Алексей Макаров – Приключения Лёньки и его друзей (страница 5)

– Конечно! – Братья честно уставились на папу.

– Хотелось бы верить. – В голосе у папы проскочила нотка сомнения. – Но будем надеяться, что без Лёньки дом не развалится.

На эту шутку все дружно рассмеялись, а потом папа достал «Таинственный остров» и, прочитав одну главу, произнёс обычную фразу:

– Ну а о том, что будет дальше, мы узнаем завтра.

Мальчишки подошли к маме. Она их обняла и по очереди расцеловала со словами:

– Спокойной вам ночи, мои хорошие.

Папа погладил их по головам и ласковым шлепком направил к спальне, а сами они остались на кухне допивать чай.

А Лёнька отправился на веранду, улёгся на раскладушку, но сон к нему не шёл. Он долго ворочался, вспоминая прошедший день и воображая, что произойдёт завтра… Но в конце концов крепко заснул.

Глава вторая

Утром приехал папин шофёр на «уазике». Папа сделал несколько фотоснимков отъезжающих работяг у порога дома, а мама с тётей Галей расцеловали их, почему-то смахнув при этом слезу.

Аэропорт представлял собой белое оштукатуренное здание с небольшим залом ожидания и кассой в дальней его части. Чтобы сказать что-нибудь в кассу, приходилось согнуться в три погибели. Это и сделал шофёр дядя Витя.

Он наклонился к маленькому зарешёченному окошку и заискивающе произнёс:

– Девушка, родная, а рейс на Зею будет вовремя?

Из окна послышался чуть ли не рык тигра:

– А тебе-то что?

– Билеты тут, – он указал пальцем на Лёньку с Сашкой, – на этих мальцов были вчера директором заказаны.

Рык сменился на хрипловатый женский голос:

– Так давай сюда их документы.

Дядя Витя обратился к мальчишкам:

– Давайте свои документы сюда.

Лёньке мама его свидетельство о рождении положила в небольшую коробочку в боковой карман рюкзака.

Лёнька поставил рюкзак на пол и, достав коробочку, передал дяде Вите своё свидетельство о рождении. Сашка сделал то же самое.

Дядя Витя передал в щели решётки документы мальчишек, и они принялись ждать дальнейшего решения своей судьбы.

Ждать пришлось не больше пяти минут.

Из-за решётки раздался приятный женский голосок:

– Берите билетики для мальчиков. Самолёт будет отправляться через полчаса. Их проведут к борту. А сейчас пусть они пройдут в зону ожидания.

Взяв билеты, дядя Витя махнул рукой, и мальчишки, взвалив рюкзаки на плечи, пошли за ним.

Выйдя из здания аэровокзала, они осмотрелись.

Видя, что мальчишкам делать нечего, дядя Витя посоветовал им:

– Вы пока тут походите. Посадка начнётся только через полчаса. А я в тенёчке, покурю. А рюкзаки можете оставить здесь, – и прошёл к ближайшей скамейке.

Напротив аэровокзала находилось другое одноэтажное здание с точно такими же обшарпанными стенами, как и само здание аэровокзала. Над его входом красовалась вывеска, по которой становилось понятно, что там находится столовая. Но в надписи на вывеске у буквы «Л» кончик по какой-то причине стёрся, и получалось, что там находится «СТОПОВАЯ».

Посмотрев на вывеску, мальчишки рассмеялись, но прошли в эту «СТОПОВУЮ».

Внутри её оказалось прохладно и тихо. Они подошли к застеклённому прилавку и принялись рассматривать, что там находится.

Там, за стеклом, они увидели какие-то салаты и пирожки.

Сашка поинтересовался у дородной тётеньки в белом чепчике:

– А с чем у вас пирожки?

Тётенька не спеша повернулась к мальчишкам и, внимательно осмотрев их, изрекла:

– Что? Не видишь, что ли, что там написано? Или зенки повылазили?

Всю эту фразу она произнесла на одной ноте пренебрежения к недостойным покупателям, и ни один мускул на лице тётеньки даже не шевельнулся.

Сашка приник к стеклу витрины и с трудом рассмотрел замасленную и расплывшуюся надпись на этикетке.

– О! С мясом! – Он посмотрел на Лёньку. – Будем брать?

Хотя Лёнька хорошо поел дома перед отъездом, но перед тётенькой постыдился ударить в грязь лицом, поэтому кивнул Сашке:

– Буду. Два.

Тогда Сашка, повернувшись к дородной тётеньке и заискивающе попросил:

– А дайте нам, пожалуйста, четыре этих пирожка и по стакану компота, – и указал на блюдо с пирожками за стеклом прилавка.

Тётенька, не взглянув на Сашку, достала четыре пирожка с прилавка и, шмякнув их на кусок подвернувшейся бумажки, не торопясь завернула их.

– Давай двадцать восемь копеек, – небрежно изрекла она в сторону Сашки.

Лёнька с Сашкой порылись в карманах и собрали необходимую мелочь, а потом, взяв пирожки и компот, отошли от прилавка и присели за дальний столик.

Тошнотики оказались холодными и жёсткими, а компот кислый и несладкий.

Лёнька попытался выковырять из тошнотиков предполагаемое мясо и попробовать его. Но из внутренностей пирожка, кроме какой-то слизи и жил, достать ничего не удалось. Компот он только попробовал, а когда почувствовал вкус кислятины, отодвинул его от себя.

Сашка непроизвольно повторил все Лёнькины манипуляции, и они, недовольно посмотрев друг на друга, рассмеялись.

– Неважное получается начало нашего путешествия, – горько улыбнулся Лёнька, – даже отметить его не удалось.

– Да… жаль, – протянул Сашка.

– Чего жаль? – не понял его Лёнька.

– Да двадцать восемь копеек жаль, – с сожалением в голосе покачал головой Сашка.

– В следующий раз будем спрашивать, свежие пирожки или нет, – посоветовал сам себе Лёнька.

Но не успели они «насладиться» прелестями «СТОПОВОЙ», как туда заглянул дядя Витя.

– Чего сидим? Кого ждём? Быстро на посадку! – Чуть ли не прокричал он мальчишкам. – Я уже сбился с ног в ваших поисках!

Буфетчица, увидев дядю Витю, расплылась в улыбке.

– Твои, что ли? – кивнула она на мальчишек.

Дядя Витя громко подтвердил, показывая на мальчишек:

– Конечно. Вот поручили директорских сынков в самолёт посадить.

– Так что же они мне об этом раньше не сказали? – всплеснула руками буфетчица. – Я бы им свеженьких пирожков дала.

Она наклонилась под прилавок и достала блюдо с пирожками, от которых шёл пар и распространялся божественный аромат. Она тут же завернула их в кулёк из плотной бумаги и передала дяде Вите.

Взяв у неё пирожки, тот спросил: