эволюцион: Я готов пожертвовать сентиментальностью ради будущего нашего вида.

[На этом переговоры были прерваны. Доктор Эволюцион покинул встречу, заявив, что диалог невозможен с "консерваторами, отрицающими прогресс"]

Глава 11: Движение сопротивления

Москва, Институт этических технологий, 2080 год

После неудачной встречи с доктором Эволюцион я поняла, что диалог невозможен. Как и в случае с технократами, нео-люди были фанатиками, убежденными в своей правоте.