Алексей Макаров – Приключения Лёньки и его друзей (страница 6)

– Сколько за них, Тань?

– Бери, бери, – щебетала буфетчица. – Они уже за всё заплатили.

Дядя Витя пожал плечами:

– Ну, спасибо тебе за свеженькие. В следующий раз рассчитаюсь…

– Буду ждать тебя, Витенька, – любезно щебетала буфетчица. – Ты уж не забывай нас. Заходи почаще.

Дядя Витя хитро подмигнул буфетчице:

– Воспользуюсь предложением, Танюша. Жди скоро в гости, – и, подтолкнув мальчишек к выходу, вышел с ними на площадь.

Шлагбаум в заборе, огораживающем взлётное поле, уже открыли, и пассажиры выходили к самолёту.

Мальчишки, подхватив рюкзаки, одними из последних вышли на лётное поле. Дядя Витя догнал Лёньку и всучил ему кулёк с пирожками.

– Держи привет от тёти Тани, – хохотнул он.

Пирожки приятно грели Лёнькину руку через плотную бумагу.

Дядя Витя вернулся за штакетник забора и оттуда помахал рукой мальчишкам, шедшим к самолёту.

На взлётном поле стоял один-единственный самолёт Ан-2, в народе прозванный «кукурузником». Мотор самолёта работал так громко, что, кроме его гула, ничего больше не слышали и с непривычки у них заложило уши.

С земли к самолёту стояла небольшая приставленная алюминиевая лесенка, возле которой стояла девушка в форме. Она, посмотрев на билеты, протянутые мальчишками, и сделала им разрешающий жест на посадку.

Войдя в самолёт, мальчишки осмотрелись. Справа от двери в какое-то полупустое помещение они поставили рюкзаки и прошли налево в салон.

Там с обоих бортов находилось по четыре круглых иллюминатора, а под ними тянулись скамейки.

Мальчишки устроились на них и с интересом смотрели, как самолёт готовится к взлёту.

Оба пилота сидели в кабине и переключали какие-то тумблеры. Из кабины вышел дядечка с бумагами и, закрыв за собой дверь, прошёл к выходу.

Всё казалось непривычным. Неожиданно мотор самолёта натужно загудел и самолёт сдвинулся с места.

Ухватившись за поручни и повернувшись боком к иллюминаторам, мальчишки с любопытством смотрели в них.

Самолёт разбежался по грунтовой полосе аэродрома и оторвался от земли.

Он поднимался всё выше и выше, так что внизу сразу, как на ладони, они разглядели город и реку Зею со всеми её изгибами.

Лёнька разглядел на ней даже пляж, на котором он обычно купался с Тайгой, а потом пошли леса, сопки и какие-то небольшие деревушки. Всё с высоты выглядело маленьким и игрушечным.

От рёва мотора заложило уши, так что если Лёньке или Сашке хотелось что-то сказать, то они изо всех сил кричали друг другу на ухо. Тогда хоть что-то можно было расслышать.

Атмосфера полёта, рёв мотора, необычность обстановки вызывали состояние неописуемого восторга и радости. Крепко держась за поручни, мальчишки глазели в иллюминаторы, стараясь не пропустить любую мелочь.

Хотя Лёнька и раньше летал с папой на самолётах типа Ил-18 или Ту-134.

В прошлом году они из Москвы прилетели в Благовещенск, когда папу направили работать в «Амурзолото».

Непроизвольно в памяти у Лёньки всплыли воспоминания, как они летели на Ил-18. Но там в салоне стояла тишина и за время полёта их несколько раз кормили, постоянно разносили воду и соки, а здесь приходилось крепко держаться за поручни и справляться с ощущениями падения, когда самолёт иной раз нырял в воздушные ямы.

В Октябрьском самолёт приземлился. Пассажирам разрешили выйти на взлётное поле и побродить полчаса.

Одни пассажиры вышли, другие зашли и самолёт вновь полетел. Через час он приземлился в городе Зея.

На грунтовой полосе, содрогаясь всеми своими фибрами, он так трясся, что существовала опасность прикусить язык. Поэтому во время посадки и руления к вокзалу мальчишки молчали.

Мотор выключили и от непривычной тишины в ушах стояли «пробки».

Перед вылетом из Свободного дядя Витя сказал, чтобы они выходили на взлётное поле и там их встретит дядечка, который и отвезёт их в гостиницу.

Подхватив рюкзаки, мальчишки по хиленькому трапику спустились на взлётное поле побрели к заборчику, огораживающему его.

После прохлады внутри самолёта тут стояла реальная жара.

В самолёте Лёнька надел свитер, а тут невероятно палило солнце, так что совсем не чувствовалось, что они находятся на севере Амурской области.

Так что пришлось сразу снять свитер, и идти в одной рубашке.

Подходя к забору, мальчишки увидели, что за ним стоит какой-то дядечка и машет им рукой.

Когда мальчишки подошли к нему, то тот сразу же обратился к ним:

– Вы, что ли, от Владимира Даниловича?

Мальчишки утвердительно закивали, потому что после грохота мотора наполовину оглохли.

– Вы Макаров и Фролов? – едва расслышали мальчишки.

– Да, – закричали они в один голос.

– Чё орёте? Оглохли, что ли? – И мужчина рассмеялся. – Ничего. Скоро это пройдёт. Ну, пошли. – Поторопил он их. – Вон видите, машина стоит?

Мальчишки уже не стали орать, а только в знак согласия закивали.

– Вот к ней и пойдем, – как будто издалека они слышали его голос.

Через двадцать минут они подъехали к какому-то зданию барачного типа из катаных брёвен и с высокой крышей. Вокруг здания росли огромные сосны, создающие спасительную тень. От распаренной земли шёл аромат прелых иголок и еловой смолы.

Подойдя к входной двери в здание, Лёнька прочёл на невзрачной табличке, что их привезли в гостиницу треста «Амурзолото».

Дядечка провёл мальчишек к администратору.

Им оказалась очень крупная женщина. Она сидела в небольшом кабинетике и задумчиво изучала журнал «Работница».

Дядечка, встретивший мальчишек, свободно зашёл в кабинет, вольготно устроился в неприглядном креслу у стола и распорядился:

– Вот два архаровца переночуют у тебя тут, а завтра Васька с Золотой Горы их заберёт и доставит туда. Они здесь только переночуют, – и, для полного понимания пояснил: – Надо за ними пронаблюдать, чтобы они никуда не свистанули, а то чёрт его знает, что у них там на уме, – уже тише сказал он администраторше.

Та, внимательно выслушав пояснения, всполошилась не на шутку:

– Да не волнуйтесь вы, Иван Денисович. Всё будет нормально. Мы тут с них глаз не спустим. Они всё время будут у меня, как на блюдечке, – и строго глянула на мальчишек.

– Это приказ самого Владимира Даниловича. – Иван Денисович поднял указательный палец над головой.

Администраторша ещё пуще прежнего закивала в знак согласия, подскочила с места, готовая тут же приступить к приказу «самого Владимира Даниловича».

Успокоенный Иван Денисович поднялся с кресла, распрощался и ушёл, а администраторша тут же повела мальчишек показывать место, где они смогут провести ночь.

– Пойдёмте, мальчики, – елейно лепетала она. – Сейчас я вам тут всё покажу. Меня зовут Нина Петровна. Можно просто Петровна. Вы всегда меня можете здесь найти. Если что надо будет или, не дай бог, кто обидит, то немедленно бегите ко мне. Я этим бичуганам покажу, – потрясла она перед собой внушительным кулаком.

Это она произнесла так угрожающе, что находящиеся вблизи бичуганы, услышав эту угрозу, сразу бы испугались Петровны.

Лёнька с Сашкой прошли вслед за всесильной Петровной в комнату с десятком коек. Скорее всего, раньше это была не комната, а какой-то зал, позже переоборудованный в гостиничный номер.

Людей в комнате не было. Две койки заправлены, а на остальных постели примяты и только небрежно прикрыты одеялами.

Петровна указала мальчишкам на две заправленные койки.

– Вот эти коечки и будут вашими, – ласково произнесла она. – Так что, ребятки, давайте устраивайтесь здесь до завтрашнего утра, – и собралась уходить. Но тут, что-то вспомнив, повернулась к мальчишкам. – Вы же, наверное, голодные? – Петровна с заботой посмотрела на своих юных постояльцев и, увидев их нерешительность, тут же решила: – Вам надо обязательно покушать. У нас тут рядом есть небольшая столовка. Вы туда сходите и поешьте. Там всё очень дёшево. Деньги-то у вас есть? – Она ещё раз по-матерински оглядела мальчишек.

– Есть, есть, – ответили они в один голос.

Мама дала Лёньке пять рублей, да и у Сашки был трояк.