Алексей Мелов – 632 километра (страница 16)
Следующим утром Таня, не вставая с постели, опубликовала еще один пост в паблике «Ищу тебя». Предыдущая ее запись ушла вниз в ленте, и до нее уже приходилось листать. Было холодно. Из-за аварии на перекрестке собралась пробка, а на остановке скопилось много народу. В маршрутке было душно и тесно, но доехала Таня вовремя. Целый день ей писала Марина. Ее парень помирился с ней, чему она была очень рада. С самого утра писал Григорий. Скидывал музыку. Пару песен Таня даже прослушала после учебы по дороге на работу. Они были грустные, и она не стала слушать больше. По дороге на работу Таня успела сильно замерзнуть. Согревалась она кофе со своей любимой шоколадкой. По заданию шефа она подготовила несколько типовых исковых заявлений и стала ждать его приезда. А пока ждала, зашла в соцсеть на страничку для поисков. Ее пост опубликован, под ним снова были неприятные комментарии про то что, мол, так понравилась девочке машина, что уже второй пост выкладывает. Автор этого комментария, молодой парень, имел на аватаре фото на фоне дорогого автомобиля, явно ему не принадлежавшего. Начальства все не было.
Таня зашла в социальную сеть на страницу Грачевой. Она методично и основательно прошлась по всей страничке, тщательно просматривая каждое фото, запись и комментарий. Прошло около часа, прежде чем она нашла то, что искала. Под одной из шести сотен фото, среди тридцати отметок «Мне нравится» одна принадлежала ему. Алексей Рогов. Это был он. Фото свежее. Тот же взгляд, та же куртка, в которой она увидела его тогда в магазине. Ее поиски были закончены. Ай да Алина, ай да тварь. Она разберется с ней, но позже, а пока что она по кругу смотрела его немногочисленные фото и читала стену. Цитаты из прочитанных книг, подборки музыки в стиле «Industrial metal» и «русский рок», какие-то новости, фотографии. Все просто и лаконично. Информации было немного, по этой страничке сложно было определить, чем человек занимается или судить о его интересах. Таня начала набирать сообщение, но задумалась. Что если он просто посмеется над нею? Или он женат или.… Слишком много было разных «Или».
Главное не думать слишком долго. Это может повредить делу. Если постоянно думать и ничего не делать, можно превратиться в одного из грустных охранников или водителей с замысловатыми подписями. Нужно брать и делать. Она снова зашла в свой новый аккаунт, созданный специально для поисков и кратко описала ему историю произошедших событий, прикрепив к сообщению пару своих фотографий. Начальник в тот вечер так и не приехал. Он позвонил за полчаса до окончания ее рабочего времени и отпустил ее домой.
Таня ехала в трамвае с мечтательно-довольным лицом и любимой музыкой в наушниках. Она написала Марине. Потом Григорию. Хотелось поделиться своей радостью. Марина не отвечала, а Гриша сразу стал неприятно высказываться в отношении Алексея. Ему казалось, что Таня вот-вот обратит на него внимание, и они отправятся на свидание, теперь его планам пришел конец. Григорий считал, что нет в этом парне ничего такого особенного, чего не было бы в нем. Таня быстро поняла, что Григорий не рад за нее и закончила их разговор. Гриша улетел в черный список. Марина ответила ей через пару часов. «Ничего себе, Танюшка!»,– сказала она. Марину очень удивляло происходящее. А Алексея все не было онлайн.
Глава 5
Больница
Tell me why
You’re always on my mind
You’re always on my mind
Always on my mind
/Алсу/
Кажется, это был чей-то день рождения. Алексей немного опоздал, и к его приходу веселье уже шло полным ходом. Далеко идти не пришлось, дом, куда его пригласили, находился в соседнем квартале. Высокая деревянная входная дверь с двумя накладными замками, окрашенная в темно – вишневый цвет была не заперта. Он зашел в старенькую квартирку, давно не видавшую ремонта и повесил свою куртку поверх десятков других. Гостей было так много, что, казалось, нет ни одного свободного угла, и все они уже находились в хорошей степени подпития. Такое количество людей рядом доставляло Алексею дискомфорт. В квартире было откровенно тесновато и душно. Все возможные светильники в каждой комнате были зажжены, но свет, тем не менее, казался как бы приглушенным, а углы тонули в полумраке. Одна и та – же песня будто преследовала его весь день. Она играла почти на всех радиостанциях и у всех в телефонах, а когда замолкала там, начинала играть в голове.
Откуда-то из толпы материализовался Евгений. Он был уже слегка подшофе, и это делало его необычно веселым и многословным. В руке он держал бутылку пива со вкусом лайма. И, по видимому, это была не первая бутылка, выпитая сегодня им.
Организаторы этого действа готовились основательно. Была куплена просто бездна разного спиртного. Все было недорогое, но ассортимент получился достойный лучших домов. Все это, вместе с пластиковыми стаканчиками, убористо расположилось в одной из комнат на старом, но внушительном и крепком, советском журнальном столике. Примерно такая же куча уже опустошенных бутылок была под ним. Одна из девушек чем-то напомнила ему Катю. Алексей подошел и поздоровался с ней. Она с ходу предложила:
– Хочешь, я сделаю для тебя мой фирменный коктейль?
– Хочу.– Ответил Алексей. Он только сейчас понял, насколько она уже пьяная. Интересно, Катя когда-нибудь так напивалась?
Коктейль имел вкус ананаса. Крепкий и сладкий, он быстро согрел Алексея после уличного холода. Девушка наблюдала за его губами, а он за движениями ее расширенных зрачков.
– Ну как? – спросила она, убирая с его черного свитера несуществующую соринку.
– Очень интересный вкус. Спасибо, Кать.
– Я не Катя, я Алиса.
– Извини, Алис. Спасибо.
Было не похоже, что Алиса обиделась. Она, напротив, будто пропустила эти слова мимо, сразу же забыв их. Взяв свои стаканы, они отошли к окну, за которым был темный пустой двор и робкий, редкий снег в свете фонаря. Весь вчерашний вечер Алексей провел на их с Катей месте. Тогда и начался этот снегопад, продолжающийся до сих пор. Он сидел тогда на той скамейке, мысленно блуждая где-то далеко, пока не осознал, что сильно замерз. Уже несколько дней он пытался научиться жить без Кати. Как-то до этого жил, думал он, значит и сейчас получится. Выбор сделан. Время лечит. Адаптационный механизм, заложенный в нас природой, делает свое дело. Человек со временем свыкается и приспосабливается ко всему. Нужно просто подождать. И он ждал. А в это время город снова засыпало снегопадом.
Алиса постоянно находилась рядом с ним, отлучаясь только за тем, чтобы обновить содержимое их стаканов. Она все время пила свой ананасовый коктейль и Алексею казалось удивительным, как в нее помещается столько жидкости, не говоря уже об алкоголе. На один его стакан приходилось два выпитых Алисой. И, казалось, что с каждым разом пропорция алкоголя в нем растет. Скоро все присутствующие сильно напились и стали общаться между собой небольшими группами или даже парами. Наш герой тоже немного выпил и общался со всеми подряд, переходя от собеседника к собеседнику. Алиса везде следовала за ним. Разговоры были одни и те же, и, вскоре ему это наскучило. Вечер подходил к своей кульминации. Начались игры в бутылочку и «Твистер». Алексей и Алиса не участвовали в игре, они стояли, опершись на подоконник, и наблюдали за ее ходом со стороны. Евгений выпил еще и социализировался сверх нормы, активно участвуя во всех играх и разговорах. Алиса рассказывала о том, какие ее одноклассники моральные уроды. Алексей хорошо понимал ее. Она училась в той же школе, откуда недавно ушел Алексей, но он почему-то ее не помнил. Возможно, в последние годы он слишком много прогуливал. Алексей развернулся и посмотрел в окно. Снегопад усилился. Внизу, во дворе, одиноко сидела на лавочке женская фигура. Снова вспомнилась Катя. Алиса удалилась за очередной порцией коктейля, когда мобильник в кармане его джинсов завибрировал неожиданной СМС-кой.
«Привет, Солнышко…» Это была она. Алексей уткнулся в экран своего мобильника, набирая в ответ вопросительное СМС. Ответ пришел мгновенно. «Ты не идешь из моей головы…» Наверное, она тоже весь день отовсюду слышит эту песню. Постепенно у них завязался разговор. Было шумно, его постоянно кто-то звал, или подходил, начиная что-то спрашивать или рассказывать. Алиса не замолкала. Это мешало ему сосредоточиться на их переписке с Катей. Когда Алиса ушла за очередной порцией напитка, Алексей передвинулся к выходу из квартиры. Дверь все еще была не заперта. Бесшумно прикрыв ее за собой, Алексей оказался на лестничной клетке, забыв забрать из прихожей свою куртку. Он не стал за ней возвращаться, постоял немного, прислушиваясь к шуму метели на улице, который доносился через покоробленные временем подъездные окна. Чтобы не мешали звуки из квартиры, Алексей решил подняться на лестничный пролет выше, где присел на подоконник.
Было холодно и очень тихо. Слышно только отдаленные, неразличимые пьяные разговоры его друзей, посвистывание ветра за окном и звуки вибрации телефона от приходящих на него СМС. Уличный фонарь через окно тускло освещал площадку и часть лестницы. На узком, в потрескавшейся белой краске, подоконнике стояла жестяная банка с окурками, рядом с которой лежала засохшая серая бабочка. Катя писала, что-то о подругах, потом о своем новом парне, что он ее «грузит», и она постоянно думает о нем, Алексее и очень скучает. Он скучал тоже, но понимал, что даже если все вернется на прежние места, то долго не продлится. Не то чтоб он хотел быть правым больше, чем счастливым. Пройдет немного времени, и она вновь променяет его на очередного встретившегося ей парня, с которым сможет говорить на расстоянии вытянутой руки. И тогда он не будет ни прав, не счастлив. Кто-то из мудрецов древности называл единожды простившего – мудрецом, дважды – святым, а трижды – дураком. Ощущение счастья снова будет недолгим. Он ответил, что они уже сделали свой выбор, и теперь и ей и ему придется с этим выбором жить. Тишину внезапно нарушил глухой звук. Где-то сквозняк захлопнул форточку, как бы ставя точку.