Алексей Мелов – 632 километра (страница 15)

Татьяна, открыв присланную Алиной ссылку, тут же все поняла. Конечно, может, сама Алина – просто ложный след, но вечером она досконально изучит ее страницу. Если они имели какие-то отношения, там должно что-то остаться. И если хотя бы что-то осталось, то он непременно это разыщет. Или она не Танюшка Воскресенская.

А Григорий сидел в этот момент на работе за столом, беспорядочно обложенным большим количеством бумаг. Мешки под глазами и мятая одежда выдавали в нем человека уставшего и измученного. Он был рядовым специалистом в структуре Пенсионного фонда и занимался в основном, социалкой. Он работал здесь уже больше года, и работы всегда было больше, чем тот объем, с которым он смог бы справится. Приходилось обрабатывать только самые срочные бумаги, те, что поручило начальство и те, сроки по которым истекали сегодня-завтра. Выходные он проводил по одному из двух сценариев. Иногда он приходил на работу и оставался там до вечера. А иногда ехал в гости к родителям – в соседний город на другом берегу реки. Вечером же он пропускал пару стаканов в недорогой местной пивной или играл с друзьями в компьютерные игры.

Зарплаты едва хватало на платеж по недавно взятой ипотеке, всем остальным Григория обеспечивали родители. Запросы он имел весьма скромные, и данное положение дел никого из них не обременяло. Что-то себе купить он мог с квартальной премии, которую растягивал надолго или покупал что-то глобальное. В месте его работы ничего не менялось десятилетиями, даже ремонт не делался с Брежневских времен. Если бы не рутина, то, не смотря на небольшую зарплату, ему здесь нравилось. Рассматривая запросы граждан, Гриша, чувствовал, что принимает какие-никакие, а решения. Григорий любил чувство власти, но чувство ответственности и объем работы его угнетали. Жил он в паре кварталов от места работы, в ипотечной однокомнатной квартире, на третьем этаже панельной пятиэтажки, и на обед обычно ходил домой пешком.

Недавно он вернулся с обеденного перерыва, но никак не мог собраться и начать работать. Он сидел и разглядывал присланные Таней фотографии. С момента устройства на работу и переезда в город, он искал себе девушку. Он каждый день заходил на сайты знакомств и в социальные сети. Намерения у Гриши были самыми серьезными, а вот с девушками, почему-то не везло. Они, либо изначально не обращали на него никакого внимания, либо через некоторое время предпочитали ему других парней. Таня сразу же запала ему в душу. Она говорила с ним ласково и уважительно, часто называя его по имени. Григорий считал, что вот она, девочка его мечты. Которая родит ему двоих детей (старшую дочку и чуть позже сына), которая будет жить с ним в его маленькой квартирке, создавая там уют, с которой он будет делить свои радости и печали. А он будет заботиться о ней, укрывать во сне пледом и покупать цветы и конфеты с квартальной премии. Татьяна, считал он, сможет любить его настоящего, и ему не придется постоянно кем-то перед ней прикидываться. Нужно только подождать пока у нее не выйдет из головы глупость с поисками незнакомого парня. А пока он рассматривал ее фото и думал, как вытащить ее на свидание.

Алексей возвращался в общагу с практических занятий, когда получил сообщение от Романа. Тот скинул ему ссылку на группу «Ищу тебя» в социальной сети. Алексей не сразу понял, о чем идет речь. На ступеньках крыльца общежития он остановился, открыл ссылку и пару раз внимательно прочитал пост. Да, похоже, это про него. Указан номер машины, дата и время, и цвет куртки. Интересно, что это? Может его разыгрывают, или это Алина? В любом случае, находиться он не спешил. Конечно, было любопытно, но ему казалось, что подобные вещи не происходят в его жизни. Поднявшись в комнату, и налив себе чай, он изучил Танину поисковую страницу. Фото нет, один друг. Парень. Нестеренко Григорий. Лицо знакомое, будто бы где то видел. У Алексея была плохая память на лица, он лучше запоминал привычки и характер людей. Алексей налил себе еще чаю и сделал пару бутербродов. Его сосед по комнате, обложившись книгами и тетрадями, сосредоточенно готовился к экзамену. Перерыв закончен. Нужно было переделывать курсовую и оформлять лабораторные. Его уже ждали две девушки с его потока, все, что осталось от группы из его города к пятому курсу. Вчера, заселяясь в общагу, они пытались договориться, чтобы их поселили если не в одну комнату, то хотя бы рядом, но получили отказ. Он взял ноутбук, толстую тетрадь на кольцах, папку с курсовой работой и вышел за дверь. Троица занималась до полного отключения сознания, стремясь сделать за вечер и ночь как можно больше. Перед коротким сном, почти под утро, им захотелось перекусить. Алексей, уже наполовину спящий, в шутку, спросил у одной из них, что, по ее мнению хуже, быть интеллектуально ущербным или духовно нищим. Подумав она ответила, что духовная нищета хуже умственной. В чем-то она права. Интеллектуальную неполноценность можно постепенно побороть, имея большое желание, а вот с духовной уже ничего не сделаешь. Хотя, блаженны нищие духом, ибо… Алексей провалился в сон, так и не найдя ответа на этот вопрос.

Таня провела вечер с Мариной. Та позвонила ей под конец рабочего дня и попросила заехать. Татьяна купила печенье к чаю в торговом центре, в здании которого находился их офис и села на трамвай. По дороге она проверила почту. Весь день ей писал Григорий, больше ничего нового. Она ответила, пообещав прослушать песни, скинутые им, как-нибудь потом. Андрей даже не пытался выйти на связь. Это хорошо, значит, он все понял. У Марины была очередная личная драма. Если у Тани были одни отношения в жизни, длиной в несколько лет, то у Марины парни менялись в лучшем случае, раз в полгода. Расставание с каждым эмоциональная Марина переживала очень сильно, но недолго, быстро переключаясь на следующий объект. Это было единственное, что в ней не нравилось Тане, неумение разбираться в людях. Все Маринины парни были чем-то схожи. Они любили футбол, компьютерные игры и пиво. Таня считала их примитивными. Не было в них ничего особенного или изысканного. Марина же считала, что Таня ждет принца и витает в облаках, постоянно всем отказывая. Искать кого-то после минутной встречи не было похожим на Таню, и казалось Марине странным. Тем не менее, они каждый раз находили общий язык и наслаждались обществом друг друга. Этот вечер они провели, снова засидевшись до девяти часов. Марина проводила ее до магазина, в котором купила себе разных сладостей – заедать горе, обняла Таньку и пошла домой. Таня зашла в свой двор в половине десятого. Родители, наверное, уже волнуются.

У подъезда ее ждал Андрей. Он собирался поговорить с Таней, но долго ждал и уже слишком много принял «для храбрости», поэтому с трудом держался на ногах. На его одежде были следы падения. Он пытался что-то сказать Тане, но был настолько пьян, что выходило лишь нечленораздельное бормотание. Он пытался пойти за ней, но чуть не упал, с трудом удержав равновесие. Помедлив немного, Таня взяла его за рукав и повела домой. Она понимала, что сам он не в состоянии дойти, даже до своего дома в соседнем дворе. Его штормило, носило из стороны в сторону, часто он громко выкрикивал что-то бессвязное. Несколько раз Таня, ценой больших усилий, удержала его от падения. Наконец, она завела его в подъезд и помогла подняться на этаж. К этому моменту Андрей перестал издавать даже пьяные звуки и просто стоял, наклонив голову и опираясь макушкой в стену. Она нажала на дверной звонок и подержала секунд пять. Он всегда так звонил. За дверью послышался шорох, и голоса его матери и сестры. Отец-сантехник был еще на работе, он часто задерживался там, выпивая с коллегами. Услышав скрежет ключа в замке, Таня побежала по лестнице вниз, пытаясь не так громко стучать каблуками, но это было бесполезно, звук ее шпилек слышал весь подъезд.

Во дворе было пусто. Холод разогнал по домам всю местную молодежь – друзей Андрея, обычно допоздна находящихся во дворе. Татьяна ни с кем из них не поддерживала контакта, всегда сторонилась, считая их потерянными и пустыми людьми. Посреди этого двора недавно в очередной раз отремонтировали качели. Таня села на них и начала раскачиваться, думая о чем-то своем. Качели громко скрипели.

Кажется, в прошлой жизни, на лавочке рядом с этими качелями у них с Андреем проходило свидание. На ней была еще та куртка, больше на несколько размеров, подарок тети из Краснодара, которую она сносила раньше, чем до нее доросла. Андрей курил купленные поштучно у бабок на остановке, сигареты «Тройка», а Таня ела шоколад «Путешествие». Шоколадку утром дал ей отец, когда подвозил ее в школу, она тогда еще поделилась с Мариной, и к вечеру осталось совсем немного. Откуда-то из окон раздавались громкие звуки телевизора, показывающего вечерний выпуск новостей. Таня рассказывала о том, как ей не терпится уйти со школы, а Андрей, желая ей польстить, говорил, что ее голос напоминает вокал одной из солисток группы «Тату». Тане тогда очень хотелось на эти качели, но они были сломаны.

Неприятный скрип качелей нарушал холодную тишину двора. Где-то рядом, в одном из соседних дворов, живет Григорий. Не хватало еще столкнуться с ним на улице. Он писал Тане весь день и уже несколько раз предлагал встречу. В общем-то, он неплохой парень, но Таня не имела желание переводить их общение в какой-либо другой формат. Она встала с качелей и отправилась домой. Руки замерзли от металла, а лицо от ветра. Раскачанные ею качели еще некоторое время скрипели, будто прощаясь с ней.