Алексей Ниров – Контактёр. Книга 3. Маятниковый ход (страница 9)

– Мне – нет. Я не понимаю, зачем нам на это тратить своё время.

– Ладно, не брюзжи как старый дед. Здесь же недалеко. Быстро туда смотаемся и обратно к Прокопьеву вернёмся.

– Хорошо, – с видимым недовольством согласился Лоськовский, – поехали.

Дорога до кладбища заняла не более десяти минут. Маленькая сторожка, которая стояла возле входа на него, была закрыта на висячий замок.

– Захарыч, наверное, отправился обедать, – предположил Долгов.

– Да, скорее всего, – подтвердил второй оперативник

Вдвоём, они быстро прошли в калитку огороженного деревянным забором места последнего пристанища умерших много лет назад людей.

По надгробным памятникам и крестам, а также по густой, многолетней растительности, которая плотно окружала их и узкие натоптанные дорожки, было сразу видно, что кладбище очень старое. Осмотрев ближайшие окрестности, у Артёма сложилось впечатление, что он находится в полноценном лесу, на территории которого разбросаны древние могилы. Так часто друг от друга расположились большие и немолодые деревья. Блуждая между ними, по указанным Прокопьевым признакам, милиционеры нашли место, где было обнаружено тело Лантратовой. Каменный крест с выбитой на нём фигуркой ангела, немного покосившись, возвышался над небольшим бугорком земли. В четырех метрах от него свои могучие, обильно покрытые крупными листьями, ветви-лапы раскинул крепкий и высокий дуб. На высоте груди человеческого роста, в его стволе, покрытом жёсткой и неровной корой, хорошо просматривалась свежая глубокая обожжённо-обугленная выбоина округлой формы.

– А вот и след от попадания молнии, – показав на данное повреждение в дереве, спокойно произнёс Лоськовский.

– Да, вижу, – подтвердил Долгов, окинув взглядом окружающий их участок местности.

– Ну, и что делать дальше будем? – спросил его коллега.

– Ты осмотри вон ту часть кладбища, – сказал Артём, указав рукой в соответствующую сторону от каменного креста, – а я – противоположную.

– Да? – подозрительно заметил старший лейтенант. – А почему мне досталась большая часть, а тебе – меньшая?

– Потому что, когда я закончу осматривать свою более малую часть, – ответил ему капитан, – то хочу поговорить с продавщицей цветочного ларька, который расположен недалеко от входа на кладбище. Видел его?

– Да, видел. А с ней ты о чём собрался беседовать?

– Так, обо всём понемногу. Хватит бурчать, иди, смотри.

– И что я «должен» искать?

– Что-нибудь подозрительное, на твой взгляд.

– Ладно, – недовольным тоном произнёс Лоськовский. – Тогда, как закончу осмотр, я сразу иду к машине. Там и встретимся.

– Хорошо, – согласился капитан, смотря в спину удаляющемуся коллеге.

Осмотр места обнаружения тела Лантратовой и оставшейся «его» части кладбища не дали какой-либо дополнительной информации, имеющей отношение к обстоятельствам гибели девушки. Поэтому милиционер направился к выходу из этой заросшей многочисленной растительностью «скорбной обители».

– Добрый день, – осторожно произнёс Долгов, после того как вошёл в цветочный ларек и увидел сидящую за прилавком очень пожилую женщину. – Баба Наташа? Простите, но мне вас так представили.

– Да, можете меня так называть, – неожиданно энергично встала и бодрым голосом произнесла женщина, с интересом разглядывая оперативника. – Вы что-то хотели?

– Да, – ответил милиционер, показывая ей своё служебное удостоверение. – Уголовный розыск, капитан Долгов. Я хочу задать вам несколько вопросов по поводу обнаружения позавчера, вечером, на близлежащем кладбище тела молодой женщины.

– Это, которая погибла от удара молнии?

– Да. А вы об этом, откуда знаете?

– Так меня вчера Прокопьев опрашивал по данному факту. Он всё и рассказал.

– Понятно. Скажите, вы видели погибшую Лантратову Варвару в воскресенье или последующие дни?

– Нет, не видела. По тому фото, описаниям одежды и внешности, которые мне дал Олег, я точно могу сказать, что этой девушки я ни в воскресенье, ни ранее, ни позже не видела. И фамилии такой не слышала.

– Что за фото он вам показывал?

– Из её паспорта. Я поняла, что при ней паспорт был.

– Поясните мне, пожалуйста, может ли быть так, чтобы она прошла на кладбище, и вы её не заметили?

– Конечно, может. Я же не всегда смотрю туда. Я иногда читаю, пока нет никого в ларьке. Или когда посетителями занимаюсь. Поэтому она и прошла незаметно для меня. К тому же, в воскресенье, ближе к вечеру, дождь сначала заморосил, а затем усилился до ливня. Никого не было, поэтому я пораньше закрыла магазин и ушла домой. Может быть, она после этого на кладбище пришла.

– Вы не заметили что-нибудь необычное в тот день? Я имею в виду, в воскресенье. Или в последующую пару дней?

– Нет, – задумавшись на несколько мгновений, ответила женщина – Ничего подозрительного или выдающегося я в тот день не видела. Так как это был обычный воскресный день, то в соседнем парке гуляли люди. Я заметила несколько пар влюбленных юношей и девушек, и три-четыре молодых семьи с маленькими детьми, которые отдыхали там же. У меня они в тот день всего четыре букета купили. И буквально двух или трёх человек я заметила, которые шли в сторону кладбища. Из них двое приобрели у меня небольшие букетики для возложения на могилку.

– Я смотрю, вы точно помните количество товара, проданного в тот день?

– А как же. Я же по специальности бухгалтер. Поэтому всё, что касается цифр по реализации продукции принадлежащего мне ларька я помню хорошо. Так же, как я запомнила одного из мужчин, который тогда купил один из указанных букетов. Красивый такой. Сразу так захотелось стать молодой, привлечь к себе его внимание, – кокетливо заметила пожилая женщина, игриво сверкнув хитрыми глазками. – Лет сорок назад он от меня так просто не ушёл бы.

– Чем же так привлёк ваше внимание этот мужчина? Неужели настолько красив был?

– Особенным красавцем его не назовешь. Но было в нём что-то притягательное. Во всяком случае, для меня. И я сразу поняла, что он нездешний.

– Почему?

– У него очень приятная и грамотная речь. У нас в городе, к сожалению, так не разговаривают. И одет он был не как жители нашего города.

– Во что же это?

– Да как будто во всё обычное, но вот сидела на нём одежда очень элегантно. Ни складочки, ни помятости на ней не было. Это сейчас так редко можно встретить в современных мужчинах.

– Н-да? – удивленно, даже немного обиженно заметил Артём.

– Я, конечно же, лично вас не имею в виду, – как будто оправдываясь, слегка застенчиво отозвалась баба Наташа.

– Естественно, я в этом и не сомневался,– в тон ей пролепетал мужчина, после чего продолжил обычным, деловым голосом. – А вы смогли бы его узнать, если бы ещё раз увидели?

– Конечно.

– Уверены?

– Абсолютно.

– Тогда, пожалуйста, посмотрите на несколько снимков. Может быть, кто-то из запечатлённых на них похож на этого мужчину? – сказал оперативник, вынул из своей рабочей папки несколько фотокарточек, которые он заранее взял с собой, когда собирался к этой поездке, а сейчас разложил их на прилавке, прямо перед пожилой женщиной.

Она вытащила из-под прилавка очки в большой и красивой оправе и, одев их себе на глаза, принялась внимательно и неторопливо рассматривать заботливо разложенные милиционером прямоугольные куски фотобумаги, на которых были отображены лица нескольких мужчин. Остановившись на одной из карточек, баба Наташа некоторое время глядела на неё, то пододвигая к себе, то отдаляя, вытягивая вперед свою руку.

– Вот этот мужчина купил у меня цветы в воскресенье, и о котором я вам сейчас говорила, – наконец, произнесла она, передавая капитану это фото.

– Вы уверены в этом? – уточняюще спросил оперативник.

– Да, абсолютно уверена, – решительно ответила женщина. – Он даже одет был так же, как на этом фото.

– Но вы даже не просмотрели оставшиеся снимки полностью.

– Если вы хотите, то я могу сделать то, что вы просите. Но я точно уверена, что это он.

– Понятно, – сказал мужчина и посмотрел на то, что отдала ему хозяйка цветного ларька.

Это была одна из тех карточек, отданных ему вчера Орзес Тагом, на которых был запечатлен Стогнуб Заптурий перед тем, как отправился на Землю. Её оперативник положил вместе с другими фотоснимками лиц, представляющих для правоохранительных органов определенный интерес. Они составляли его личную базу данных.

Артём старался внешне казаться спокойным, чтобы всем своим видом не выдать охватившего его возбуждения.

– Сколько было времени, когда он зашёл к вам в воскресенье в ларёк? – медленно и как можно более равнодушным тоном спросил капитан.

– Точно не помню. Но это было незадолго до того, как начался дождь. То есть ближе к вечеру.

– Вы не заметили, как и во сколько он уходил?

– Нет, не заметила. Я же говорила, что после того как полил дождь, быстро закрыла этот ларёк и ушла домой.

– До этого воскресенья или после него вы видели этого мужчину?

– Нет. Точно.