Aleksey Nik – Ворожея (страница 9)

– Светозар, – он кивнул. – И Владислава Радомирова. Вы выжили.

В его тоне было что-то странное, что Владе не понравилось.

– Мы были в лесу, – сказал Светозар. – Что здесь произошло?

– То, о чём я предупреждал, – Родион поднял крест выше. – Тьма пришла за нами. Мертвые восстали и напали на живых. Многие погибли, другие пропали без вести.

– Вы видели мою семью? – спросила Влада, подходя ближе. – Моих родителей, брата?

Родион смотрел на неё долго, словно решая, что сказать.

– Я видел твою мать, – наконец произнёс он. – Она была с той женщиной, Мороуной.

Сердце Влады подскочило.

– И? Что с ними?

– Они сражались с нежитью у кузницы. Твоя мать… она использовала странные силы. Не те, что дарует Господь, – в его взгляде появилось осуждение.

– Что случилось потом? – настаивала Влада, игнорируя его тон.

– Я не знаю, – Родион отвернулся. – Там было слишком много навьих. Я помогал людям укрыться в церкви.

Влада почувствовала, как внутри растёт гнев. Этот человек судил её мать за использование сил, которые помогали защищать людей!

– А мой отец? Борислав?

– Твоего брата я не видел с тех пор, как вчера он ушёл в поле с отцом, – ответил Родион. – А твой отец… – он помедлил, и Влада поняла, что новости плохие.

– Говорите, – её голос был твёрд, хотя внутри всё дрожало.

– Он пытался защитить кузницу. Сражался храбро. Но их было слишком много, – Родион перекрестился. – Я видел, как он упал. Прости.

Влада пошатнулась, и Светозар тут же поддержал её. Отец мёртв. Этого не может быть. Только не он – сильный, добрый, всегда такой надёжный…

– А Борислав? – голос Светозара звучал словно издалека. – Кто-нибудь видел его?

– Некоторые говорят, что видели его уже после нападения, – неохотно ответил Родион. – Он был… странный. Не отвечал, когда к нему обращались. Просто шёл куда-то с пустым взглядом.

– Куда шёл? – Влада вцепилась в рукав священника. – Куда?

– В сторону леса, – Родион отступил, высвобождая рукав. – Но это могло быть и не он. Ночью, в суматохе, легко ошибиться.

Или это мог быть не совсем Борислав, подумала Влада, вспоминая существо, пытавшееся обмануть их голосом её брата у дома Мороуны.

– Что вы собираетесь делать? – спросил Светозар, оглядывая сожженное село и измученных людей.

– Уходить, – твёрдо ответил Родион. – Здесь больше нельзя оставаться. Мы соберём всех выживших и отправимся в Великоград. Там стены, стража, церковь из камня. Там мы будем в безопасности.

– Но… – начала было Влада, не зная, как объяснить, что бегство может не помочь. Если Карачун настолько силён, что может поднимать мёртвых и управлять ими, то стены Великограда могут оказаться не более чем временной преградой.

– Никаких "но", дитя, – отрезал Родион. – Решение принято. Мы уходим на рассвете завтра, когда соберём всех выживших и необходимые припасы.

Он перевёл взгляд с Влады на Светозара и обратно.

– Вы можете идти с нами. Или… – его взгляд стал жёстче, – можете продолжать якшаться с ведьмами и навлекать на нас гнев божий.

С этими словами он отвернулся и вошёл в церковь, где уже собралось немало людей, ищущих утешения и защиты.

– Он винит нас, – прошептала Влада, когда священник скрылся из виду. – Винит меня и мою мать.

– Он напуган и ищет, кого обвинить, – Светозар взял её за руку. – Не слушай его. Сейчас нам нужно решить, что делать дальше.

Влада обвела взглядом разорённое село, дома, в которых она выросла, людей, которых знала всю жизнь. Всё рушилось на глазах, и она не могла ничего сделать.

– Я должна найти маму и Борислава, – решительно сказала она. – И Мороуну. Если они живы, то могут знать, как остановить Карачуна.

– Родион сказал, что видел их у кузницы, – Светозар кивнул в сторону кузницы её отца, стоящей чуть поодаль от основной части села. – Начнём оттуда?

Влада кивнула, и они направились к кузнице, стараясь не смотреть на тела, лежащие на улице. Некоторых из них Влада знала всю жизнь – соседи, друзья семьи, просто знакомые. Теперь они были мертвы, и их лица, застывшие в последнем ужасе, будут преследовать её в кошмарах.

Кузница, как ни странно, пострадала меньше, чем многие другие здания. Каменные стены выдержали огонь, хотя крыша частично обрушилась. Вокруг были следы борьбы – сломанные инструменты, пятна крови на земле, несколько тел навьих, пронзённых металлическими прутьями.

– Отец был здесь, – тихо сказала Влада, узнавая его работу. Он всегда был мастером, даже в бою.

Они осторожно вошли в кузницу. Внутри было темно из-за обрушившейся крыши, пахло гарью и кровью. Влада осматривала каждый угол, каждую тень, боясь и надеясь найти тела своих близких.

– Смотри, – Светозар указал на стену, где висела старая доска с инструментами. На ней было что-то нацарапано – странные символы, которых Влада никогда раньше не видела. – Что это?

Она подошла ближе, вглядываясь в царапины. Это не были обычные буквы или знаки, но что-то в них казалось знакомым, словно она должна была понимать их значение.

– Я не знаю, – призналась она. – Но, кажется, это сделано недавно. Видишь, стружка ещё свежая.

Светозар провёл пальцем по одному из символов.

– Как будто кто-то очень торопился. И использовал… это, – он поднял с пола тонкое шило – один из инструментов её отца.

– Послание, – внезапно сказала Влада, осенённая догадкой. – Это послание для меня. От мамы или от Мороуны.

– Но ты не понимаешь, что тут написано?

– Нет, но… – Влада прикрыла глаза, вспоминая уроки ведуньи. Концентрация, внутренняя сила, способность видеть скрытое… – Может быть, я могу почувствовать.

Она подошла к стене и осторожно положила ладонь на символы. Сначала ничего не произошло, но потом она ощутила лёгкое покалывание в пальцах, словно по дереву проходил слабый электрический ток.

– Что-то есть, – прошептала она, не открывая глаз. – Что-то… призывает меня.

Тепло в её груди, то самое, что помогало ей управлять огнём и создавать защиту, начало расти, распространяясь по телу. Символы под её пальцами словно ожили, засветившись слабым голубоватым светом, видимым только ей.

И вдруг она услышала голос – тихий, словно издалека, но отчётливый. Голос матери.

«Влада, если ты это слышишь, значит, ты жива и вернулась в село. Уходи отсюда как можно скорее. Карачун ищет тебя. Мы с Мороуной уходим на восток, к Старым Холмам. Там есть место силы, которое может помочь нам. Найди нас там, но будь осторожна. Доверяй своему дару, он укажет путь. И помни – что бы ты ни увидела, что бы ни услышала, не всё реально. Он мастер обмана. Я люблю тебя, доченька».

Голос стих, и свечение символов угасло. Влада открыла глаза, чувствуя, как по щекам текут слёзы.

– Влада? – обеспокоенно позвал Светозар. – Что случилось?

– Это от мамы, – её голос дрожал от волнения. – Она жива! И Мороуна тоже. Они ушли на восток, к Старым Холмам.

– Это хорошая новость! – Светозар улыбнулся, но затем его лицо снова стало серьёзным. – А что насчёт Борислава? И твоего отца?

Влада покачала головой.

– Она ничего не сказала о них. Только предупредила об опасности и попросила найти их у Холмов.

Она оглядела кузницу, пытаясь найти ещё какие-нибудь знаки или подсказки, но больше ничего не было.

– Что будем делать? – спросил Светозар. – Пойдём на восток?

Влада задумалась. С одной стороны, ей хотелось немедленно отправиться на поиски матери и Мороуны. Но с другой…

– А как же Борислав? – она посмотрела в сторону леса, куда, по словам Родиона, ушёл её брат. – Если он жив, но странно себя ведёт… Что если Карачун как-то влияет на него?

– Мы не знаем наверняка, был ли это действительно он, – осторожно заметил Светозар. – И мы не знаем, куда именно в лесу он пошёл. Лес огромен.

– Но мама и Мороуна будут в Старых Холмах, которые находятся в дне пути на восток, – рассуждала Влада. – Если мы пойдём туда и найдём их, они смогут помочь нам с поисками Борислава.

– Звучит разумно, – согласился Светозар. – К тому же, оставаться здесь опасно. Навьи могут вернуться.