Алексей Макаров – Приключения хорошего мальчика (страница 4)

Колбаса оказалась настолько вкусной, что он сразу съел весь кусок. Ему этого показалось мало, и он вновь открыл знакомый ящик, чтобы достать остатки колбасы. Убедившись, что в ящике ещё много чего осталось, закрыл комод и уже конкретно огляделся.

На потолке по-прежнему играли «зайчики». Заинтересовавшись, откуда же они берутся, он вновь залез на диван, отдёрнул плотную, не полностью задёрнутую штору, и посмотрел в большое квадратное окно.

Увиденное его поразило. Насколько хватал взгляд, он увидел ярко-синее море. Над ним возвышалось такое же синее небо с маленькими шапочками белых облачков. Хоть небо и имело синий цвет, но он оказался не настолько ярким, как безбрежная даль моря. Солнце отражалось от морской поверхности, и оно играло на ней множеством ярких бликов, а они проникали через широкое окно в его комнату и «играли» на потолке. Теперь Лёнька понял, откуда взялись эти игривые «зайчики».

Захотев всё это получше рассмотреть, он осторожно слез с дивана, натянул брючки, надел рубашку, обулся в сандалики, открыл дверь и вышел в длинный коридор.

Пол в коридоре покрывали яркие красные ковровые дорожки. Они тянулись вдоль всего коридора и оказались настолько мягкими, что Лёнькины ноги в них утопали. Когда нога на них наступала, то они в ответ пружинили и звука шагов не слышалось. Это поразило его. Он даже попрыгал для проверки, но звук от соприкосновения сандалий об пол, так и не услышал. Поэтому, уже не опасаясь, что его кто-нибудь услышит, Лёнька смело двинулся дальше.

Дошёл до деревянной двери с большим круглым окном наверху, обеими руками со всех сил нажал на блестящую жёлтую ручку, переступил блестящий жёлтый порог и вышел на деревянную палубу.

Хотя в коридоре с потолка светило множество люстр, но свет яркого солнышка, отражавшегося от многочисленных волн ярко синего моря, его ослепил.

Прикрыв глаза рукой и прищурившись, он завороженно смотрел на безбрежное море.

Так вот оно какое это знаменитое море!

Закрыв за собой дверь, прошёлся по светло-жёлтым доскам палубы. Интересным оказалось то, что щели между досками заделаны какой-то чёрной массой. Это Лёньку удивило. Он присел на корточки и попытался ковырнуть эту чёрную массу ногтём, но она не отковыривалась, а когда Лёнька понюхал палец, то он почему-то пах, как асфальт. Этот запах его удивил, и он решил:

«Надо будет у папы спросить почему асфальт в щелки положили. Папа всё знает».

Солнце ярко светило и ему на открытой палубе даже стало жарко, хотя на палубе дул слабый ветерок.

Посмотреть на море ему мешал высокий борт, поэтому он нашёл какую-то приступочку, поднялся на неё и, не отрываясь, смотрел на бесконечно простирающуюся гладь моря, отражающую лучи солнца.

Устав висеть на борту, Лёнька слез с приступочка и продолжил гулять по палубе. Тут ему захотелось пить, и он решил вернуться в свой люкс. Но дверь, из которой он вышел на палубу, найти не смог. Их на палубе оказалось так много, что он не знал в какую из них ему войти и в нерешительности остановился.

Но тут увидел крутую лестницу, ведущую куда-то вниз, и решил пойти по ней.

Она привела его на другую палубу, а там рядом находилась ещё такая же лестница, и Лёнька пошёл по ней и вновь вышел на другую палубу.

Где бы он ни проходил, все двери оказывались закрытыми, а их ручки такими тугими, что как бы он ни нажимал на них обеими руками, они не открывались.

Неожиданно он увидел открытую дверь и вошёл в неё. Здесь на полу уже не лежали расстеленные ковровые дорожки, а гул, от которого он проснулся, слышался более отчётливо. Теперь Лёнька понял, что этот гул идёт от работающих моторов. Ведь у них в посёлке точно также слышался гул от работающих механизмов фабрики.

Не зная куда идти дальше, Лёнька шёл по этому странному коридору.

Мягких дорожек нет. Под ногами, какое-то странное покрытие и от него отчётливо слышался звук его шагов. Стены светло зелёного цвета. На потолке обычные лампы в плафонах, а на дверях нет блестящих жёлтых ручек. Нет, ручки на дверях были, но только серого цвета, а когда Лёнька потрогал одну из них, то понял, что они сделаны из простого железа.

Неожиданно в коридоре он увидел ещё одну открытую дверь и вошёл в неё.

Как же он удивился, когда оказался в помещении, где сидело очень много людей. Они все ели и о чём-то говорили, а когда Лёнька вошёл, то эти люди сразу прекратили есть и замолчали.

К нему подошла красивая тётя, присела около него на корточки и ласково спросила:

– Ты откуда тут взялся, малыш?

Её вопрос показался Лёньке даже обидным. Какой же он малыш? Ведь ему недавно исполнилось целых семь лет. Ему с Таймуразом даже поручали гонять отару овец, чтобы они их пасли в горных лугах. А тут – «малыш»!

Поэтому Лёнька возмущённо ответил:

– Никакой я тебе не малыш! Мне уже семь лет! Я осенью в школу пойду.

От чего тётя рассмеялась и, погладив его по голове, уже серьёзнее спросила:

– Ну, если ты уже такой взрослый, то ответь мне пожалуйста, а что это ты тут один делаешь?

Поняв, что с ним разговаривают серьёзно, Лёнька с полным достоинством принялся рассказывать:

– Мы вчера сели на пароход и меня положили спать на диване. А утром я проснулся, то захотел кушать и пить и пошёл искать, где можно попить.

– Ну и что? – так же серьёзно продолжала расспрашивать его тётя. – Нашёл?

– Не-а, – честно сознался Лёнька. – Колбасу я съел, а где можно попить – не нашёл.

Но тут к ним подошёл высокий дяди и также дружелюбно начал разговор:

– Меня зовут дядя Ваня, – он протянул Лёньку руку и, по-доброму улыбаясь, предложил: – Познакомимся что ли?

– Ага, – подтвердил Лёнька и, в свою очередь протягивая руку, назвал себя: – А меня зовут Лёня.

– Так ты, получается, Лёня, потерял свою каюту? – дядя Ваня с пониманием посмотрел на Лёньку.

– Получается, что так, – неохотно подтвердил Лёнька, хотя ему очень не хотелось сознаваться в этом.

– Ну, это не беда, – дядя Ваня широко улыбнулся Лёньке. – Это дело поправимое. Сейчас мы это всё исправим, – и обратился к тётеньке, всё ещё сидящей на корточках перед Лёнькой. – А ты бы, Валюша, организовала нам чайку, и мы бы тогда с Лёней серьёзно по-мужски поговорили. Заодно он и попьёт, и позавтракает вместе с нами.

– Ой, и правда, – ойкнула Валюша. – Ребёнок пить хочет, а мы тут к нему с вопросами пристали, – и, взяв Лёньку за руку, провела к одному из столов. – Садись вот тут. Я тебе сейчас настоящего матросского чая налью, – и куда-то убежала.

Лёнька взобрался на вертящийся стул и огляделся.

Вокруг него находилось много взрослых дядек, и они все дружелюбно его разглядывали. Некоторые пытались заговорить, а кто-то намазал большой ломоть белого хлеба маслом и посыпал его сахаром.

Тут вновь появилась Валюша с огромной чашкой чая.

Лёнька сидел за столом в окружении моряков, пил чай и уплетал вкуснейший хлеб с маслом.

Все его спрашивали, как он здесь оказался. А потом, когда моряки узнали, что он из каюты с большими квадратными окнами, то дядя Ваня дождался пока Лёнька всё доест, взял его за руку и предложил:

– Пошли-ка, Лёня, поищем твою маму.

Лёньке так не хотелось уходить из компании таких добрых и весёлых дядек, но он понимал, что мама, наверное, проснулась и начала искать его, поэтому нехотя согласился:

– Пошли, – и протянул дяде Ване руку.

– А мама знает, куда ты ушёл? – озабоченно поинтересовался дядя Ваня.

– Наверное, нет, – предположил Лёнька. – Когда я вышел в коридор, она ещё спала.

– А-а, – протянул дядя Ваня, – тогда всё понятно. Поэтому пойдём-ка побыстрее к пассажирскому помощнику и пусть он отведёт тебя к твоей маме. А то она, наверное, если проснулась, места себе не находит. Так? – и дядя Ваня внимательно посмотрел на Лёньку.

– Наверное, – пожал тот плечами. – Я как-то не подумал об этом, – но, в оправдание тут же добавил: – Но я же дорогу к маме найти не смог.

– Вот это очень плохо, что не подумал, – тяжело вздохнул дядя Ваня, не обратив внимания на Лёнькино оправдание. – Об маме всегда надо думать. Она ведь у тебя только одна, – и, взяв его за руку, пошёл по длинным коридорам.

Там он передал Лёньку другому строгому дяде в чёрном кителе и большой белой фуражке.

Этот дядя выглядел так серьёзно, что Лёнька подумал, что это капитан, поэтому спросил у него:

– Дядя капитан, а где твой бинокль? Как же ты пароходы водишь без бинокля? – на что дядя рассмеялся и ответил:

– А же тебя только к маме отведу, а для этого мне бинокль не нужен. Я и без него туда путь хорошо знаю, – и, взяв Лёньку за руку, повёл его уже по знакомым коридорам с ковровыми дорожками и красивыми люстрами.

Перед одной из дверей дядя в чёрном кителе остановился и громко постучал в неё.

Дверь тут же распахнулась и на пороге Лёнька увидел заплаканную маму.

– Вот ваша пропажа! – громко сказал он, указывая на понурого Лёньку.

Мама, увидев потерянного сына, тут же бросилась к нему со слезами и долго-долго целовала, говоря всякие хорошие слова. А папа, посмотрев на радостную маму, сказал «спасибо» дяде в чёрном кителе.

Первый день

Лёнька идёт за руку с мамой. Она такая красивая. Ему очень приятно держаться за её руку и смотреть на неё снизу-вверх. На её роскошные русые волосы и красивое платье.

Почему-то вспомнился вчерашний день, как она держала его на руках в детском садике и радовалась вместе с ним, когда ему вручали портфель с учебниками. Мама, не отпуская Лёньку со своих рук, обнимала и целовала его то в щёки, то в лоб. Так она радовалась за него! Ведь завтра он должен стать первоклассником.